Я бы на твоем месте - Евгения Пастернак

* * *

Виктор вышел в зал, осмотрелся и попросил Колю налить на два пальца односолодового.

– Слушай, Коль, – сказал Виктор, в два глотка осушив бокал, – а у тебя есть знакомые хакеры?

– Хакеры? – удивился бармен. – А вам зачем?

– Мне надо пароль на телефоне взломать.

– На чьем?

– На сына… сыну… Мобилку Тихона, короче, полистать хочу.

Коля ничего не ответил, но красноречиво поднял брови.

– А что мне делать? – окрысился Виктор. – В школе мне отказались сдавать, кто у них из учителей к парням пристает. Никаких других знакомых Тихона я не знаю. А найти растлителя надо же! Наверняка у Тишки в телефоне его контакты…

Коля слегка прокашлялся.

– Чё ты кашляешь? – разозлился Виктор. – Есть у тебя хакеры или нет?

– Нет, – сказал бармен, – но…

При этом он принялся выразительно вращать глазами и даже слегка изгибать шею.

– Что ты мне глазки строишь? – окончательно рассвирепел Виктор. – Тоже, что ли, педик? Мало мне сына…

Коля устал кривляться и раздельно произнес:

– Нас с вами слушают.

Виктор обернулся. Прямо за его спиной стоял человек. Невысокий, русоволосый, светлоглазый, с аккуратной бородкой, как у последнего российского императора.

– Что надо?! – по инерции рявкнул на него Виктор, хотя обычно с клиентами держался официально-вежливо.

– Простите, я случайно узнал о вашей проблеме… – начал незнакомец.

– Знаете что?! – Виктор постарался изобразить спокойствие. – Моя проблема – это моя проблема.

Слово «моя» он оба раза выделил жирным красным маркером.

– Это проблема нашего общества, – продолжил человек, не отрывая от Виктора светлого взора. – Это болезнь. И ее можно вылечить. Совсем. Уничтожили же чуму или холеру.

За время спича Виктор сумел взять себя в руки.

– Спасибо, – сказал он почти без нервов. – Мы как-нибудь сами разберемся.

– И все-таки, – улыбнулся бородач, – я вам оставлю визитку.

Он ловко вонзил кусок картона в ладонь Виктора, тот только дернуться успел.

Человек развернулся и вышел.

Виктор повертел визитку, прочитал на ней: «Антоний Сигх, врачеватель пороков». Адрес электронной почты. Телефон. Виктор сунул визитку в нагрудный карман пиджака.

– А вы заметили? – произнес за спиной голос Коли. – Он за весь разговор ни разу не моргнул.

– Налей мне лучше еще, – устало сказал Виктор.

* * *

– Я тебя отведу до входа в парк, не волнуйся! – бодро сказала Арина.

– Я не волнуюсь, – отозвался Тихон, не вынимая рук из карманов.

Объяснить Арине, что он не хочет встречаться с геями, он не смог. Арина ласково обняла, прошептала что-то утешительное, мозг у Тихона заклинило, и он не то промычал, не то прокашлял, не то проблеял что-то нечленораздельное.

– Ты почувствуешь себя увереннее! – сказала Арина.

Тихон был бледнее смерти.

– Да не волнуйся ты так! – подбодрила Арина. – Ты в классе не побоялся признаться! А они же свои! То есть твои!

Тихон понял, что еще хоть слово, и он не сможет дальше идти. Одноклассников обмануть было легко. А как он обманет этих… настоящих? И тут Тихона осенило.

– Я дальше сам пойду, – прохрипел он.

– Да я до входа с тобой… – начала Арина.

– Нет, – визгливо перебил ее Тихон, – я дальше сам!

– Ну ладно, ладно… – Арина попятилась, – как скажешь. Позвони мне потом, хорошо?

Тихон суетливо кивнул и почти побежал по направлению к парку.

Арина долго его инструктировала, рассказывала, что геи и лесбиянки собираются у летней сцены, на лавочках. Тихон представил себе схему парка. «По главной аллее дойду до детских каруселей, а потом сверну и ко второму выходу! – решил он. – Так я точно с ними не пересекусь!»

Но видимо, он слишком давно не был в этом парке. Долго плутал и вместо каруселей вышел к какому-то помосту, назначение которого не смог вспомнить. Тихон остановился и достал телефон, чтобы сориентироваться по навигатору.

– Привет! – Тихон вздрогнул, почувствовав руку на своем плече. – Ты Тихон, да?

– Нет, – просипел Тихон, не оборачиваясь.

– Ты не волнуйся, – продолжал обладатель нахальной руки. – Тут все свои. Нам твоя подруга прислала твое фото.

Тихон медленно, как в болотной воде, повернулся.

Парень, который стоял за спиной, на гея не был похож. Вообще. Никакой косметики. Никаких розовых шмоток. Без серьги в ухе. Да и говорил нормально, без сюсюканья.

– Я Артур, – сказал парень, – мы обычно тут собираемся, но сегодня…

«Это летняя сцена, – сообразил Тихон. – Я тормоз».

– …Только что мне сообщили, что тут не очень безопасно. Так что пошли?

– Куда? – слабо произнес Тихон.

– К остальным. Тут недалеко.

– Может, не надо…

Артур улыбнулся:

– Да, крепко тебя запугали. Били, что ли?

Тихон покачал головой. Если бы его новый знакомый убрал руку с плеча Тихона, было бы куда легче, но Артур как будто не замечал неловкости.

– Пойдем, – повторил он.

– Слушай, – выдавил из себя Тихон, – я вообще-то нормальный…

– Это здорово, – еще шире улыбнулся Артур, – что ты это понимаешь. Ты нормальный. И я нормальный. Это они ненормальные. Те, кто нас травит.

– Я не в этом смысле… Я…

Тут Артур заметил кого-то за спиной Тихона, и его улыбка стала слегка напряженной.

– Поговорим не тут, ладно?

Наконец он убрал свою злосчастную ладонь с плеча Тихона. Но не успел Тихон обрадоваться, как Артур взял его за руку. И ласково потащил за собой. От ужаса Тихон даже сопротивляться не стал.

Они дошли почти до входа в аллею, когда за спиной послышался топот.

Артур прибавил ходу. Теперь он почти волок за собой Тихона. Они нырнули в просвет между кустами… и уперлись в группу очень живописных молодых людей. Все они были обриты под ноль, накачаны и одеты в униформу – простые широкие штаны и черные футболки.

– Попались, – сказал самый широкий из парней, – голубчики.

А потом кто-то прыгнул на Тихона сзади.

* * *

Истерику, которую папа устроил в участке, Тихон не забудет никогда.

Наверное, первый раз в жизни Тихон плакал от стыда – жгучего, обжигающего. От стыда за отца, который кидался на Артура с кулаками, который орал матом, который угрожал и, безусловно, побил бы Артура, если бы полицейские его не оттащили.