Я - не Я - Алексей Слаповский

Неделин представил: Гаралыбин возвращается в учреждение. Возможно, он сегодня же возьмёт билет. Вернувшись, он, как человек прямолинейный, в лоб спросит: кто и за что его собирается перевести в рядовые работники и отправить на пенсию? Выяснится, что это недоразумение. И это недоразумение могут связать с исчезновением Неделина, со странным случаем, наверняка ведь об этом случае говорит весь город, наверняка Неделина уже ищут по приметам Виктора Запальцева, который в обличье Неделина был, вероятнее всего, задержан в ресторане милицией и всё рассказал. То есть, значит, Неделин идиотским образом обнаружил себя. То есть нужно срочно, сегодня, в крайнем случае завтра уезжать из Сочи. Поэтому нужно немедленно найти валютную женщину, он не может уехать, не встретившись с ней. Нет, тут не влюблённость, говорил себе Неделин, а чёрт знает что, — да и разбираться не буду, что это, отчёт я давать никому не обязан, в том числе и себе самому. На фиг, на фиг, некогда и неохота!

Валютную женщину он увидел в одиннадцатом часу возле интуристовской гостиницы. Она была в красном платье, в красных ажурных колготках, в красных туфлях, с красной помадой на губах, ослепительно красивая, но без похабства в лице, наоборот, с чистыми лукавыми девичьими глазами. Смеялась улыбкой. Изредка проходили группами иностранцы, валютная женщина их не трогала. Но вот от группы приотстал господин средних лет в клетчатом пиджаке, женщина тут же подошла, что-то сказала, мило улыбаясь. Иностранец вдумчиво нахмурился, слушая, а потом воскликнул, оттолкнул женщину и ушёл. Она улыбалась ему вслед незамутненное.

Неделин стоял неподалёку за декоративной кустарниковой оградой. Оглядев себя (одет вполне модно, сойдёт и за иностранца), он прогулочно направился к входу в гостиницу. Но валютная женщина не подошла, не окликнула. Неделин остановился, медленно обратил внимание на женщину. Подойти к ней и сказать что-нибудь с иностранным акцентом. С английским. Даром, что ли. в школе и в институте учил? Неделин подошёл и, глядя в лицо женщины с простодушной бессовестностью, сказал вдруг вовсе не с английским акцентом:

Паслушай, дарагая, пойдём со мной?

Чего? — изумилась женщина, вперившись в славянское лицо Неделина, соображая, почему это славянское лицо заговорило с южным акцентом.

Ми шутим! — сказал Неделин. — И уже без акцента: — Ночь, говорю, скоротаем?

Отвали, — сказала женщина.

Советскими деньгами не берём, значит?

Никакими не берём. Я подругу тут жду. Ясно?

Послушайте, — сказал Неделин. — Мне от вас в общем-то, ничего не нужно. Просто посидеть, поговорить. Но я заплачу сколько положено.

Отвали, мусор!

Вы думаете, я, как бы это сказать… Провокатор? Вы ошибаетесь. Я из Воркуты, работаю на шахте инженером. Деньги есть, а пообщаться не с кем.

Засунь себе в задницу свои деньги.

Почему вы так? — мягко сказал Неделин. — Вы же не такая. Вам самой уже надоело, правда? Вам хочется человеческого общения, ведь так? — чтобы к вам отнеслись как к человеку, а не орудию удовольствия. А я как раз это и предлагаю.

Да хоть в ванной с шампанским меня искупай, всё равно… — и тут она запнулась. И вдруг сказала: — А в самом деле, мальчик! Искупай меня в шампанском, тогда сговоримся. А, Вася?

Я не Вася.

Это без разницы, Вася. Искупаешь?

Наверное, какую-нибудь вашу подругу искупали, и вам тоже хочется? — предположил Неделин.

А что, слабо? Не жмись, если нравлюсь. Слабо? Только без дураков, шампанское водой не разбавлять!

Нет, но где я вам его возьму? Поздно.

Давай считать, — оживилась валютная женщина. — Бутылка — червонец, дешевле не найдёшь. Десять бутылок — восемь литров. Для ванной нужно литров сто, так? Сколько бутылок?

Так… Сто бутылок —восемьдесят литров… Плюс ещё двадцать литров…

Бери десять ящиков — не ошибёшься, — подвела итог валютная женщина. И отвернулась.

Думаете, я не смогу? — спросил Неделин.

Отвали.

Нет, вы только подскажите, где шампанское взять

Валютная женщина, смеясь и всё ещё не веря, отвела его в ресторан, там говорила с официантами, Неделину было предложено заплатить за шампанское и за работу две тысячи, он выложил, через полчаса к нему в номер потянулись весёлые шустрые ребята с ящиками, в ванной слышалась беспрерывная пальба, шипенье и бульканье. Неделин не участвовал, поглядывал на часы: женщина обещала быть ровно в полночь. Шустрые ребята, веселея на глазах, управлялись быстро.

Готово, хозяин! — наконец услышал Неделин. Выпроводив шустрых ребят, он зашел и увидел ванну, наполовину заполненную шампанским. Светло-жёлтая жидкость шипела, пузырилась, источала густой запах, ударяющий в нос, и запах, надо сказать, не такой уж приятный. Неделин представил валютную женщину в этой жидкости, заволновался.

Женщина пришла. Заглянула в ванную, восхищённо выругалась и, не обращая внимания на Неделина, быстро разделась (он хотел выйти, но передумал), упала в ванну, заплескалась, забилась, как большая рыба, легла, отпила глоток, крякнула:

Годится! Вася, ты гений! Ты — человек! Я тебя даже люблю. Слушай, это такой кайф, это такая балда, это…

Она отпила шампанского, и ещё, ещё.

Как я тебя полюблю! Ты заслужил, Вася! Иди ко мне. Ну!

Неделин пошёл к ней. Залезая в ванну, поскользнулся, бухнулся, волна шампанского окатила женщину, она радостно завизжала, стала плескать в Неделина, и он тоже стал плескать, и они долго дурачились, обдавая друг друга брызгами шампанского. Голова кружилась.

Хлопнула дверь. Послышались шаги.

На пороге ванной стоял администратор. Его лицо закоренелого комсомольца было спокойно и неотвратимо.

Вы знаете, что после одиннадцати часов вечера принимать гостей у нас запрещено? — спросил он.

Вася! —закричала женщина. — Лезь к нам!

Вошли шустрые ребята, те же, что носили шампанское, молча и деловито помогли женщине выбраться из ванной, она, уж в стельку пьяная, ругательски ругалась, выпроводили её, а потом стали не спеша, толково издеваться над растерявшимся и даже не пытавшимся подать голос Неделиным: окунали его в шампанское, били по щекам, драли за волосы. Долго.

Устали,

Значит, мстишь? — спросил Неделин наблюдавшего администратора.

Сейчас я позвоню в милицию, — сказал администратор. — Дебош в гостинице. Купание в шампанском с проституткой. И так далее.

Не надо, — сказал Неделин.

Тогда завтра чтобы я тебя тут не видел, падла.

Хорошо, — сказал Неделин.

Пожалуешься, прибьём, — сказал администратор.