Музыка ветра - Карен Уайт

– Входите! – прокричал Оуэн прежде, чем Лорелея успела швырнуть Мерит пачку салфеток.

– Как вы тут живы-здоровы? – первым делом поинтересовался Гиббс у присутствующих и направился прямиком к Лорелее, которая повисла возле туалетного столика, навалившись на него всем телом. Она даже не стала сопротивляться, когда он, придерживая ее слегка за талию, повел назад к кровати.

– Мне уже гораздо лучше. Спасибо! – откликнулась она, укутывая ноги простынями. Кажется, впервые за все утро она наконец обратила внимание на то, в какой безобразной робе она предстала перед всеми. – Бог мой! – воскликнула она с неподдельным ужасом в голосе. – Должно быть, мне действительно вчера было очень плохо, если я позволила напялить на себя это уродство.

Она с усмешкой глянула на Мерит, но тут же посерьезнела, заметив неровные разводы розовой помады на ее губах.

Гиббс слегка поправил одеяло и простыни. В комнате было жарко. Слишком жарко для теплого одеяла и байкового халата. Но в последнее время Лорелея постоянно мерзла, будто тело ее уже утратило свои защитные функции и не могло ее более согревать.

Гиббс энергично потер руки.

– Я оставил в духовке еще несколько блинчиков, чтобы они не успели остыть. Вдруг кто-то из вас изъявит желание. И поджарил несколько тостов. Сейчас Оуэн сбегает на кухню и принесет на тарелке и то и другое для мамы. И стакан воды, пожалуйста, не забудь прихватить с собой.

Гиббс с улыбкой проследил за тем, как Оуэн стремительно помчался вниз, и тут впервые обратил внимание на Мерит.

– Доброе утро! – вежливо поздоровался он, сделав над собой титаническое усилие, чтобы не заметить помаду на губах Мерит. – Оуэн сказал мне, что вы всю ночь дежурили возле постели Лорелеи. – Но тут его взгляд упал на хлопчатобумажную спортивную фуфайку, которую Мерит набросила поверх ночной сорочки. – Вы все еще продолжаете спать в рубашках Кэла?

Она раздосадованно поджала губы.

– Простите, но мне нужно переодеться. Я сейчас…

Мерит направилась к дверям, но Гиббс и не подумал сдвинуться с места и уступить ей дорогу.

– Прежде чем вы уйдете… Хочу пригласить вас с Оуэном и, возможно, еще и Марис на лодочную прогулку сегодня днем. Предлагаю отправиться к песчаному острову. Там и солнца предостаточно, и порыбачить можно отлично сетями. А Лорелея пусть пока лежит, отдыхает и набирается сил. Ей тоже не помешает побыть немного одной в тишине и покое.

Мерит охватила паника, которую она не смогла скрыть.

– Нет, я остаюсь дома с Лорелеей. Вдруг ей что-то понадобится.

– Со мной все будет хорошо, Мерит. Не беспокойтесь. Постараюсь снова заснуть и просплю весь день. Сон – это то, что поможет мне восстановить свои силы. И потом, песчаный остров посреди реки – это же вам не океан. И Гиббс будет рядом, и спасательный жилет будет при вас.

В дверях снова появился Оуэн. В одной руке он держал тарелку с тостом, в другой – стакан воды. Он аккуратно поставил все на прикроватную тумбочку после того, как Гиббс сдвинул в сторону все лекарства.

Должно быть, он расслышал последние слова Гиб-бса, потому что тут же поддержал его предложение радостным криком:

– Хочу на песчаный остров! Марис говорит, что это самое потрясное место на земле. Остров располагается прямо посреди реки. Там можно увидеть столько всякой рыбы! А иногда даже и креветок.

– Креветок? – переспросила у брата Мерит. Судя по всему, приглашение Гиббса не казалось ей таким заманчивым, как Оуэну.

