Проклятия Градерона - Марина Клингенберг

– Порядок, – удовлетворенно кивнул он, когда Юан с улыбкой поднял руки, показывая, что сдается. – Но когда ты был мелким, было легче.

– Расту, – весело проговорил Юан. – Ну, в чем-чем, а в показательных боях тебе равных нет!

– Это точно, – добавил один из стражей, Телаар. – Говорят, тебя одолели только однажды, и это был сам Рэвенлир.

– А давай его сюда! – мигом завелся Балиан. – Посмотрим, кто кого!

Все засмеялись.

– Кто-то идет, – вдруг насторожился Реарден, первый и самый успешный после Юана соперник Балиана.

Балиан внимательно всмотрелся вдаль и, действительно, увидел одиноко бредущий силуэт. Незнакомец явно направлялся не в Эндерглид и намеревался обойти его стороной.

– Защищайся! – радостно грянул Балиан и рванул вперед. Юан, бросив товарищам «охраняйте город!», бросился за ним.

– Розенгельды, – усмехнулся Телаар. – Кто назначил их главными?

– Ну, я бы не рискнул сдерживать Балиана, если придется…

– Пойду проконтролирую, – решил Реарден.

Балиан тем временем, размахивая мечом, мчался к будущему противнику. В нем все еще бурлила кровь после тренировочных сражений, и он жаждал вступить в новую битву. Но человек явно не разделял его энтузиазма: завидев Балиана, он развернулся и бросился бежать.

– А ну стой! – возмутился Балиан.

Бегал незнакомец неплохо. Балиану пришлось как следует поднапрячься, чтобы настичь его. В пылу погони он даже не заметил, что они убежали довольно далеко от Эндерглида и продолжили бег по совершенно незнакомой ему земле. В какой-то момент Балиан удивился, перепрыгнув через протекающий среди пустоши ручеек, и только тогда сообразил, что не знает, где находится. Спина преследуемого, скрытая черным плащом, маячила впереди.

– Что-то ты слишком медленно бегать стал! – Юан поравнялся с ним, Реарден тоже почти догнал их.

– Иди ты! – привычно возмутился Балиан. – Понес бы… Вчера… Демиана… Столько. А ну вас!

– Балиан, подожди! Совсем необязательно… – Юан хотел сказать, что они слишком далеко от Эндерглида и уже не нужно продолжать преследование, но Балиан, стремясь восстановить свой авторитет, ускорил темп и через пару минут буквально сшиб собой незнакомца. Тот с тихим чертыханьем упал на землю.

– Вот и приехали! – Балиан, не тратя времени на то, чтобы отдышаться, схватился за капюшон жертвы и рванул его на себя. Под ним оказались длинные светлые волосы.

Балиан замешкался. Незнакомец своего шанса не упустил и взмахнул зажатым в руке кинжалом. Балиан чудом успел увернуться – удар был силен, короткое лезвие угрожающе просвистело в каком-то миллиметре от его обледеневшей руки.

Блондин встал на ноги, но на сей раз убегать не стал. Он внимательно всматривался в Балиана и подбежавших к нему Юана и Реардена.

– Балиан! – Юан дал брату подзатыльник. – Это был сарказм! Ты куда рванул? Зачем он нам, если он вообще в сторону… Ой, эндерглидец. Привет.

– Балиан? – усмехнулся отступник. – Значит, слухи не врут… Розенгельд. Двое, – покосился он на Юана. – А я уж понадеялся, что вы совсем сгинули… Вместе с Гволкхмэем.

– Ты кто такой? – Балиан презрительно посмотрел на него.

– Эридан, – губы блондина снова скривились в злобной ухмылке. – Спросите у своего правителя, если представится случай… Он наверняка меня помнит.

Продолжения разговора не последовало. Отступник выхватил из-под плаща второй кинжал и ловко прокрутил его в руке. Юан, Реарден и даже Балиан насторожились: все узнали это оружие. Это был кинжал градеронского преследователя. Кроме того, на руке блондина красовалось всем знакомое кольцо. Но прежде, чем кто-то из них успел спросить, что это значит, Эридан бросился в бой.

Конечно, было глупо кидаться сразу на трех противников, вооруженных мечами. Но стоило отдать отступнику должное: действовал он очень ловко. Балиан, Юан и Реарден прекрасно знали, что кинжалы всех преследователей Градерона отравлены. Эридан пользовался этим и, отбивая обычным кинжалом мечи, вторым делал обманные выпады, притворяясь, что собирается метнуть опасное оружие. Из-за этого приходилось тратить время и энергию на то, чтобы увернуться или оттолкнуть зазевавшегося товарища, и отступник не позволял этим мгновениям проходить даром, используя их для нападения. Пару раз Балиану удалось выбить у него кинжал, однако Эридан оба раза умудрился поймать его уже в воздухе.

Еще одна сложность заключалась в том, что было крайне неудобно сразу троим атаковать одного человека – можно поранить товарища. Поэтому волей-неволей кому-то приходилось держаться в стороне. Но и в такой ситуации быстро нашли выход. Все же Юан, как и Реарден, был воином Рассвета, они не раз и не два вместе ходили на миссии и имели кое-какой совместный опыт. Что касается Балиана, хоть Юан уже был не шестилетним ребенком, а шестнадцатилетним юношей, в бою они по-прежнему понимали друг друга без слов. И когда Юан, переглянувшись с Реарденом, рванул к Эридану и одновременно окликнул Балиана по имени, тот, рявкнув «понял!», взмахнул мечом и выбил из руки противника отправленный кинжал. Отступник отвлекся, планируя, как и прежде, поймать свое оружие, но Юан, улучив момент, занял его левую руку. Эридану пришлось сосредоточиться на нем. Отравленный кинжал вонзился в землю в двух шагах от него.

Как и было задумано, Реарден кинулся к противнику. Тот теперь был практически беспомощен – по правую руку от него на всякий случай находился Балиан, не давая отпрыгнуть и взять кинжал, левую сдерживал Юан. Реардену оставалось только опустить меч…

Эридан, ничуть не испугавшись, усмехнулся, глядя на приближающееся к нему лезвие.

– Идиот! – вдруг заорал Балиан.

Он буквально налету сбил Реардена, оба сшибли Юана и все вместе совсем не геройски упали на землю. Подобие черной молнии, вылетевшее из кольца Эридана, пронеслось мимо плеча Балиана и ударило в обломок скалы. Гореть там было нечему, но удар вызвал целый сноп искр. В разные стороны полетели мелкие осколки камня.

– У этого козла точно кольцо преследователя! – Балиан первым вскочил на ноги.

– Любишь же ты мешаться, – криво улыбнулся Эридан.

– Ты это о чем? – недобро поглядел на него Балиан. Он невзлюбил этого человека с того самого момента, как он отозвался о Гволкхмэе (Балиан очень любил и уважал правителя Эндерглида, когда тот не мог его слышать), но чем дальше, тем больше усиливалась неприязнь. Он впервые столкнулся с серьезным врагом, который был родом из Эндерглида.

Подумав об этом, Балиан поймал себя на мысли, что в общем-то поводов для драки в данном случае особо нет. Юан был прав – отступник, каким бы он ни был «гадом», как окрестил его про себя Балиан, вполне имел право проходить мимо Эндерглида, и за Эндерглид тоже – официально это не считалось территорией светлого города. Одно дело градеронцы, да, они могли запретить им приближаться туда, но если отступник не выразил явных намерений, например, попробовать пробраться в Эндерглид через заднюю стену, то к нему не могло быть особенных претензий, по крайней мере таких, чтобы вступать в бой до смерти.