Я, Эрл и умирающая девушка - Джесси Эндрюс

Короче, чтобы понять все случившееся, нужно принять исходное допущение: старшая школа – отстой. Принимаем? Ну конечно, это же всемирно признанная истина, что школа – отстой. Собственно, именно школа впервые знакомит нас с основным экзистенциальным вопросом бытия: Как можно существовать в таком отстойном месте?

Конечно, какие-нибудь пятые-шестые классы обычно еще больший отстой, но это столь жалкое время, что у меня просто сил нету про него писать, поэтому сосредоточимся на старших, ладно?

Так, давайте я, что ли, представлюсь: Грег С. Гейнс, семнадцать лет. В то время, что описывается в этой книге, я был старшеклассником в средней школе Бенсона в очаровательном бедном районе Питтсбурга, что в Пенсильвании. И, прежде чем мы двинемся дальше, нужно рассмотреть школу Бенсона и ее неповторимые отстойные особенности.

Короче, школа Бенсона стоит на границе Сквиррел-Хилла, зажиточного района, и Хоумвуда, незажиточного района, и в нее ходит примерно поровну ребят из обоих. В сериалах среди старшеклассников обычно всем заправляют богатенькие, однако по-настоящему состоятельные семьи Сквиррел-Хилла отводят детей в местную частную школу: Шейдисайд-Академи. Оставшихся слишком мало, чтобы они могли кому-то что-то навязать. Нет, конечно, время от времени они пытаются – прикольные попытки, ничего не скажешь. Например, Оливия Райан вечно бесится по поводу лужицы мочи, появляющейся на лестнице почти каждый день между 10.30 и 11 часами, крича на очевидцев, как безумная, рассчитывая истерикой докопаться, кто же это делает. Так и хочется ей сказать: «Лив! Злоумышленник вряд ли вернулся на место преступления. Писунишка уже давно смылся». Но ей объясняй – не объясняй, истерить она не прекращает. Я что хочу сказать: истерики и бешенство не дают никакого эффекта, никогда. Это похоже на то, как котенок пытается закусать что-нибудь «до смерти». То есть инстинкты-то у него самые что ни на есть кровожадные, но на самом деле это крошечный милый котеночек, которого так и хочется засунуть в обувную коробку и заснять на видео, чтобы показать бабушке на Ютьюбе.

Короче, состоятельная молодежь ни фига не альфа-группа в нашей школе. Следующими на очереди идут дети из религиозных семей. Их много, и они явно хотели бы управлять всеми. Однако их сила – воля к господству – одновременно и их главная слабость: они убивают кучу времени на попытки убедить тебя тусоваться с ними, зазывая в свою церковь. «У нас печенье и настольные игры!» «А у нас поставили игровую приставку Вии!» Мне все время слышалось в этом что-то не то, пока я, в конце концов, не понял: именно так заманивают детей «на конфетку» маньяки-педофилы.

В общем, верным сынам церкви тоже не судьба стать альфа-группой: уж слишком противно это их подлизывание. Во многих школах неплохие шансы на престол имели бы качки, но в школе Бенсона спортом занимаются в основном чернокожие, и белые попросту их боятся. Кому же еще вести за собой массы? Ботанам? Я вас умоляю! Их политика не интересует, наоборот: они думают только о том, как бы, не привлекая к себе внимания, дотянуть до конца школы и укрыться в колледже, где никто не будет стебаться над ними за умение отличить наречие от деепричастия. Театралы? О боже, это была бы кровавая массякра: бедняг забили бы до смерти их же собственными «Волшебниками из страны Оз». Любители травки? Безынициативны. Гопники? Их слишком мало. Ребята из школьного оркестра? См. выше про театралов, только с еще более печальным исходом. Толкиенутые готы? Непредставимо даже в качестве мысленного эксперимента.