Не исчезай - Женя Крейн

– Разве женщина может знать, чего она хочет?

– Почему?.. На свете достаточно женщин, которые знают, чего именно они хотят.

– Им так только кажется. Кажется, что хочется любви. Кажется, что хочется денег, детей, одежек, украшений. И все кажется и кажется. И поэтому все хочется и хочется.

– Я не понимаю тебя…

– А разве ты меня когда-нибудь понимала, Нина? Разве ты себя когда-нибудь понимала?

– Ты всего добилась! Твое имя стало известным. Ты получила такую работу… Что тебе еще надо?

– Ты мне завидуешь, дорогая. Просто завидуешь. Кто это сказал? Оскар Уайльд? Что есть две самые страшные вещи в жизни: не добиться того, что хочешь, или же добиться того, что хочешь…

– Так что, ты несчастлива, Люба?

– Счастлива… несчастлива… Женщина – это такая загадка, Ниночка… Женщина, Нина, это плохое, слабое стихотворение, незавершенное, с неточной рифмой… Ну, что я тебе буду говорить?.. Мужчина, он плотский. Он себя знает с младенчества, свое анатомическое, свое второе «я», альтер-эго… А женщина – это такая мистерия. Feminine mystique… Наше альтер-эго нам не известно.

– Ты про секс говоришь?

– Я про смерть говорю. Мужчина очень рано познает страх смерти. Смерти своего мужского «я». Неизбежную смерть плоти. И примиряется… скорее всего, примиряется.

– Ты хочешь сказать, что невозможен побег из нашей биологии? Тогда ты в хорошей компании. Об этом писал Эрих Фромм.

– Не знаю, не читала.

– Если бы я была на твоем месте…

– Ты на своем месте. Я на моем месте.

– Ты изменилась, Люба.

– Это хорошо или плохо?

– Тебе видней… Тебе-то хорошо или плохо?

– Нина, мне никак. Я все равно не знаю, кто я.

– Что значит «не знаешь»?

– Не знаю. Я много думала об этом. И пришла к выводу, что женщина – это всего лишь идея. Поэтому мы так боимся смерти, так цепляемся за жизнь. Так долго живем.

– Что значит «идея»?

– Ну, идея, понимаешь – в нас есть глубина, провал, пустота… Оплодотворяемая пустота.

– Тогда твое определение женщины напоминает нечто божественное…

– А может, женщина и на самом деле божественна? Потому что она всего лишь идея. То самое главное, что я успела уже сделать, – это я сама. Не мой сын, не то, что я написала, не книги мои, не переводы, не стихи… А я, я сама. И вот эта я – не плоть моя, а я, идея меня, – она должна умереть…

– Ну и что? Все умирают, и ты умрешь.

– Ты знаешь, я хочу верить, что вся я не умру. – И Люба смеется.