Водяра - Артур Таболов

Да, Черецкий был прав в том, что сегодня главное не произвести, а продать. Да, не вызывали сомнений успехи на мировом рынке крупных компаний с раскрученными торговыми марками. Но в то же время рядом с ними мирно сосуществовали небольшие частные фирмы. Была глобальная сеть "Макдонольдса" - и были кафе и забегаловки со своими завсегдатаями. Были обувные гиганты вроде "Саламандера" и "Карло Пазолини" - и были вполне успешные мастерские, где обувь шили на заказ вручную. Была целая сеть "Пятерочки" и "Рамстора" - и были магазинчики с постоянными покупателями. Почему такой же частной фирмой, не претендующей на глобальность, не может стать научно-производственное объединение "Иртыш" со своей водкой - качественной и недорогой? Сохранились связи с оптовиками, охотно покупавшими дешевую бесланскую водку, будет фирменный магазин. А главное - свое дело, где Тимур станет не частью корпорации "Россия", а полновластным хозяином. Он не сомневался в надежности корпорации, не сомневался в умении ее топ-менеджеров находить оптимальные решения, но ему не нравилась сама мысль, что он будет кому-то подчинен. Еще с советских времен сидело в нем недоверие к любому начальству. В последующие годы частник в его сознании укрепился окончательно и бесповоротно. Пройдут мимо большие деньги, которые обещало сотрудничество с "Россией"? Да и пусть, с него и небольших хватит, всех денег не заработаешь.

Через некоторое время, когда Тимур поделился этими соображениями с Панкратовым, тот усмехнулся:

- Не хотелось бы вас разочаровывать, но вы никогда не станете олигархом. Я наконец-то понял, что отличает их от обычных людей. У них установка принципиально другая: заработать все деньги. Абсолютно все, и ничуть не меньше. А что? У некоторых получается.

Через полгода был закончен ремонт, обновлено оборудование, завод заработал. И поначалу все складывалось так, как планировал Тимур: был стабильный спрос, бойко торговал фирменный магазин, неучтенный спирт владикавказского спиртзавода позволял удерживать конкурентноспособные цены. И вдруг, как кирпич на голову, свалился иск налоговиков. Вместе с коммерческим директором Гольдбергом и Ниной Петровной, перебравшейся в Москву и ставшей главным юристом "Иртыша", Тимур еще раз тщательно проверил архивные отчеты. Да, водку в Якутию отгрузили, четыре крупных партии, но никаких данных об оплате не было. С выписками из документов Тимур отправился в налоговую инспекцию. Там ему заявили: "Мы располагаем другими сведениями". И предъявили ответ торговой фирмы "Тыгын Дархан" на запрос налоговиков. В нем было сказано, что все платежи НПО "Иртыш" за поставленную в 2001 году водку были своевременно переведены на банковский счет завода. К ответу прилагались копии платежных поручений.

"Платежки фальшивые, - попытался настоять на своем Тимур. - Фирмы "Тыгын Дархан" нет. Это была однодневка". "С чего вы взяли? - удивились в инспекции. - Платежки мы проверили в банке. Деньги действительно поступили. А вот налог с них завод не заплатил".

Единственное, чего смог добиться Тимур - отсрочки на месяц, чтобы самому разобраться с делами.

Больше недели ушло у него на поездку в Якутск. Все билеты на прямые рейсы из Москвы были распроданы на две недели вперед. Как объяснили Тимуру - конец отпусков. Посоветовали лететь через Новосибирск. В аэропорту Кольцово он не сориентировался и зарегистрировал билет не на прямой рейс, а на Ан-24 местной авиалинии, летевший с Якутск с тремя посадками. Каждая посадка с разгрузкой почты и высадкой пассажиров занимала часа по два, в Олекминске застряли на пол суток, потому что Якутский аэропорт закрылся по метеоусловиям. В итоге Тимур прилетел в Якутск не в первой половине дня, как рассчитывал, а в пятницу ночью. Все учреждения, понятное дело, были закрыты, пришлось до понедельника торчать в аэропортовской гостинице, сражаясь с клопами.

В понедельник он отправился в местную мэрию, чтобы получить документальное подтверждение, что торговой фирмы "Тыгын Дархан" не существует. Но она, как ни странно, существовала, и дела у нее шли хорошо, судя по современной оргтехнике и евроремонте в офисе. Банк "Саха", который когда-то дал гарантии на оплату водки, тоже существовал и тоже не бедствовал. Московского гостя встретили доброжелательно, хотя и не поняли, зачем он приехал. Дали копии всех финансовых документов, которые его интересовали. Узнав, что теперь он хозяин НПО "Иртыш", выразили надежду на продолжение взаимовыгодного сотрудничества. С тем Тимур и отбыл, напоследок просидев двое суток в аэропорту в ожидании летной погоды. Его успокаивали: "Это что, зимой и по две недели сидим". И только в самолете, следующем из Якутска в Москву, он вспомнил, что так и не спросил, что означает название фирмы "Тыгын Дархан".

Вернувшись в Москву, Тимур ознакомил Гольдберга и Нину Петровну с привезенными документами. Обсуждение не прибавило ничего к тому, что Тимур и так знал. Афера - вот что это было. Обычная афера. Необычен был только ее масштаб. Емельчук продал якутам водку, деньги получил, но от налоговиков скрыл первичную документацию, не внес данные в декларацию и изъял из компьютеров "Иртыша" следы сделки. Вероятно, он допускал, что афера рано или поздно раскроется, и потому поторопился продать завод.

Ни на что особенно не рассчитывая, Тимур встретился с Емельчуком. Встреча состоялась вечером в странном месте - в биллиардной возле Театра Российской армии. С виду это была обычная биллиардная - с десяток хороших столов, бар в углу, охранник на входе. Было накурено, стучали шары. Охранник жестом спросил: "Вам кого?" "Господина Емельчука, он меня ждет", - ответил Тимур и вручил визитную карточку. Охранник куда-то ушел, Тимур осмотрелся. Что-то необычное было в этой биллиардной. Наконец понял: игроки не разговаривали, а только жестикулировали. Они были глухонемые.

Охранник вернулся и жестом предложил следовать за ним. Посреди комнаты, куда они прошли темным коридором, стоял большой круглый стол без скатерти, вокруг него расположились человек шесть мужчин без пиджаков, с распущенными галстуками. Стол был завален долларами - сотенными купюрами и пачками в банковской упаковке, "котлетами", как их назвали, в каждой по десять тысяч. Шла игра в покер.

Тимур удивился. Казино в Москве развелось видимо-невидимо, на любой вкус. Рулетка, покер, блэк-джек. Но эти игроки, видимо, предпочитали свой круг. Сбросив свои карты, Емельчук поднялся из-за стола, отвел Тимура на диван в углу, поинтересовался:

- В покер не играете? Сюда не каждого пускают. Но за вас я бы поручился. Хотите?

- Нет, спасибо, - отказался Тимур. - Игрок из меня никакой.

- А я, грешный, люблю пощекотать нервы. Ну, нет так нет. Чем могу быть полезен?

Разговор не получился. Емельчук даже не дослушал Тимура:

- Не понимаю. У вас претензии ко мне? Есть арбитраж, есть суд. Хотите разбираться по понятиям? Забивайте стрелку. Посмотрим, чья крыша круче. А сейчас прошу извинить, меня ждут партнеры.

Утром Тимура встретила взволнованная Нина Петровна.

- Нашла зацепку! Смотрите. Договор купли-продажи НПО "Иртыш". Читайте вот этот пункт, - ткнула она пальчиком с маникюром в документ. - Читайте, читайте!