За чертой - Кормак Маккарти

— ¿Quién es, joven?[681]— сказал он.

Все замерли. Взгляды уперлись в Билли. Билли поднял свою стопку, выпил и, поставив ее на стол, стал смотреть опять в те же свинцовые глаза.

— Un hombre, — сказал он. — No más.[682]

— Americano.[683]

— Claro. Americano.[684]

— ¿Es vaquero?[685]

— Sí. Vaquero.[686]

Пьяный не шевельнул ни одним мускулом. Даже глаза его были неподвижны. Он говорил словно сам с собой.

— Tome, Alfonso,[687]— сказал тот, что помоложе.

Он поднял свою стопку и обвел взглядом компанию. Остальные тоже подняли стопки. Все выпили.

—¿Y usted?[688]— сказал Билли.

Пьяный не отвечал. Мокрая красная нижняя губа у него отвисла, обнажив ряд безупречных белых зубов. Казалось, он не расслышал.

— ¿Es soldado?[689]— сказал он.

— Soldado по.[690]

Тот, что помоложе, сказал, что этот их пьяный в гражданскую войну был солдатом, участвовал в битве при Торреоне и при Закатекасе{98} и что он был неоднократно ранен. Билли посмотрел на пьяного. Еще раз удивившись непроницаемой черноте его глаз. Тот, что помоложе, сказал, что ему при Закатекасе в грудь угодили три пули и он лежал в уличной грязи, во тьме и на холоде, а собаки слизывали его кровь. Сказал, что на груди этого патриота остались отметины от пуль и все могут их увидеть.

— Otra vez,[691]— сказал Билли.

Склонившись вперед, бармен стал наливать из бутылки.

Когда во все стопки было налито, тот, что помоложе, поднял свою и провозгласил тост за революцию. Они выпили. Поставили стопки, вытерли губы тыльной стороной руки и обратили взгляды на пьяного.

— ¿Por qué viene aquí?[692]— сказал пьяный.

Все стали смотреть на Билли.

— ¿Aquí?[693]— сказал Билли.

Но пьяный мужчина на вопросы не отвечал, он их только задавал. Тот, что помоложе, слегка подался вперед.

— En este país,[694]— прошептал он.

— En este país, — повторил Билли.

Все ждали. Потянувшись вперед, он схватил с противоположного края стола стоявший перед пьяным стакан мескаля, выплеснул его содержимое на пол и поставил стакан обратно на стол. Никто не шевельнулся. Он жестом привлек внимание бармена.

— Otra vez,[695]— сказал он.

Бармен медленно взялся за бутылку и медленно разлил по стопкам вновь. Поставил бутылку и вытер руку о штаны у колена. Билли взял свою стопку и поднял перед собой. И сказал, что в эту страну он пришел, чтобы найти пропавшего брата. Сказал, что его брат слегка с приветом и он не должен был оставлять его без присмотра, но так уж получилось.

Его собутыльники сидели, держа перед собой стопки. Их взгляды сошлись на пьяном.

— Tome, Alfonso, — сказал тот, что помоложе. И для наглядности качнул еще этак стопкой снизу вверх.

Бармен тоже поднял стопку, выпил, поставил пустую стопку опять на стол и откинулся на стуле. Как игрок, который сделал свой ход и сидит теперь, ждет результатов. Скользнув по остальным, взгляд Билли остановился на самом младшем в компании, который сидел слегка обособленно в надвинутой на лоб шляпе и держал полную стопку в обеих руках, будто это какое-то ритуальное подношение. До сих пор он не произнес еще ни слова. Все помещение наполнилось очень тихим гулом.

Цель всякой вежливости всего лишь в том, чтобы избежать кровопролития. Однако пьяный уже был в сумеречной зоне, где понятие ответственности размыто, на что старался без слов обратить внимание тот, что сидел с ним рядом. Он улыбнулся, пожал плечами и, качнув стопкой в направлении norteamericano,[696]выпил. Когда он поставил ее на стол, пьяный заерзал. Слегка наклонясь вперед, он взялся за свою стопку, на что тот, что помоложе, одобрительно улыбнулся и снова поднял свою, будто призывая приятеля выходить из его черной меланхолии. Но пьяный, взявшись за стопку, передвинул ее на край стола и стал медленно клонить набок, пока весь виски не вылился на пол, после чего опять установил стопку на столе. После этого его нетвердая рука потянулась к бутылке мескаля. Перевернув ее, он налил маслянистой желтенькой горючки себе в опустевшую стопку и поставил бутылку обратно — с этим еще ее осадком и червяком, медленно кружащимся по часовой стрелке на стеклянном донце. Затем он опять развалился на стуле.

Тот, что помоложе, посмотрел на Билли. Где-то в городе в темноте залаяла собака.

— ¿No le gusta el whiskey?[697]

Пьяный на это не ответил. Стопка мескаля стояла перед ним точно так же, как она стояла, когда в бар вошел Билли.

— Es el sello,[698]— сказал тот, что помладше.

— ¿El sello?[699]

— Sí.

По его словам, пьяный протестовал против герба на акцизной марке — это, мол, герб угнетателей, засевших в правительстве. Вот он и решил, что не будет пить из такой бутылки. Вроде как для него это дело чести.