Керженецкие тайны - Михаил Смирнов

Июль 2012 года…

Москва…

Месяц выдался жарким, буквально с первых дней температура установилась на уровне 27-29 градусов. Не спасал и западный балтийский ветер, хотя порой и приносящий временную и долгожданную прохладу…

Из Дворца спорта «Динамо» вышла группа молодых, спортивного типа парней. Один из них, бросив «Всем привет», резко направился в сторону стоянки автомобилей. Второй со словами «Пока» направился к стоявшей невдалеке у мотоцикла молодой девушке. Оставшиеся из группы двое рослых парней остановились.

– Ты все-таки, Леха, решил отдохнуть летом в нижегородской губернии? – изрек-спросил светловолосый парень.

– Да, брат Чащин, решил навестить родню дальнюю, отдохнуть. Так сказать, окунуться в первозданную природу, – весело ответил второй рыжеволосый парень.

– Вместе с Наташкой Радужной?

– Вместе.

– И на все лето?

– Ну, брат… это как понравится.

– Может, забежим в кафе, посидим, поболтаем?

Рыжеволосый взглянул на ручные часы и вымолвил:

– Не получится. Мне еще тащиться домой на проспект Георгия Жукова. Давай в другой раз.

Светловолосый парень развел руками и весело выдавил:

– Давай, желаю хорошо отдохнуть. Звони, брат Низов, если что. Ну, и вообще, звони.

– Гоп, брат Чащин. Пока.

– Пока.

Молодые люди пожали друг другу руки…

– Мама, мы уже с Лешиком все решили, – решительно изрекает молодая стройная девушка с длинными белыми волосами.

– Папа тебе оформил путевку в Таиланд, – не менее решительно бросает еще молодая женщина. – А твой Лешик безответственный и глупый! Тащить городскую девчонку в провинциальную глушь!? На край земли!?

– Нет, он серьезный и сильный. Я его очень, очень люблю. Мы едем не на край земли, а в среднерусскую полосу. К тому же, мне как будущему историку интересно там побывать…

– Историк! Подожди хотя бы отца, он приезжает из командировки через пять дней. Что я ему скажу?

– Нет, мама, мы все решили.

– Ты же ему никто и едешь черт-те куда! Подожди хотя бы до росписи, до сентября. А Лешик твой тоже хорош! Вместо того, чтобы заработать деньги на свадьбу и будущую жизнь, едет, видите ли, отдыхать в деревню.

– Мама, у нас законный отдых. Мы все решили…

– Поперечная девчонка ты, Натали! Ты хоть оденься толком, не вздумай голяком ехать в деревню…

****

Москва, Рогожская слобода, ул. Воронья (в настоящее время ул. Сергия Радонежского)

Июль 1812 года.

Купец-предприниматель Солдатёнков пригласил к себе в кабинет соплеменника по вере (старообрядца), одного из своих надежных людей, приказчика Терентия Окского.

– Вот что, Терентий, – хмуро и неспешно выдавил хозяин, при этом рукой оправляя свою богатую белую бороду, – на дворе июль, второй месяц войны с Наполеоном, а французы уже под Смоленском. Глядишь, через месяц-другой у стен Кремля московского будут. Чую я, пограбят и пожгут первопрестольную французики, разорят нас.

– Неужто супостат возьмет златоглавую Москву? – тихо выдавил приказчик, теребит рукой чернющую клинообразную бороду. – Свят, свят.

Быстро перекрестился двумя перстами правой руки. – Бардак у нас кругом, – выдавил хозяин, – да и не готовы мы толком к войне. Поверь моему слову, Терентий, – возьмут французы первопрестольную.

– Верю вашей мудрости, Егор Васильевич.

Приказчик быстро перекрестился и что-то тихо пробубнил.

– Вот и решил я, – продолжал хозяин, – часть своего добра переправить на хранение в Коломну, к своему родственнику Глебу. Ты ведь знаешь его, видывал?

– Знаю-знаю, батюшка, видывал-видывал.

– Готовь добрую бричку, завтра с утра пораньше и отправишься.

– Дозволь спросить?

– Коль по делу, спрашивай.

– Что повезем-то? Какую поклажу готовить?

– Сундук один, увесистый такой, из дуба, кованый, общим весом порядка трех пудов. Человека дам тебе в помощь на всякий случай, Ваньшей зовут. Вот и прикинь дорожную поклажу.

– Прикину-прикину, батюшка.

– По мне так лучше будет малоприметная кибитка (телега с крытым верхом) с двумя гнедыми. Да язык за зубами держи, Терентий, коль жить долго хочешь. С секретной миссией едешь.

Приказчик закивал.

– Езжайте осторожно, не гоните. Посередь пути, в Бронницах, заночуете, – продолжал хозяин. – А поутру дальше в Коломну двинете. Как доставишь груз, сразу воротись назад, доложишь.

– Все сделаю, батюшка-кормилец, и доложу.

– Подойди ближе, Терентий, да распишись за получение сундука с ценностями. Как дело сделаешь, воротишься ко мне, расписку верну тебе…

****

– Ну, решил навестить родственников, развеяться от городской жизни. Это я понимаю, – эмоционально молвила молодая женщина. – Но зачем с собой тащить изнеженную, худющую городскую девчонку в глухомань? Там супермаркетов нет, теплой воды и туалетов – тоже нет.

– Мама! Во-первых, не такая уж она и изнеженная, а просто обычная девчонка, – парировал рослый рыжеволосый молодой человек. – Во-вторых, и это главное, мы жених и невеста, и хотим вместе одни отдохнуть. В Гавриловке живут нормальные люди, и мы поживем там неделю-другую. Уверен, тетя Клава нам умереть с голоду не даст.

Женщина смотрит на висящие на стене часы.

– Отец как всегда задерживается, – нервно бросает.

– У папы важная работа, – тихо изрекает молодой человек. – Я доеду до вокзала на такси.

– Алексей, будь, пожалуйста, посерьезней и помни, что ты полностью отвечаешь за Наташу…

– Разумеется. Мама, мне уже нужно бежать…

Возле окна кассового зала Курского вокзала стоит одетая в голубые обтянутые джинсы и желтый батник светловолосая худощавая девушка с сиреневым рюкзаком за плечами. Она нервно обозревает зал и определенно кого-то ждет.

Внезапно возле нее появляется улыбающийся, высокий, с развитым плечевым поясом, рыжеволосый молодой парень с рюкзаком за плечами.

– Лешик, вечно ты заставляешь себя ждать! – капризно восклицает девушка.

– Наташенька, у меня были важнейшие дела, – весело изрекает парень, целует девушку. – Надеюсь, паспорт ты не забыла?

Девушка недовольно качает головой.