Не исчезай - Женя Крейн

Девочки остались приглядывать за детьми, в то время как Айна села в свой потрепанный стейшн-вагон и уехала в ближайший бар.

После всех тревог последних дней Кэрен и Элис впервые свободны от волнений, расслаблены; им весело и хочется есть. Поиграв с детьми, они укладывают их спать и заваливаются на диван перед телевизором. На экране мерцают сцены из реалити-шоу. Девочки вяло обсуждают то, что произошло в доме Фроста и его поднадоевшую им поэзию (fucking poetry, говорит Кэрен). Элис стыдно признаться, но ей нравятся стихи Фроста. Ей хочется поделиться с подругой тем, что и сама она пишет стихи, но даже в расслабленном и смешливом состоянии Элис понимает, что Кэрен ее не поймет.

В этом что-то есть, думает Люба. Именно так оно и должно произойти. Она представляет, что Кэрен засыпает. Что они делали до этого? Прижались друг к другу, как котята? Обнялись, уткнувшись носом в волосы, пахнущие яблоками или ванилью. Робкие, но бойкие руки, молнии, тугие, неподдающиеся пуговицы на джинсах. В доме тишина. Шелтер похож на маленькую деревушку, где к самому склону горы пристегнуты коттеджи. На телевизионном экране мерцают яркие образы. Элис выключила звук, чтоб не будить подружку. Та устала, вволю нарезвившись, и заснула. Или не было ничего? Руки пробуют, дотрагиваются, пальцы пугливо касаются, а затем убегают, не смея идти дальше. Ладони скользят, исследуют, замирают, заискивающе трепещут, а затем вновь зондируют, ползут, открывают новые территории. Был ли вздох, прикушенная губа, зажатый стон? Никто уже не ответит. Ей представляется, что усталая Кэрен засыпает, а к Элис является Роберт Фрост.

Пытаясь визуализировать это, Люба опять погрузилась в свой скрытый мир. Она бредет через торговую площадь, за спиной возвышаются горы, легкий ветер развевает полы плаща, она переставляет ноги, сохраняя баланс, но ее здесь нет – она в другом месте. Люба думает о Кэрен, но еще больше она думает об Элис. Ей почему-то кажется, что девочка пришла в школу в третьем классе. Да-да, так оно и было. Родители переехали сюда из большого города. Она была чужой, иной, ни на кого не похожей – с темными волосами, с матовой белой кожей. Высокая, тонкая, словно вытянутая в кривом зеркале злым шутником. Позже, года через три, они все сравнялись. Уже никто не смог бы сказать, чем она так сильно отличалась прежде. Но в душе осталась щербинка. Самая высокая и чужая.

Так представляется Любе. Вся внутренняя энергия уходит на это, все мысли, чувства, эмоции связаны с напряженной внутренней работой.

А где же Роберт? Был ли он? Что бы он подумал? Как бы отреагировал на происшедшее? И почему она не хочет, чтобы он присутствовал здесь? Ах, голова у нее занята. Как выглядели эти девочки? Как познакомились? Что их свело? Почему были вместе? Почему убежали из дома? Почему оказались вместе в постели?