Кавалер умученных Жизелей - Павел Козлов

– Да что ты, это Аллин бэквокал. Она концерты ради свадьбы отменила, а парни напросились с ней в Москву, они давным-давно сюда хотели. Сейчас – в отель, а там их встретит гид.

Антон доставил в «Марриот – Тверскую» – там Алочка любила поселяться – и сходу пригласил всех в ресторан. Но Алла на ходу сменила планы.

– Антон, я подустала от пути. И мне с Катюшей надо говорить – придется обсудить не очень мало. Билл с Томом – приготовлена программа, и ими заниматься будет гид. Давайте, вы с Катюшею решите, когда заехать, чтоб вести её домой. А с вами мы на свежие мозги.

Всё так и сделали. И Алочка сказала, когда услышала историю любви:

– По крайней мере, это, вроде, сказка. Эпиталама в прозаичном мире.

Невеста вспомнила про тетю Ингеборгу, спросила Аллу:

– Расскажи мне про неё.

– Она у нас старейшина семьи. Так правильно сказать, когда есть главный? Её просить приехать не пришлось. Как услыхала – тут же собралась. Она сестра твоей родной бабу́шки, ты влюбишься в неё, когда узнаешь. Она всю жизнь отда́ла для твой папа.

Но оказалось, что не до конца.

Из сверхкомфортного вагона сверхэкспресса на полотно перрона вышла леди, ну, только что, без свиты и пажей. Как будто из салона модельера: на ней был строгий деловой костюм, а серебро уложенной прически подчеркивало безупречный стиль.

Воображение отказывалось видеть в ней славную заботливую няню. Однако же, все так оно и было, пока племянник не сорвался из гнезда.

Но Инга не дала себе сломиться, бездельничать в плену воспоминаний. Там, в Вильнюсе, у Алика был Дом, а тетя Инга – самый близкий человек. Он в юности отправился в Москву, а Инга с головой ушла в науку. Она была талантливым ученым, и беззаветным, яростным служением склонила в свою сторону удачу. Ей поручалась разработка инноваций, светила степень доктора наук.

И Катя, почему-то, оробела, когда к ней эта дама подошла. И, с ласкою, любуясь, говорила:

– Глаза и брови у тебя Агнешкины (так звали Ингеборгину сестру). Да, и фигура, – как и та в семнадцать лет.

Антон подумал о приезжей: «Леди Тэтчер. Я про такое даже не мечтал. Украсит свадьбу, никаких сомнений».

* * *

Собрали всю возможную «элиту» – Антон и дядю, и родителей просил. Все было очень чинно в важном месте с привычным и сухим названьем ЗАГС.

Их пригласили «сочетаться браком», Екатерина любовалась женихом. Он словно был рожден во фрачной паре, смотрелся классно, было видно, что влюблен.

А что уж относительно невесты, то, кажется, она всех потрясла. Копна из светлых, мелко вьющихся волос, была сострижена почти до истребленья. Кудряшки сантиметра в полтора открыли профиль, как у греческой богини, и царственную форму головы. Её венчала белоснежная фата, а шею украшал прекрасный жемчуг.

– По дядиным словам – ты Афродита, – сказал Антон, не разжимая губ.

– А Том сказал, что ты из Coza Nostra, – невеста улыбалась всем вокру г.

– Ты чувствуешь, как мы нужны друг другу? – сказал Антон, входя в банкетный зал.

– Но я ещё не то, что ты в квадрате, – шептала сквозь улыбку Катерина.

Зал явно был дизайнерской удачей, Антон не должен был стыдиться за проект. Да, грех бы, при обилии информации, суметь все сделать наперекосяк. Банальный чёрно-белый интерьер не выглядел уж так претенциозно, зато и аскетизмом не давил. Удачно размещенные подсветки, «спонтанный хаос» расстановки всех столов, и возвышение эстрады в центре зала, – все, в целом, создавало ощущение, что это будет клуб «больших» людей. Смотрелось респектабельно и стильно. Вписался бело-мраморный “Steinway”.

Все разместились и замолкли перед стартом – когда уже начнется торжество?

Под сводами запел волшебный голос – великолепный мощный баритон. Он обращался к высшим иерархам; конкретно – пел «тебе, Бог Гименей».

По просьбе новобрачной Катерины лилась «Эпиталама» Рубинштейна.

Катюша выбирала эту запись. Влюбленных славил Дмитрий Хворостовский.

Никто другой не смог бы так пропеть.

– Я знаю, что ты очень удивишься, – невеста прошептала жениху.

* * *

Как происходят свадьбы – знают все. Но тут были особенные гости.

Была родная тетя и певица, специально прилетевшая на свадьбу, оставив зарубежное турне.

И Алла уловила время – спеть, когда оно действительно настало.

Ей не хотелось, чтоб на свадьбе пелось грустное, хоть не было так весело в душе. Ей вовсе не хотелось петь «заморское» на свадьбе в русском городе Москве. Она вдруг поняла, что ей хотелось.

Недолго наставляла музыкантов – те схватывали просто на лету.

– Я, Катенька, спою для вас заветное. Давно уже считается классическим. Но время все же вносит коррективы. Спою, как это чувствую теперь.

Она запела чудный русский вальс, из тех, что проникают прямо в сердце. Но Юля не форсировала звук, а выпевала широко и величаво. Но что-то просочилось от спиричуэлс – грудной глубокий голос с хрипотцой, слова слегка украсились акцентом. Хотя, какое дело «что и как», когда внимают, затаив дыханье.

Сначала Билл и Том пропели проигрыш, задали ритм, мотивы главных тем. Когда же Алла спела полный текст, в насыщенном синкопами «пьяниссимо» свели на нет последние слова. А Алла пела здорово и ровно, лишь раз чуть не смахнула в текст слезу, произнося заветное желание:

– Лишь бы вернуть мне любовь и весну.

Закончила, и поклонилась в пояс. А дальше – обратилась к молодым.

– Вот, милые мои, живите счастливо, – и с губ слетел воздушный поцелуй.

А Инга обняла её за плечи, как только Алла возвратилась за свой стол, и что-то они долго обсуждали.

– Скажи, Антон, как у тебя с английским? – внезапно осенило Катерину. – Я спела бы сегодня для тебя.

Невесту тут же высветил прожектор, и камера открыла крупный план на спущенном из потолка экране.

Катюша вспомнила тот всем известный шлягер, её внезапно охватило вдохновенье, когда нашла, кому его пропеть:

I wanna be loved by you, just you,

nobody else but you,

I wanna be loved by you, alone!

Boop-boop-de-boop!

Народ молчал, пока Катюша пела. Потом пошли недружные хлопки. Антон сообразил – пора идти.

Он подошел к возлюбленной жене,

дал руку – символ мужеской опоры,

и убежденно произнес: «Don’t, Катя, worry».

А Алина, тайком смахнув слезу,

чтоб не смотреться чуточку нелепо,

перекрестила Катерину вслед,

с напутствием: «Be, маленькая, happy!».

* * *

Пошло широкое застолье, часть из гостей сопровождала молодых к апартаментам, со всех сторон под ноги сыпались цветы.