Родной берег - Уильям Николсон

Я не знаю, с чего начать. Слова слишком бледны или высокопарны. Кто я для тебя? Человек, любивший тебя десять лет, а поцеловавший лишь единожды. Человек, который хочет лишь одного: провести с тобой остаток жизни, – и знает, что это невозможно. Какой-то сумбур – чудесный, глупый, восхитительный сумбур! Все не так, но я счастлив. Полагаю, с этого момента мы обречены на вину и уловки, но мне плевать. Оказывается, мне плевать на все и на всех, кроме тебя. Теперь я знаю природу преступлений на почве страсти. Как видишь по этой почтовой бумаге, я нахожусь в роскошном отеле в Новом Орлеане. Меня кормят роскошными ужинами, машина с шофером доставит меня, куда я захочу. Но хочу я только к тебе. Мечтаю сказать водителю: «Отвези меня к Китти». И огромная американская машина помчится по дороге к твоему дому, а мы с тобой устроимся на заднем сиденье, глубоком, мягком и длинном, и…

Письма он не закончил. И не отослал, потому что нельзя вовлекать Китти в тайную жизнь, которую придется скрывать от Эда. Но сохранил – когда-нибудь настанет время показать его Китти.

* * *

На следующий день пришла записка от Джимми Бранштеттера. Тот хотел бы встретиться с Ларри в десять утра.

На столе у Бранштеттера Ларри обнаружил доклад «Маккинси» – но не собственный. В кабинете присутствовал еще один человек, которого Ларри представили просто:

– Уолтер.

На этот раз Джимми Бранштеттер сразу перешел к делу:

– Согласись, парни из «Маккинси» отлично поработали. Порадовали нас. Вот лежит будущее твоей компании, Ларри. Ты видел последние цифры? Прихода «Гист» мы не ожидали, правда?

– Нет, не ожидали. Но теоретически рынка хватит для обеих компаний.

– Теоретически. – Бранштеттер покосился на Уолтера. – Мы предпочитаем рассуждать в практической плоскости. – Он постучал пальцем по папке с докладом «Маккинси». – Вот она.

Еще до отъезда из Лондона Ларри принял решение не критиковать работу «Маккинси». В конце концов, «Юнайтед» за него заплатили.

– В том, что касается анализа затрат, доклад великолепен, – согласился он, – но без внимания остались традиции «Файфс». Мой доклад позволит взглянуть на ситуацию с другой стороны.

– Замечательно, замечательно. – Бранштеттер снова постучал пальцем по папке «Маккинси»: – Президент и совет это подписали.

– Подписали? Я не понимаю.

– Рекомендации данного доклада должны быть воплощены в жизнь.

– Воплощены? Прости, Джимми, это какое-то недоразумение. Я не принимаю результатов «Маккинси», равно как и наше правление.

– Ты шутишь, Ларри.

Уолтер что-то записал.

– Дайте мне год, – попросил Ларри. – В моем докладе я объяснил, как я собираюсь разобраться с проблемами, на которые указали в «Маккинси».

– Ты сократишь людей?

– Я сделаю все, что необходимо.

– Брось, Ларри. Мы же старые друзья, чего ходить вокруг да около. «Файфс» придется выгнать как минимум половину штата. Ты это знаешь. Я это знаю. Ты намерен это сделать?

– Я не считаю, что сокращение в таком масштабе необходимо. Состояние у компании хорошее. За год мы покроем все убытки.

– Что скажешь, Уолтер? – Бранштеттер обернулся к нему.

– Вопрос весьма простой, – ответил тот. Едва Уолтер заговорил, Ларри понял, что перед ним юрист. – Совет директоров головной компании требует, чтобы рекомендации данного доклада были выполнены целиком и полностью. Согласен мистер Корнфорд на это пойти или нет?

– Нет, конечно. Я приехал объясниться. Обсудить оптимальный путь развития для «Файфс». Я, в конце концов, родился в этой компании. Мой дед ее создал. Мой отец обеспечил ей успех. Полагаю, у меня есть право утверждать, что я знаю о методах «Файфс» больше, чем «Маккинси» или ваш совет директоров.

– В том-то и проблема, – сказал Бранштеттер. – Ты только что самолично ее озвучил, Ларри. Ты родился в этой компании. Видимо, настало время для свежей крови.

– Свежей крови?

– Вопрос весьма простой, – повторил Уолтер. – Согласны вы или нет внедрить рекомендации из данного доклада?

– С какой стати? – Ларри с трудом сдерживался. – Это недальновидно. Доклад – скоропалительный, с кучей фактических ошибок! И односторонний – он рассматривает только финансовую сторону вопроса.

– Нас интересует именно финансовая сторона, Ларри, – ухмыльнулся Бранштеттер.

– Компания – это нечто большее, чем доходы.

Оба американца молчали.

– Вопрос весьма простой, – завел Уолтер по третьему кругу.

– Нет! Не простой! – Теперь Ларри разозлился. – Он сложный, и выходов из ситуации много. Я не могу принять этот топорный, мелочный доклад как руководство к действию.

Опять повисло молчание.

– Правильно ли мы понимаем, – спросил Уолтер, – что вы подаете в отставку?

Только тут до Ларри дошло. Его решили выгнать.

– Нет, – сказал он. – «Файфс» – моя семья. Как можно уйти в отставку из семьи?

Он перевел взгляд с Уолтера на Джимми и обратно. Было ясно, что решает тут Уолтер.

– Вы хотите сказать, что, если я откажусь внедрить эти рекомендации, меня выгонят?