Ласточка - Наталия Терентьева

– Я?! Да я… – Даша, как будто у нее подкосились ноги, неожиданно села на землю на коленки рядом с Игорем и потерлась носом о его руку. – Я людей чувствую. Я так и поняла, что вы из другого мира, из другой реальности. Не из кино, из… – Даша показала наверх. – Из параллельного мира. Я поняла, что вы – гений. У вас другая энергетика. Нечеловеческая, неземная. Я – серьезно. Я все чувствую. Даже приближение грозы, перемену погоды за день. Как птицы. Я время знаю всегда. Сейчас, знаете, сколько… – Даша как будто прислушалась к чему-то, – без пяти… нет, без семи два. Правильно?

Игорь, ошеломленный ее напором, присел рядом с ней и достал телефон.

– Ну… да. Без шести.

– Вот. И я вас так чувствую. Я все, что угодно буду делать. Уборщицей могу у вас быть…

– Нет, уборщицей не надо. У нас есть человек на такую работу. Так, ладно, договорились. А тебе шестнадцать есть?

– Да…

Даша смотрела на него, сидя совсем близко, и Игорь не мог понять, почему еще десять минут назад ее лицо казалось ему таким некрасивым. Ну, неверные немного формы, все крупноватое, эти глаза навыкате… но овал – ничего, кожа чистая, веснушки только – это может быть и мило, уши мягкие, неправильные, но это трогательно, подбородок – когда вот так шею тянет, так и шея нормальная, и подбородок вроде не тяжелый. Заставить отрастить брови, как они есть, гримеры пусть поработают – так и ничего. Волосы интересного цвета…

– Мне есть шестнадцать, – тихо проговорила Даша, и ее мощная грудь колыхнулась.

Игорь чуть отодвинул колени. Даша придвигаться не стала, опустила глаза. Помолчала, посопела, пересела на корточки, оказавшись еще ближе к нему.

– Ладно. – Он похлопал ее по руке. – Договорились.

– А… – Даша подняла глаза и снова отвела. – А главную роль у вас будет Ника играть, это точно?

– Не знаю. Наверно, да. Вообще главную роль играет мужчина. Женщины – больше для красоты и развития сюжета, – сдержанно ответил Игорь и хотел встать, но Даша так и сидела перед ним, он не хотел отодвигать ее, а встать, не касаясь, не мог.

– Ой… – Даша, видя, что он встает, не удержалась и упала на спину.

Тонюсенькая белая блузка расстегнулась, крохотная пуговичка отскочила, и Дашина грудь открылась во всей своей красе, едва прикрытая тем же красным купальником, съехавшим с одной груди и совершенно обнажившим тугую, невероятного для девочки размера, загорелую грудь, с ровным упругим соском.

Игорь невольно засмотрелся, не успев отвернуться. А Даша, пытаясь прикрыть грудь рукой, что было совершенно невозможно, ойкнула еще раз.

– Что? – Игорь посмотрел на девушку.

– Да… нога как-то… Кажется, тушей своей на ногу неудобно упала…

– Ну что ты так о себе… – Игорь подсел к ней, потрогал ногу.

Даша едва заметно задрожала.

– Что, больно?

– Нет… – Она смотрела на него молча, закрывая большой рукой грудь, но та все равно была открыта. – То есть больно, но… можно терпеть…

– Где? – Стараясь не смотреть на грудь, Игорь провел по Дашиной ноге. – Здесь?

– Д-да… – Даша облизала пересохшие губы. – И чуть выше… Ну да, где-то потянула… Еще выше…

Игорь отпустил руку. Дальше уже проверять растяжение было неловко.

– Я не врач.

– Просто от тепла руки проходит боль, – застенчиво улыбаясь, сказала Даша. – Вот пока держали руку, боли почти не было. Вы из своих других миров такую энергетику принесли… Лечебную…

– Да не выдумывай… – Невольно польщенный Игорь снова положил руку на ногу девушки. – Ну что, так лучше?

– Да… – Даша дышала неровно, глядя на Игоря доверчиво, с каким-то не вполне понятным ему вопросом, но хорошим, приятным.

Что же он так ошибается в людях? Ведь не понравилась она ему сначала, категорически не понравилась… показалась совсем другой… А девчонка нормальная, простая, доверчивая такая…

Даша попыталась перевернуться и встать, но ей это не удалось. Кофточка ее задралась, грудь развалилась. Игорь заставил себе отвести глаза. Не очень… гм… приятное зрелище – сказал он сам себе, хотя пышная, тугая юная плоть звала и манила, никуда уж тут не денешься.

– Не поможете мне встать? А то нога не слушается, подвернула, наверно…

Игорь протянул ей руку и попытался поднять девушку. Она оказалась еще тяжелее, чем можно было предполагать. Игорь не удержался на ногах и упал рядом с Дашей. Уже падая, он заметил тонкую фигурку, поднимающуюся по тропе. Тропинка из поселка сюда, на горную поляну – одна. Тонкая высокая фигура в светло-розовой тунике, светло-серых бриджах… Ника застыла, видя эту неожиданную картину. А Даша снова стала переворачиваться в этот момент и ненароком положила ногу на бедро Игоря. Игорь, убирая с себя Дашины ноги и руки, вскочил, но Ника, быстро приблизившаяся к ним, сквозь силу улыбнулась, кивнула и попыталась обойти их по низко растущей редкой траве, подальше от тропинки.

– Ника! Подожди! – Игорь в несколько шагов догнал ее. – Ты поменяла билет?

Ника молча посмотрела на него, не в силах даже ничего не сказать, насколько ее ошеломила сцена.

– Да ты… Я… Ты же ничего не знаешь… Даша… Она… Эх! – Игорь махнул рукой.

– Хорошо, – кивнула Ника, опять улыбнулась и стремительно пошла дальше, в лагерь.

– Да нет уж, ты подожди! – Игорь снова догнал ее и взял за локоть. – Я тоже, знаешь… Все как-то… Ты вот сама…

– Я не понимаю, что вы говорите. – Ника освободила руку, чувствуя, что еще несколько секунд, и она не сможет сдерживать слезы. – Не понимаю, зачем все было нужно. Если…

– Если что?

– Я не буду выяснять. Наверно, вам так привычнее.

– Ника! Да что выяснять-то! – Игорь смотрел вслед девушке, легко и стремительно, как быстрая птица, поднимающейся по узкой извивающейся тропинке. Красиво, невероятно красиво. Фиолетовые поляны, покрытые низко растущим горным шалфеем, вьющаяся, как длинная змея, тропа, густо-бирюзовое небо, Ника, красавица Ника, словно летящая – не идущая прочь, растворяющаяся в этой бесконечной бирюзе, мягкие величественные склоны старых гор, дымка, чуть затянувшая солнце, от чего все краски тут же стали менее резкими, перетекающими одна в другую.

Игорь быстро достал из кармана телефон, сделал панорамный снимок. Добиться бы такого в фильме. Шалфей уже отцветет, наверно, но зацветет что-то еще, солнце будет ниже – это даже лучше, яркий солнечный свет – не самое лучшее освещение, слишком резкие тени.

Даша молча подошла сзади и встала близко, чуть касаясь его то ли плечом, то ли грудью – Игорь выяснять не стал, шагнул, не оборачиваясь, вперед. Даша пошла за ним, сопя и ничего не говоря. Через некоторое время Игорь все же обернулся. И не поверил своим глазам. Даша шла сзади, отстав на несколько шагов, и молча плакала, вытирала слезы большой рукой и дальше плакала. Он остановился.