Лабиринт призраков - Карлос Руис Сафон

1

С остановившимся взором и осипшим голосом журналист закончил рассказ. Алисия молчала, опустив голову. Деликатно выждав время, он кашлянул, и она слабо улыбнулась.

– Сусана больше никогда не увидела ни своего мужа, ни дочерей. Два месяца она обивала пороги комиссариатов, больниц и приютов, расспрашивая о них. Никто ничего не знал. Отчаявшись, решила позвонить донье Федерике Убач. Ей ответил слуга, передавший затем трубку секретарю. Сусана поведала ему о своем несчастье и заявила, что только сеньора Убач в состоянии помочь ей. «Она мой друг», – утверждала женщина.

– Бедняжка, – пробормотала Алисия.

– А через пару дней ее схватили на улице и отвезли в женскую психиатрическую лечебницу. Там она провела несколько лет. Говорят, что потом ей удалось бежать. Кто знает. Сусана навеки исчезла.

Последовала продолжительная пауза.

– А Виктор Маташ? – наконец спросила Алисия.

– Незадолго до тех событий адвокат Брианс, нанятый Исабеллой Хисперт, чтобы помочь Давиду Мартину, узнал от него, что Маташ тоже очутился в крепости Монтжуик. Его держали в изоляции, в одиночной камере по личному распоряжению коменданта тюрьмы дона Маурисио Вальса. Ему запрещали выходить во двор с другими заключенными, принимать посетителей и вообще поддерживать связь с внешним миром. Только у Мартина, которого также много раз отправляли в изолятор, была возможность перемолвиться с ним на ходу, когда Маташа проводили по тюремному коридору. С его слов Брианс и узнал о том, что произошло. Предполагаю, что адвоката тогда замучили угрызения совести, поскольку он чувствовал себя в какой-то мере виноватым, и потому решил помочь несчастным страдальцам, заключенным в темницу. Мартину, Маташу…

– Адвокат гиблых дел… – вспомнила Алисия.

– Конечно, ему не удалось никого спасти. Ходили слухи, будто Мартина убили по приказу Вальса. О Маташе я не сумел ничего больше узнать. Его смерть по-прежнему остается загадкой. А Исабелла, в кого, как мне кажется, бедный Брианс влюбился, как влюблялись все, кто ее знал, умерла первой, причем при странных обстоятельствах. С тех пор Брианс так до конца и не оправился. Он хороший человек, но в его душе поселился страх, и, по большому счету, он едва может что-либо сделать.

– Вы не допускаете мысли, что Маташ до сих пор находится там?

– В крепости? Надеюсь, Бог не был так жесток и забрал его в свое время.

Алисия кивнула, пытаясь осмыслить все, что услышала.

– А вы? – спросил журналист. – Как поступите вы?

– Что вы имеете в виду?

– Намерены с тем же упорством гнуть свою линию после всего, что я рассказал?

– У меня руки связаны, как и у Брианса, – ответила Алисия. – Если не больше.

– Весьма удобно.

– При всем уважении, вы ничего обо мне не знаете.

– Ну так расскажите. Помогите написать конец истории. Объясните, что я могу сделать.

– У вас есть семья, Вилахуана?

– Жена и четверо детей.

– Вы их любите?

– Больше всего на свете. А почему вы спрашиваете?

– Хотите узнать, что вам делать? Правда?

Он кивнул.

– Дописывайте свою вступительную речь. Забудьте о Маташе. О Мартине. О Вальсе и обо всем, что вы сейчас рассказали. И забудьте обо мне. Меня тут никогда не было.

– Мы так не договаривались! – возмутился журналист. – Вы меня обманули…

– Добро пожаловать в наш клуб! – бросила Алисия, направляясь к выходу.

2

Покинув дворец Рекасенс, где располагалась академия, Алисия дошла до ближайшего угла и, свернув в переулок, была вынуждена остановиться: ее мучительно вырвало. Ощущая на губах вкус желчи, она привалилась к холодной каменной стене и закрыла глаза, пытаясь отдышаться и успокоиться. Справиться с тошнотой не удалось, ее снова вывернуло наизнанку, и она едва не рухнула на колени. Не упала Алисия только потому, что ее поддержали. Повернув голову, она увидела озабоченное и расстроенное лицо Ровиры, топтуна-стажера, с волнением смотревшего на нее.

– Вам нехорошо, сеньорита Грис?

Алисия глубоко и прерывисто вздохнула:

– Можно узнать, что ты делаешь тут, Ровира?

– Ну, я заметил издалека, что вас штормит… Простите.

– Я в полном порядке. Уходи.

– Вы плачете, сеньорита.

С силой оттолкнув его обеими руками, она сорвалась на крик:

– Придурок, убирайся отсюда!

Ровира пожал плечами и поспешил исчезнуть. Алисия прислонилась к стене, вытирая руками слезы. Наконец, сердито сжимая губы, она возобновила путь.

По дороге домой ей встретился торговец, и она купила у него эвкалиптовых леденцов, чтобы перебить кислый вкус во рту. Медленно поднявшись по лестнице, Алисия услышала из-за двери голоса в своей квартире. Она решила, что Фернандито, явившийся похвастаться успехами или получить новое задание, наверное, помирился с Варгасом. Алисия открыла дверь и увидела стоявшего у окна Варгаса. А на диване с чашкой чая в руках сидел, спокойно улыбаясь, Леандро Монтальво. Алисия замерла на пороге.

– А я-то думал, что ты мне обрадуешься, – произнес Леандро, поднимаясь.

Алисия вошла. Снимая пальто, переглянулась с Варгасом.

– Я не… ожидала, что вы приедете, – пробормотала она. – Если бы знала…

– Я собрался в последнюю минуту, – объяснил Леандро. – Приехал ночью, поздно, и, пожалуй, все сложилось как нельзя лучше.

– Вас чем-нибудь угостить?

Он отсалютовал чайной чашкой.

– Капитан Варгас был очень любезен и приготовил отменный чай.

– Мы с сеньором Монтальво обсуждали нюансы дела, – вставил Варгас.

– Как мило…

– Давай, Алисия, скорее поцелуй меня, я так давно тебя не видел.

Алисия подошла к нему и расцеловала в обе щеки, едва прикасаясь к коже губами. В глазах Леандро блеснул огонек, и она поняла, что он учуял запах желчи в ее дыхании.

– Все в порядке? – поинтересовался Леандро.

– Да. Желудок пошаливает. Ничего серьезного.

– Тебе следует больше заниматься своим здоровьем. Если бы не я, ты за собой и вовсе не следила бы.

Алисия кивнула, смиренно улыбнувшись.