Не один - Отар Кушанашвили

Боря Корчевников вырос так, что уже играючи адаптируется к формату трэш-феминистского пеплума, чья экстатичность искупается пластиковыми доспехами в традициях софт-порно.

Корчевников все чаще напоминает мне преклонного ковбоя из восхитительной комедии «Городские пижоны», который осаживает приехавших в рекреацию фраерков из города: «Вы пятьдесят недель вяжете узлы и думаете, что две недели здесь их развяжут. Не выйдет».

У такого рода ток-шоу есть только один выход (Боря, записывай!): оно должно быть выстроено на всех уровнях как столкновение малого и величественного, и чтобы от этих столкновений постоянно образовывалось трение, которое не даст шоу забуксовать.

С другой стороны, учитывая, какие высокотурбулентные гости приходят к Боре, предпосылок к тому, что программа забуксует, покамест нет никаких.

Я все чаще ухожу с бориных съемок с двойным чувством – ужаса и восторга.

Оказывается, эти эмоции могут не просто соседить, но и ладить; до известной степени, конечно.

Зная Борю, могу предположить, что он думает по поводу того, что все чаще к нему на предмет разборок заявляются люди, исповедующие, по Стругацким, «беспардонный гедонизм»: я никто, имени у меня нет, я ничего не хочу делать, но выньте да положьте мне не жалкие крохи, а целый мир.

Евгений Самусенко захотел развестись с Миленой Дейнега, и, как сказали бы смешные психологи, которые повадились ходить к Боре толпами и которые не похожи на людей, которые хотя бы себе могут помочь: «причина лежит в сфере морали».

Этот союз – союз цифровой эры: познакомились в интернете, Евгений, который когда-то начинал с конкурсов красоты, потом занимался антиквариатом, лесом, недвижимостью, да чем он только не занимался, одно время подвизался психологом, вот барышне в этой ипостаси он и понадобился.

Подробностей я не помню, подозреваю, не я один, в общем, Евгений во время личной встречи в девушку влюбился.

Сначала безответно, девушка спервоначалу не понял самусенковской души прекрасный порыв: начать с того, что там разница в возрасте 23 года, вот и сомневалась барышня. (А я так и вообще не верю в такие адюльтеры, они любого идеалиста до суицида доведут).

Но после настойчивых ухаживаний барышня сдалась.

И, со слов Милены, только тогда она вызнала-прознала, что ейный муженек мегабогат.

Вы верите в эту беспримерную наивность, граничащую с густопсовым идеализмом?

Вот и в студии не поверил никто.

Кого ни спроси задним числом, никому нет дела до баснословных условных единиц, дело в принципе, в рифме «любовь-кровь», а вы про какой-то презренный металл, какого вы о нас низкого суждения.

Однако Самусенко требует 20 миллионов рублей, колье и собаку (была в студии).

Про колье – отдельная история, которую надо бы рассказывать под песню Уитни Хьюстон.

Колье Евгений дарил Милене с оговоркой, что это фамильная реликвия и хорошо бы ее передать детям.

А вот тут начинается драма, и этой истории более не подходит золоченая рама.

Когда Самусенко заговорил о детях, Милена взорвалась: «Ну и где они, дети?! Мне уже 34, а детей у меня нет, а я очень хочу детей. Вот убить его мало, про детей он заговорил… Ну и где они, пусть скажет, где?»

Евгений на вопрос, где дети, отвечать гордо отказался, но наконец, снизошел до объяснения, почему резко (или не резко) охладел к красивой жене, без которой «еще вчера» себя не мыслил.