– Да, креветок! – подтвердил ей Оуэн. – И даже дельфинов. Марис говорит, что чаще всего дельфины встречаются в акватории порта, но они здесь обитают везде.

В эту минуту Мерит была очень похожа на маленькую девочку. Размазанная помада на губах, сползающая с плеч фуфайка, слишком большая для ее тщедушной фигуры, расширенные от испуга глаза. Наверное, именно так и подумал Гиббс, с трудом пряча улыбку.

– И все же я предпочту остаться в городе. Если я не понадоблюсь Лорелее, то тогда съезжу в магазин бытовой техники и куплю новый холодильник. Постараюсь уговорить их, чтобы они доставили мне товар уже завтра. А заодно бы вывезли из дому и старый агрегат.

– Я уже позвонил в магазин к Сиарсам. Сегодня они работают до шести. Могу на обратном пути подбросить вас туда, – предложил свои услуги Гиббс.

– Ура! Едем на прогулку! Я бегу, переоденусь в купальный костюм и заодно позвоню Марис.

Мальчик выбежал из комнаты.

– Спасибо, – сухо поблагодарила Мерит Гиббса. – Что же до водной прогулки, то с меня вполне хватило и одной… С лихвой. Все мне тогда очень понравилось… и речные заводи, и болота, и бухта… Я рада, что познакомилась с окрестностями города, в котором собираюсь жить. Есть лишь одно «но». Я никогда не любила воду, и мне всегда было не по себе, как только я оказывалась рядом с водой. А потому искренне надеюсь, что вы прекратите силой принуждать меня к тому, чего я категорически не хочу делать.

Лорелея обратила внимание на то, что ее любимая розовая тетрадь лежит на тумбочке с самого края, вне досягаемости ее руки. Сейчас почти каждый день она исписывала в тетради по целой странице, словно соревнуясь сама с собой или участвуя в неком изнурительном забеге, в котором нет четко обозначенной финишной прямой. Во всяком случае, так ей казалось пару недель тому назад. Но сейчас она все чаще ловила себя на мысли, что финиш уже где-то рядом, за углом. Она закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на том, что надо не забыть обязательно записать в тетрадь. Забудь все, что огорчало и доставляло тебе боль в прошлом. Но никогда не забывай того, чему научили тебя твои огорчения и невзгоды.

– А Кэл знал, что вы так панически боитесь воды? – как можно мягче поинтересовался Гиббс у своей свояченицы.

Мерит в эту минуту была похожа на затравленного зверя, уже попавшего на мушку охотника. Какое-то время она молча переминалась с ноги на ногу, готовая в любой момент сорваться с места и убежать. Пожалуй, та прежняя Мерит, которую Лорелея и Оуэн увидели по приезде в Бофорт, так бы и сделала. Но даже за тот короткий промежуток времени, что они прожили под одной крышей, Мерит сильно изменилась. То ли жара, царящая в Южной Каролине, так на нее подействовала, то ли необычные запахи болотной грязи, которыми пропах здешний воздух, но она стала другой. Оказывается, ей даже знакомо чувство радости и веселья и она может улыбаться, пусть пока лишь изредка. Создавалось впечатление, словно в ее теле вдруг открылись какие-то внутренние шлюзы, и оказалось, что все у нее внутри не так уж темно и безнадежно. Просто сердце ее застыло в ожидании, замерло в предвкушении того, когда же все пустоты, образовавшиеся в нем, заполнятся новыми чувствами. Лорелея вдруг подумала, что, вполне возможно, Мерит начала постепенно оттаивать и меняться именно в Бофорте. Красивый город. Столько воды вокруг, везде мосты, десятки островов… Все это ведь тоже имеет значение. А может быть, Мерит просто откликнулась на человеческое тепло и потянулась к близким ей людям, со стороны которых она почувствовала настоящую заботу и внимание. У Лорелеи невольно заныло сердце при мысли о том, каким же долгим был этот путь, пройденный Мерит навстречу людям, и как далеко еще ей до полного и окончательного выздоровления.