Алхимик - Пауло Коэльо

Почти целый месяц работал Сантьяго в лавке, инельзя сказать, чтобы новое дело очень уж ему нравилось. Продавец Хрусталядень-деньской сидел за прилавком и бурчал, чтобы юноша поосторожней обращался стоваром и ничего не разбил.

Однако он не уволился, потому что Продавец былхоть и ворчун, но человек честный и слово свое держал: Сантьяго исправнополучал комиссионные с каждой покупки и даже сумел скопить кое-какие деньги.Однажды утром он прикинул свои барыши и убедился, что если будет зарабатыватьстолько же, сколько сейчас, овечек сможет купить не раньше чем через год.

— Надо бы сделать открытую стойку собразчиками товара, — сказал он хозяину. — Мы бы поставили ее у входа в лавку,чтобы привлекать внимание прохожих.

— Жили мы раньше без всяких стоек, — отвечалтот. — Кто-нибудь, идя мимо, споткнется, заденет ее и переколотит мой хрусталь.

— Когда я гнал овец на выпас, они тоже моглинаткнуться на змею и сдохнуть от ее укуса. Однако это — часть жизни овечек ипастухов.

Продавец в это время обслуживал посетителя,желавшего купить три хрустальных бокала. Торговля теперь шла бойко, словновернулись времена, когда эта улочка притягивала к себе людей со всего Танжера.

— Дела идут недурно, — сказал он, когдапокупатель вышел. — Я зарабатываю теперь достаточно и скоро дам тебе столькоденег, что ты купишь новую отару. Чего же тебе не хватает? Зачем требовать отжизни большего?

— Затем, что надо следовать знакам, — невольновырвалось у юноши, и он тотчас пожалел о сказанном: Продавец-то ведь никогда невстречал царя.

«Это называется Благоприятное Начало, —вспомнились ему слова старика. — Новичкам везет. Ибо жизнь хочет, чтобы человекследовал Своей Стезей».

А хозяин между тем осмысливал то, что сказалСантьяго. Ясно, что одно его присутствие в лавке было добрым знаком — деньгитекли в кассу, и он не раскаивался, что нанял этого испанского паренька. Хотязарабатывает он больше, чем должен: обнаружив, что от торговли ничего в егожизни не меняется, хозяин, не гонясь за барышом, назначил ему высокий процент скаждой сделки. Интуиция подсказывала: скоро паренек вернется к своим овцам.

— Зачем понадобились тебе пирамиды? — спросилон, чтобы сменить тему.

— Затем, что мне много о них говорили, —ответил Сантьяго. Сокровища превратились в горестное воспоминание, и онстарался не думать о них, потому и не стал рассказывать хозяину свой сон.

— Впервые в жизни вижу человека, который хочетпересечь пустыню для того лишь, чтобы взглянуть на пирамиды. А пирамиды эти —просто груда камней. Ты и сам во дворе можешь построить такое.

— Видно, вам не снились сны о дальнихстранствиях, — ответил ему на это Сантьяго и пошел навстречу входившему в лавкупокупателю.

Через два дня старик хозяин вернулся кразговору о витрине.

— Не люблю я новшеств, — сказал он. — Я же нетак богат, как Гассан, которому не страшно ошибиться — он на этом много непотеряет. Нам с тобой за свои ошибки придется всю жизнь платить.

«Верно», — подумал юноша.

— Вот и ответь мне, зачем тебе эта стойка? —продолжал хозяин.

— Я хочу как можно скорей вернуться к моимовечкам. Пока удача нам сопутствует, надо пользоваться моментом. Надо сделатьвсе, чтобы помочь ей, как она нам помогает. Это ведь так и называется:Благоприятное Начало. Новичкам везет.

Старик помолчал и ответил:

— Пророк дал нам Коран и возложил на нас лишьпять обязанностей, которые мы должны выполнять в жизни. Самая главная —помнить, что нет бога, кроме Аллаха. А четыре других — молиться пять раз вдень, поститься, когда наступает месяц Рамадан, быть милосердным к неимущему…

Он снова замолчал. При упоминании Пророкаглаза его увлажнились. Он, хоть и был человек живой, нетерпеливый и горячий,все же сумел прожить жизнь в соответствии с законом Магомета.

— Ну, а пятая обязанность? — спросил Сантьяго.

— Позавчера ты сказал, что мне, наверное,никогда не снились сны о дальних странствиях. Так вот, пятая обязанностькаждого мусульманина — совершить паломничество. Каждый из нас хоть однажды вжизни должен посетить священный город Мекку. А она гораздо дальше, чемпирамиды. В молодости, как только скопил немного, я предпочел купить эту вотлавку. Думал: вот разбогатею, тогда и отправлюсь в Мекку. Потом у меня завелисьденьги, но я никому не мог доверить торговлю, ибо товар у меня хрупкий. Икаждый день видел, как мимо проходят паломники: были среди них богачи — ихсопровождали десятки слуг и целые караваны верблюдов, — но большая часть былабедней меня.

Видел я и как они возвращаются, счастливые идовольные, и ставят у двери дома символ паломничества в Мекку. Один из них,сапожник, чинивший чужие башмаки, рассказал мне, что шел через пустыню почтицелый год, но уставал меньше, чем в Танжере, когда отправлялся в соседнийквартал купить кожи.

— Почему же вам сейчас не отправиться в Мекку?— спросил Сантьяго.

— Потому что я жив только благодаря мечте оней. Разве иначе выдержал бы я все эти дни, неотличимые друг от друга, все этиполки, заставленные моим товаром, обеды и ужины в этой мерзкой харчевне? Ябоюсь, что, когда мечта станет явью, мне больше незачем будет жить на свете.

А ты мечтаешь об овцах и пирамидах и, не впример мне, жаждешь осуществить свою мечту. Я желаю только мечтать о Мекке.Тысячи раз я представлял, как пересеку пустыню, как приду на площадь, где стоитсвященный камень, семь раз обойду вокруг него и лишь потом прикоснусь к нему. Япредставляю, сколько людей будет толпиться рядом со мной и как мой голосвплетется в общий молитвенный хор. Но я боюсь, что меня постигнет ужасноеразочарование, и потому предпочитаю только мечтать.

В тот день он разрешил Сантьяго смастеритьновую стойку. Не все видят сны одинаково.

* * *