Жизнь в красном - Венсан Уаттара

В детстве меня ругали за «почему?», «зачем?» и «как?». В юности знакомые вместо ответа частенько переспрашивали: «Кто научил тебя задавать такие неудобные вопросы?» Сейчас я уже взрослая тетя, но я по-прежнему пытаю окружающих на неудобные для них темы. Только теперь я понимаю, почему людям не нравится на них отвечать. У меня есть дети и есть ученики — и я очень люблю, когда они меня о чем-то спрашивают. И я совсем не согласна с утверждением, будто «воспитанный ребенок не должен задавать вопросов».

Конечно, взрослым иногда бывает трудно ответить на детские вопросы. Страх перед ними заставляет людей придумывать запреты и правила, которыми те стараются «оградить» детей от «ненужной, вредной, опасной» информации. Из таких запретов и ограничений постепенно складывается взрослая жизнь, жизнь целого общества, которое вместо того чтобы обсуждать, объяснять и договариваться, предпочитает делиться на подчиняющих и подчиняемых, отказывается от понимания, заменяя его «строгим соблюдением правил». Так и сегодня Москва всерьез обсуждает возможный закон о запрете пропаганды сексуальных отношений среди подростков, нависший над городом весенней грозовой тучей. Видимо, какой-то ребенок задал тот последний неудобный вопрос, на который в последний раз не нашлось ответа. Запрет на ответы — достойный ли выход? Книга, которую вы держите в руках, об очень сложных и важных вещах: о неудобных вопросах и поисках ответов; о том, чем могут стать древние обычаи и традиции для современного человека; а еще о том, что потребность в любви и свободе в человеке заложена от природы. И именно эту свободу, которую подарил миру XX век, нам и предстоит сделать нормой, закрепить, а иногда и отстоять, защитить. Сделать это довольно просто: делать правильный выбор между запретом и договором, подчинением и партнерством, жестокостью и доверием, выбор между шагом вперед в свободное будущее и шагом назад к архаике незнания.

«Раньше небо было так низко, что его можно было коснуться рукой. Оно давало живым существам все, что они хотели. В мире не было ни голода, ни болезней, ни бед. Мужчина и женщина жили в гармонии, любви и согласии. Этот мир был создан Богом. В нем было запрещено бросать в небо камни или стучать по нему чем бы то ни было. Человек уважал волю Создателя. Но однажды женщина не повиновалась ему и ударила небо пестом. И тогда небо поднялось, и страдание спустилось на Землю…» — так мама главной героини повести объясняет дочке гендерное неравенство. Но оказывается, надо только найти в себе силы сказать, что гармония в отношениях мужчины и женщины — это не безвозвратно ушедшее прошлое, навсегда потерянное из-за неповиновения, а лишь отказ от самостоятельного принятия решений, отказ нести ответственность за свою жизнь, жизнь своих близких. Любовь, эмоциональная близость, свобода и достоинство — это доступные человеку ценности. Мне кажется, что человек сам отказался от них когда-то, увидев, что это требует от него усилий и даже страданий. Он предпочел подчинение и табу.

Вспоминая историю, рассказанную матерью, героиня спрашивала сама себя: «Не было ли подчинение мужчине, обрезание и прочие страдания, которые я пережила еще в самом начале своей жизни, не было ли все это расплатой только за то, что я была женщиной? Я не осмеливалась спросить об этом у матери…»

Возьму на себя смелость ответить, что никто из нас не может быть виноватым только из-за того, что он родился девочкой или мальчиком! Личная, интимная жизнь человека — его чувства и ощущения — неприкосновенны. И очень важно, чтобы взрослые и дети научились говорить друг с другом об ЭТОМ. Научились задавать самые сложные вопросы и отвечать на них. Ведь от того, что запрещают ответы, сам вопрос не исчезает. Просто ответ на него ищется зачастую в совершенно неподходящем месте.

Екатерина Леонова

Предисловие автора

Я мужчина. Мне понадобилось немало времени, чтобы понять женщину. И я не думаю, что понял ее до конца. Это так же невозможно, как и познать ее. Чтобы познать женщину, нужно родиться ею и познать самое себя. Тем не менее я понял, что такое женщина и какова ее жизнь, раздавленная, угнетенная жизнь между мечтами, иллюзиями и реальностью, страданием, радостью и любовью. Идея создания этой книги пришла ко мне после неудачной попытки написать рассказы о сексуальной и эмоциональной жизни женщин. Большинство женщин умалчивает об этом, чтобы не получить в свой адрес суровых упреков. Некоторые из них доверились мне: смелый поступок в обществе, которое затыкает рот тем, кто пытается говорить на эту тему. Даже наши феминистки, которые с некоторых пор настаивают на равенстве полов, ничего не говорят о сексуальной жизни женщины. Однако сколько женщин в нашем обществе за всю свою жизнь так и не познали сексуального удовлетворения? И сколькие не осмелились об этом заговорить?

Общаясь с ними, я понял, что настоящая эмансипация идет вразрез с традиционным представлением о женщине, включающим в себя множество образов: женщина, которая страдает, будучи замужем, — это лучше, чем одинокая женщина; женщина, которая осмеливается сказать своему мужу, что желает его белого семени, — почти что женщина легкого поведения; женщина, которая… Женщина — словно предмет, она не принадлежит себе. Она должна преклоняться перед мужской фаллократией, впускать в себя его член даже ценой собственных страданий. Она не должна говорить об этом страдании, чтобы сделать мужчину счастливым.

В. У.

Жизнь в красном

Жизнь — это удача, поймай ее.

Жизнь — это красота, любуйся ей.

Жизнь — это блаженство, наслаждайся им.

Жизнь — это мечта, сделай из нее реальность.

Жизнь — это вызов, прими его.

Жизнь — это долг, выполни его.

Жизнь — это игра, сыграй в нее.

Жизнь — это драгоценность, храни ее.

Жизнь — это любовь, радуйся ей.

Жизнь — это загадка, разгадай ее.

Жизнь — это обещание, выполни его.

Жизнь — это грусть, преодолей ее.

Жизнь — это гимн, спой его.

Жизнь — это битва, прими ее.

Жизнь — это трагедия, обними ее.

Жизнь — это приключение, решись на него.

Жизнь — это счастье, заслужи его.

Жизнь — это жизнь, защити ее.

Мать Тереза из Калькутты (1910–1997)

1

Июль — месяц дождей. Хмурый глаз солнца открывается на востоке. Сидя под манговым деревом в щедрой тени его резных листьев, я смотрел на нее. Она вздохнула и грустно сказала мне, покачивая головой с седеющими волосами: «Я стара. Жизнь пролетела так быстро. Я удивилась, когда вдруг поняла, что я стара».