Райское место - Франсуаза Бурден

– Ну так вот, не поможешь ли ты мне представить в выгодном свете мои аргументы?

Валер помолчал, задумчиво хмуря брови.

– Если ты сформулируешь это как этическую проблему, можешь заранее приготовиться к провалу, они засмеются тебе в лицо. Доходы и мораль – вещи несовместимые; надеюсь, ты это понимаешь. Единственный твой шанс – подать свой проект как антитезу другим паркам, подчеркнуть его своеобразие, которое возвысит тебя над конкурентами и гарантирует широкую известность, иными словами, приток посетителей. По сути дела, вы ведь преследуете одну и ту же цель – чтобы люди рвались в ваш зоопарк. Только методы у вас разные.

– Верно!

Мод, сидевшая на другом конце стола, с беспокойством наблюдала, как ее сыновья совещаются шепотом, словно заговорщики.

– Вы не хотите посвятить нас в свой разговор? – осведомилась она.

– Мы просто обсуждаем всякие технические детали, – ответил Лоренцо с извиняющейся улыбкой.

– А мы-то приехали, чтобы хоть ненадолго отвлечь тебя от них, – возразила Летиция.

– Ты права, – согласился Лоренцо. – Расскажите-ка о себе, как вы там поживаете, горожане?

– Да уж повеселей, чем ты, отшельник! – отбрила его сестра. – Хотя надо признать, что в аптеке, где я работаю, мало что происходит.

– Зато у меня, увы, наоборот, – вмешался Ян. – У нас в лицее что ни день – какое-нибудь происшествие! Я охотно поменялся бы с тобой местами, Лоренцо. Здесь ты делаешь все, как хочешь, и потом твои животные и вправду великолепны, а некоторые до того трогательны, я в них просто влюбился. Заботиться о них – действительно благородное занятие.

– Учить истории юное поколение – тоже, разве нет?

– Только не каждый день! – со смехом воскликнул Ян.

Лоренцо знал, что его зять подал заявление о переводе в Бретань, – ему не нравилась жизнь в Париже.

– У меня состоялась очень плодотворная беседа со здешним шефом! – объявила Анук, вернувшись к столу. – Он мне рассказал, каким образом готовит сморчки, почему использует игристое вино из Юра и каким образом подмешивает конте в слоеное тест о!

– Скажи-ка, а тебя, случайно, не называют одержимой? – пошутил Лоренцо.

И они перемигнулись, как сообщники, зная, что из всех членов семьи только их обоих страстно увлекает работа.

Время уже шло к полуночи, и Мод намекнула, что пора и на покой.

– Завтра утром встретимся в парке и позавтракаем там же, прямо на месте, – сказал Лоренцо.

– Неужели ты занимаешься экспресс-обслуживанием? – с веселой усмешкой осведомилась Анук.

– Я нанял для этого настоящего профи, вот он всем и заправляет. У него подают горячие и холодные блюда, десерты, а продукты мы получаем от местных фермеров. Посетители, приезжающие целыми семьями, могут захватить с собой еду и расположиться на террасе или в саду в зависимости от погоды.

Выйдя из ресторана, Лоренцо взглянул на экран смартфона, но сообщений не приходило – видимо, ветеринар, оставшийся наблюдать за детенышем гориллы, счел излишним беспокоить начальство. Значит, все в порядке, и хотя Лоренцо не очень хотелось возвращаться домой, ехать в парк было необязательно.

– Я обдумаю то, что ты мне сказал, – обещал ему Валер перед тем, как сесть в машину. – Нужно обязательно разработать стратегию защиты перед этим твоим собранием. Или же… Может, будет лучше, если я пойду туда вместе с тобой? Я надеюсь, ты имеешь право привести туда советника?

– Разумеется, но я не хочу, чтобы ты терял из-за меня время. В любом случае тебе придется сначала отвезти всех в Париж. Летиция и Ян не могут отсутствовать долго, а уж Ксавье просто придет в ярость, если мама не вернется в назначенное время.

– А я довезу их до Женевы и посажу в самолет. Сам-то я могу подзадержаться – договорюсь со своей конторой, мне это нетрудно, они мне идут навстречу!

– Очень мило с твоей стороны. По правде говоря, мне всегда не по себе, когда я встречаюсь с финансистами.

– И к тому же ты не дипломат, слишком уж прост для всяких интриг. Уверяешь, что согласен на любые компромиссы, но я-то тебя знаю: ты их озвучишь так, что они будут похожи на требования.

– Нет! Уверяю тебя, что сумею показаться сговорчивым.

Валер расхохотался и хлопнул брата по плечу.

– Ну ты и комик! «Сговорчивым»! Это тебе только кажется: в любой дискуссии ты сразу воспламеняешься, повышаешь голос, размахиваешь руками, при необходимости обольстительно улыбаешься, но не уступаешь. Да и что с тебя взять – итальянец! Ладно, решено, я еду с тобой. И, кроме всего прочего, меня забавляет эта ситуация.

Лоренцо, очень довольный тем, что ему не придется воевать в одиночку с людьми, от которых зависел его бюджет, принял предложение Валера. Брат принадлежал к той редкой категории людей, от которых он соглашался принимать помощь, хотя, как правило, рассчитывал только на собственные силы. Он до сих пор корил себя за то, что попросил денег у Ксавье, хотя прекрасно знал, что ничего не добьется.

Он проводил глазами машину Валера, потом машину Анук и, наконец, сел в свою. Встреча с родными доставила ему огромную радость, однако он ни на минуту не переставал думать о грядущих проблемах. Управление парком и его будущее представляли собой настоящую головоломку, но это было смыслом его жизни.

Садясь за руль, он внезапно подумал о Жюли, о ребенке, которого она носит, и о счастье, которое испытывает – и разделяет с другим. Несколько часов назад, когда им пришлось зашивать раны детеныша гориллы, они работали вдвоем, в полном согласии, как друзья и коллеги. Лоренцо ценил помощь Жюли в сложных ситуациях, ему было приятно видеть ее рядом, даже если он и не требовал ее присутствия из уважения к Марку.

Однако он ясно понимал, что ему нужны не только ее профессиональные навыки. Ладно – через пять-шесть месяцев ему придется заменить ее другим ветеринаром, и тогда конец его недозволенным мыслям и душевным метаниям. Он направился было к своему домику, но в последний момент передумал и свернул на дорогу к парку, к тому месту, где действительно чувствовал себя дома.