Внутри ауры - Александр Андреевич Апосту

— Но в основном все их беды заключались в безудержном пьянстве, — рационально констатировала Марго.

— В этих диких таинственных водах порой можно сохранить разум, только притупляя его ромом…

Не обращая ни на кого внимания, Яха продолжал романтично декларировать и созерцать стеклянным взглядом живописные просторы. Никаких участков суши. Ни намека на флору и фауну. Сплошь и рядом вода. Порой казалось, что субстанция дышит и оттого колышется волнами. Ужас охватывал путников от огромной неизвестной темной пропасти на дне океана. Таинственность возбуждало воображение. Мечтатели, где-то внутри навсегда оставаясь детьми, представляли себе чудовищ и затопленные древние города из чистого золота. Любую фантазию мог скрывать в себе Атлантический океан, казалось бы, такой родной человеческому виду, но и такой чужой и непредсказуемый.

Эти три дня показались Кириллу самыми лучшими в его жизни. Никакой суеты, погони, насилия. Лишь покой и красота. Удаленность от суши перестала внушать страх. Открытый океан оказался благоприятным в рамках погоды. Странники наслаждались пейзажами, разговаривали, смеялись и загорали на солнце. Все было так идеально, что даже начинало настораживать.

— Пойду Машу проверю, — поднялся парень на ноги.

— Она спит до сих пор что ли?

— Похоже.

— Везет, — оскалился Яха. — Я не могу спать! Я чую запах добычи! Чую, что совсем скоро мне придется столкнуться с рыбой невообразимой величины! И тогда мне понадобятся силы и ловкость… Счет пойдет на секунды…

Капитан продолжал нести свой ритуальный бред, гипнотизируя удочку, а Кирилл, смеясь, потихоньку удалился в каюту. Внутренняя обстановка яхты состояла из кухни и двух спусков в отдельные комнаты, в одной из которых жили Маша с Кириллом, а в другой Яха, Лизи и Марго. Несмотря на океанскую шумоизоляцию, на борту постоянно раздавались стоны и хлопки. И днем, и ночью вне зависимости от комнат дикари не позволяли тишине задержаться на пороге. Все постоянно трахались. И ничего с этим поделать было нельзя. Океан совращал и наделял переполняющей безумной первобытной энергией. И сейчас парень направлялся к Маше далеко не спать. Он аккуратно на цыпочках подобрался к двери, приложился к ручке и потянул на себя. Девушка, распластавшись по всей кровати, спала в футболке и трусах. Простыня была зажата между бедер, а наливные пышные ягодицы нагло торчали из-под кружевного белья. У Кирилла не осталось причин на благочестие и пощаду. Он расплылся в вожделеющей улыбке и самоуверенно и жадно подкрался к жертве. Начиная целовать ее с лодыжек, парень медленно поднимался выше по всему телу. Маша сладко замурлыкала и начала ласково поглаживать ступней живот извращенца.

— Кажется, на тебя пиратская компания плохо влияет, — заключила сонным голосом Маша.

— Я не знаю, как это объяснить, но наше морское путешествие сводит с ума! — он уже кусал ее упругую смуглую плоть бедер.

— Я заметила… У меня за три дня матка раздолбленная, как чучело с конфетами…

— Ничего себе какие у вас, мадам, метафоры, — игривым тоном комментировал Кирилл. — Готовитесь стать американской леди?

— Первое, что пришло в голову, — томно задышала Маша, когда Кирилл добрался губами до чресел. — Мысли туговато идут, когда вас совращают…

— Я их отбросил полностью и теперь готов только пить вино и заниматься любовью…

Маша развернулась и предоставила себя удовольствию и наслаждению. Кирилл осознал, что трусы мокрые не от его слюней и плавно стащил их.

— Интересно…кто-нибудь умирал раньше от переизбытка секса? — сквозь помутнение рассудка размышляла Маша.

— Если нет, — облизывался Кирилл, — то нашей команде вполне может выпасть роль первооткрывателей…

Маша засмеялась и сняла с себя футболку.

— Мне иногда стыдно даже бывает перед Марго и Лизи. А это совсем край…

— Да. Это все равно, что извиняться перед дьяволом за свои плохие проделки…

— Точно, — хихикала она. — Вкусно?

— Объедение, — игрался языком с гениталиями парень.

— У меня, кажется, с прошлого раза там еще влажно.

— А я ловлю себя на мысли, что 23 часа из 24 в сутки мой член либо стоит, либо норовит встать…

— Иди уже сюда, языкастый…

Девушка потянула его к себе и ощутила неописуемое заполняющее блаженство. Она не могла сдерживаться и вновь закричала от удовольствия, вперемешку со стыдливым смехом. Им не хотелось ни на секунду отсоединяться друг от друга. Физической и духовной близости не было предела. Они кончали, как самые дикие животные, и любили, как самые счастливые люди.

2.

За временем никто не следил, потому что в нем не нуждались. Кирилл с Машей могли валяться в кровати, обниматься и обсуждать всякую чушь. В какой-то момент их потянуло к ребятам разделить свое превосходное настроение. Они покинули каюту с неприкрытыми радостными улыбками. На воздухе смеркалось и фонари на яхте имели особенную чарующую палитру сияния посреди летней ночи.

— О, бандерлоги, очнулись! — воскликнул здорово пьяный Яха. — Как вам путешествие? Похвалите скорее мой непревзойденный план!

— Это просто нереально! — улыбнулась искренне Маша. — Мы ловим себя на восторге раз за разом!

— И что… Лучше вашего грязного товарняка и лагеря беженцев?

— Тут стоит подумать, — саркастично ответил Кирилл.

— Знаете, а я вам верю! Потому что сам пребываю в колоссальном очаровании! Это же океан! Это же великая стихия! А ты, маленькое временное ничтожество внутри такого величия… Душа поет от божественной милости…

Яха позабыл об удочке, оставил неукротимое желание улова до следующего трезвого дня, а сейчас любовался, сидя возле трапа, на угасающее солнце, и пил прямо из бутылки виски.

— Как там наш ужин поживает? — ядовито подколола Марго неисправимого весельчака.

— Живет своей жизнью, — безмятежно отозвался Яха, — я ему дал возможность просуществовать еще один прекрасный денек… Пусть навестит всех своих любимых, наметает икры, попрощается с коралловым домом, а завтра встретит свою судьбу достойно…

Марго усмехнулась и покачала головой. По всей видимости, пыл женщины остыл, и она вернула лояльность к поведению капитана.

— Ужин совсем скоро будет готов, — протянула Лизи с кухни.

— А что на ужин, куколка моя? — с теплотой и нежностью в голосе спросил Яха.

— Салатик из помидорок, сыра, авокадо и зелени, а также стейки из мраморной говядины, милый…

— Так ведь, — опомнился пират, — стейки надо пожарить…

— Какой ты у меня сообразительный, мой сладкий!

Яха даже не подозревал о скрытом намеке и в силу своего опьянения гордился своей своевременной догадливостью.

— Сейчас мангал сообразим и ни с чем не сравнимое жареное мясо будет готово! Зачем давиться сраной пресной рыбой, когда хищникам нужны кровавые стейки! Мы же не долбанные веганы, мы нормальные люди!

Кирилл с Машей захохотали и помогли старшему другу отыскать угли и розжиг. Несмотря на шаткость походки, Яха профессионально управился с круглым