Закон тайги - Валерий Кузенков

Он взял ружьё и проверил. Заряжено. Рюкзак и топор спрятал под деревом, после чего сошёл с тропы и затаился. Прошла минута, другая, сойки продолжали свой гомон на весь лес, не отпускали незваных гостей.

– Хорошие птахи, – хвалил Сашка. – Потревожь их, и уже весь лес знает, что тут чужие.

Он улыбнулся и увидел милиционеров на расстоянии ружейного выстрела.

– А вот и гости идут глодать мои кости. От избы идут, значит, меня вычислили. Ну что, други мои, помирать вам, видно, пора!

Сашка прижал приклад к плечу. Навёл ружейную мушку на лицо одного из милиционеров и стал ждать.

«Пятьдесят метров, сорок, тридцать. В стволах – некрупная дробь, лучше подпустить поближе и выстрелить наверняка. А там автомат в руки, рожки с патронами по карманам и… А что дальше? На мне ещё два трупа повиснут ментов подневольных. Мне тогда из тайги вовек не выйти. Убью их, а это не значит, что они тут вдвоём. Двух в тайгу не пошлют, скорее всего, рыл с десяток. Этих положишь, остальные услышат выстрелы и сюда явятся, а тогда – война. Как я устал. – Сашка вздохнул, опустил ружьё, пропуская милиционеров мимо себя. – Больше в войну играть не хочу, не желаю. Хотя меня и пытаются заставить, но я лучше уйду».

Сашка приподнялся, сделал шаг, ещё шаг, сучок предательски треснул под ногой. Милиционеры обернулись.

– Стой! Стрелять будем! – Крик и выстрелы слились воедино.

Сашка прыгнул вправо, потом влево, упал на землю, кувыркнувшись через голову. В падении выстрелил в милиционеров, целясь по ногам. Всё сделал машинально, как учили в армии. Сзади закричал раненый милиционер.

Сашка прыжками пустился бежать по тайге. Пули стучали по деревьям, сбивая с них кору и сучья. Вскоре ему показалось, что он оторвался от преследователей. Остановился, чтобы перевести дух. Но рядом застрочил автомат. Пули ударили чуть выше Сашкиной головы по стволу огромного кедра. Сашка присел и ответил из ружья, теперь крупной картечью. Автомат продолжает бить по Сашке, он прыгает за ближайшее дерево, пули рубят кусты. Сашка бежит.

«Так не уйти. Тут тоже менты. Обложили, сволочи», – проносится в его голове.

Ноги путаются в сухой траве, и он падает на землю. Ещё пацаном он с ребятами пускал палы по сухой траве, а отец его за это порол. В этом году всю весну тайга без воды. Сашка чиркнул спичкой.

Трава, сухие листья занялись в один миг. Ветер помог, полетели искры. Загорелись на деревьях сучья. Кедры и сосны, что свечи. Затрещала хвоя на деревьях. Кругом дым. Сашка, прикрываясь дымом и огнём, скрылся в тайге.

* * *

То, что преступник обнаружен, лейтенант сообразил, когда услышал выстрелы.

– Накрыли! – крикнул он напарнику и рванул на шум стрельбы. – Все туда, все на помощь, преступник обнаружен! – кричал он в рацию.

Стрельба не смолкала. А потом пошли огонь, дым, лейтенант закашлялся, дышать стало невозможно, горела тайга.

– Ни хрена себе! Отходим! – Лейтенант дал новую команду. – Сбор у избы, сбор у избы! – орал он в рацию.

Через полчаса лес горел везде, где только можно. Милиционеры и старатели собрались у зимовья. Большие красные искры сыпались и сыпались на крышу. Шипели и затухали, спасала свежеуложенная земля. Сашка несколько дней назад заменил подгнившие доски и утеплил крышу слоем земли.

– Лейтенант, мы тут все. У одного из наших ранение в ногу. Ещё артельщика по руке зацепило, остальные целы, – доложил один из милиционеров. – Уходим к вездеходам? Избу поджечь?

– Чёрт с ней! И так сгорит!

Опергруппа цепочкой, друг за другом, начала прорываться к оставшимся у реки вездеходам. Черный дым Сашка и милиционеры заметили одновременно.

– Что это? – Сашка остановился, соображая, что может гореть.

Лейтенант, видя дым, прибавил шагу и передал по цепочке:

– Вездеходы горят!

– Твою мать! – заматерились опера у него за спиной.

* * *

Сашка спешил к чёрному дыму, а когда увидел, что горит вездеход, улыбнулся:

– Красиво, будто БТР, подожжённый душманами.

Горел вездеход, который был ближе к лесу. Но тут на речную гальку из горящего леса выскочили люди, забегали вокруг вездехода.

– Суетитесь, гниды! – Сашка смеялся. – Что, взяли? Пацаны – штаны на лямках! Как я вас! Раз – и мордой в навоз! – Он сел на землю, прижался спиной к дереву.

Сидел и смеялся, от огня его спасала река. Пожар был на другом берегу. Ветер стих, и день заканчивался. Оставшийся вездеход завёлся. Машина дёрнулась и двинулась по воде, оставляя на реке муть, а в воздухе копоть от выхлопных газов.

Сашка смотрел вслед удаляющемуся вездеходу, размазывая по лицу пот.

– Оторвались! – Лейтенант высунулся в окно машины.

Лесной пожар остался далеко позади.

– Пули траву подожгли или преступник? А может, чья-то халатность. – Он закашлялся, в горле першило. – Наглотался всё-таки дыму.

– Что? – спросил водила.

Лейтенант крикнул:

– Не пойму, отчего лес загорелся? От выстрелов или парень поджёг? Может, окурок непотушенный?

– Кто теперь разберёт? Улики все тю-тю, с дымом вылетели…

– Тю-тю! А мне что делать? Преступник тю-тю! Вездеход тю-тю! И двое раненых. Будет мне от начальства и тю-тю, и ду-ду!

Водитель улыбнулся. На грязном лице белой полосой блеснули зубы.

– Не переживайте так, товарищ лейтенант, утро вечера мудренее.

– Мудренее, только я никак не пойму, где парня теперь ловить? Мать у него уехала, он пропал.

– А может, он погиб?

– Может. – Лейтенант замолчал, думая о чём-то своём.

– Старшой, давай невесту его поспрошаем. Мне баба одна сказывала, что он к ней заходит.

– Какая невеста? Почему не знаю?

– Такая. Она не в самой деревне живёт, а рядом, в пяти километрах, на кордоне лесника. Батя у неё там работал, умер пару лет назад. То ли замерз в тайге, то ли медведь его поломал, толком не знаю. Но это и не важно.

– Одна она там живёт?

– Одна вроде.

* * *

Народ в округе узнал о пожаре, как только вездеход добрался до старательской артели. Многие жители деревни жалели Сашку.

«Если будем с его поимкой тянуть, деревенские скоро бунт в защиту парня поднимут. И так чем могут, ему помогают, – подумал лейтенант, слушая людские разговоры. – Необходимо поторопить события. Завтра к невесте его наведаюсь».

– Возьми пару парней. Они, если что, помогут с бабёнкой этой поговорить. Кстати, как её зовут? – спросил начальник артели.

– Ленка, кажется, а парней давай.

* * *

К Ленкиному дому гости подъехали рано утром. Постучали в дверь, сказали, что милиция. Первым вошёл лейтенант, за ним остальные.