Закон тайги - Валерий Кузенков

– Пошли. – Лейтенант вошёл в дом. – Ни хрена себе задача! – громко сказал он, увидев мёртвого участкового.

Кровь огромным бурым пятном растеклась по давно не крашеному полу.

– Вот и попарились. Сопроводили задержанного. Ничего здесь не трогать! Вы пока на месте оставайтесь, – лейтенант обратился к сослуживцам, – а я осмотрюсь.

Обвёл взглядом небольшой кабинет участкового. В глаза бросилась валявшаяся на полу связка убитых уток и разбитый выстрелом стальной наручник. Его блестящие осколки лейтенант внимательно рассмотрел и положил на стол.

– Погляди, что там у Вани на груди, что за бумажный комок? – приказал он одному из сотрудников.

– Протокол это. Видимо, на задержанного. Вот тут имя парня и его фамилия.

– Читай.

– Оленев Александр.

– Хорошо. Пойди и разузнай, где этот Сашка живёт. Приведи сюда кого-нибудь из его родных. Может, и он дома, чем чёрт не шутит. А ты, – кивнул он второму милиционеру, – понятых зови, будем убитого оформлять.

Лейтенант сел за стол и поднял телефонную трубку.

– Алло! Дежурный! Мы добрались до места. Давай командира, тут такое!..

* * *

Домой Сашка не пошёл. Мать и так сердцем больная. Как ей объяснить? Участкового ему не простят. Ни менты, ни его дружки-старатели. Поймают, голову, как пить дать, оторвут.

Он вспомнил, как несколько часов назад прощался с матерью, думал, что ненадолго. Хотел отдохнуть на охоте и к Ленке успеть. А вот как всё вышло. Сдаваться бесполезно. Придёт к ним с повинной – замочат. Иван Иванович всем нужен был живой, а не мёртвый. «Ну ничего, тайга для меня дом родной, я её как свои пять пальцев знаю. Проживу». Сашка шёл к кордону лесника, что в пяти километрах от деревни, где жила его девчонка.

Подошёл к дому и постучал по стеклу. Ленка ответила не сразу.

– Кто там?

– Это я!

– Ой, Сашок! Ты чего под утро, я тебя с вечера ждала! – обрадовалась она Сашкиному приходу.

Растрёпанная, в ночной рубашке, Ленка выскочила на крыльцо. Увидев любимого с ружьём, замахала руками и сделала грозное лицо.

– Ты что, теперь по ночам охотишься?

– Охочусь, – подошёл к девушке, обнял её. – Помолчи, не говори ничего!

– Саш, пойдём в дом, холодно мне, я же босая. Там расскажешь, что с тобой произошло. Пожалуйста!

– Прости, Ленок, конечно, пошли. У нас пока есть немного времени.

– Почему пока? – Ленка потащила парня в избу, не понимая, к чему тот клонит. – Почему пока?

Сашка прошёл в горницу. Сел на стул, ружьё положил на колени.

– У тебя выпить есть?

– Может, сначала разденешься? – Ленка смотрела на жениха. – Телогрейку лень снять, так давай я с сапогами тебе помогу.

– Ленусь, у меня времени в обрез. Мне идти нужно.

– Куда?

– Тьфу на тебя, пути не будет с твоими вопросами. В тайгу пойду, на отцовский участок. Избы там есть, места для меня известные.

– Какой участок? Какая тайга? – Ленкины глаза расширились. – Ты же работаешь!

– Уже нет. – Сашка полез в карман за сигаретами.

– Как нет? А свадьба наша?

– Придётся обождать. Обстоятельства неожиданно поменялись. Извини меня.

– Сашка! – обняла его девушка. – Что случилось? Я сейчас заплачу…

– Я ночью участкового застрелил. Вот и весь рассказ.

– Как?!

– Из ружья. Вот из этого. – Сашка кивнул на двустволку. – Он сам виноват.

– Сам виноват? – Чтобы не упасть, Ленка ухватилась за спинку стула. – Не врёшь?

– Чего врать. Дело сделано.

– Зачем же ты так? Свадьба же скоро. Ты о нас подумал?

– Прости. – Сашка подошёл к холодильнику, открыл и достал початую бутылку водки. Поставил на стол. – С прошедшего праздника осталась?

Ленка кивнула. Сашка достал из шкафа две рюмки и наполнил их до краёв водкой.

– Лен, выпей со мной. – Он подержал рюмку в руке, словно вспоминая что-то. Усмехнулся, выпил. Сразу налил ещё. – Ты пить будешь?

Ленка плакала беззвучно, вздрагивая всем телом. Она смотрела на Сашку.

– Прости, если сможешь. – Он снова выпил.

* * *

У здания милиции собрались деревенские жители. Мужики негромко переговаривались между собой, обсуждая случившееся. Женщины и дети стояли в стороне и в их разговоры не лезли. Привели Сашкину мать.

– Проходите, гражданка, – обратился к ней лейтенант. – Присаживайтесь и рассказывайте.

Лейтенант сидел в кабинете участкового. Тело к этому времени уже успели увезти. О случившейся трагедии напоминало только подсохшее на полу пятно крови.

– Разговор, я думаю, у нас с вами будет непростой. Ответьте для начала, где ваш сын?

Женщина посмотрела на милиционера.

– А что тут произошло?

Лейтенант усмехнулся:

– Вопросы, гражданка, тут задаю я, а вы на них отвечаете. Давайте так и договоримся. Вам понятно?

Женщина кивнула.

– Так где же ваш сын, Оленев Александр?

– Не знаю. С вечера на уток охотиться ушёл, и больше я его не видела.

– Эти утки не его? – Милиционер показал на птиц в углу кабинета.

– Откуда же я знаю, чьи это утки, его или нет? На них не написано, утки и есть утки. Все одинаковые. А что тут всё-таки произошло? И почему вы меня о сыне спрашиваете? – нервничала женщина.

– Этой ночью, гражданка, тут кто-то убил участкового милиционера. Выстрелом в упор. От головы человека только название осталось.

– А почему вы думаете, что это сделал Сашка?

– На трупе протокол лежал. Он на вашего сына был оформлен. Можете посмотреть, вот он! – Милиционер протянул бланк протокола с бурыми пятнами.

Женщина вздрогнула, стало заметно, как дрожат её руки. Она начала читать. В кабинете наступила тишина. Лейтенант откинулся на спинку стула, не спеша закурил, выпустил через нос горьковатый табачный дым и посмотрел на женщину, сидевшую перед ним. Та плакала. Хотелось что-то ей сказать, но лейтенант промолчал. Ему стало немного не по себе. Он увидел, как женщина на глазах постарела.

– Успокойтесь. Выпейте водички. – Парень протянул ей стакан с водой. – Чего получилось, теперь не вернёшь.

– А может, это не Сашка стрелял!

– Чтобы всё точно узнать, нужно хотя бы вашего сына увидеть. Следствие до конца довести, а суд решит, кто виноват. Сын ваш или кто-то другой.

– Я не знаю, где он, поверьте…

Внезапно разговор прервал рёв вездехода на улице.