Под алыми небесами - Марк Салливан

«Но в какой-то момент мы увидим немцев. Они будут на перевале Бреннер…»

– Танк! – крикнул Лейерс. – Американский танк!

7

Пино пригнул голову, посмотрел направо, пытаясь увидеть через плечо Карлетто.

– Вот он! – крикнул Карлетто, показывая в сторону большой открытой площадки на окраине города. – «Шерман»!

Пино не останавливался, обходя танк слева.

– Он наводит на вас пушку, – сказал генерал Лейерс.

Пино посмотрел на танк в семидесяти метрах от них – его башня поворачивалась в их сторону. Пино нажал на педаль газа.

Карлетто, высунувшись из окна, принялся обеими руками махать в сторону танка.

– Американские друзья! Американские друзья! – закричал он по-английски.

Танк выстрелил, снаряд прошел за их багажником и оставил дымящуюся дыру в двухэтажном фабричном здании по другую сторону улицы.

– Газу! Уходим отсюда! – взревел Лейерс.

Пино перешел на более низкую передачу и резко ускорился. Но прежде чем он успел выйти из зоны обстрела танка, из дымящегося здания застрекотали пулеметы.

– Пригнитесь! – прокричал Пино и наклонил голову, он слышал, как пули пролетают над ним, ударяют в броню и гусеницы танка.

Они свернули в переулок и оказались вне досягаемости сражающихся сторон. Лейерс похлопал Пино по плечу:

– Гений за рулем, настоящий гений!

Пино горько улыбнулся, он петлял по улицам. Американские войска, казалось, увязли за местом слияния двух ручьев, которые впадали в реку Адидже. Лейерс показал, как обогнуть участок, где шел бой, а потом предложил ехать в сторону от города на восток в направлении деревни Кардано.

Вскоре Пино свернул на дорогу – оказавшуюся почти пустой – к перевалу Бреннер. Он набрал скорость, снова двигаясь в северном направлении. Альпы впереди исчезли в тучах приближающейся бури. Закапал мелкий дождь, начал собираться туман. Пино вспомнил рабов, раскапывавших здесь снег всего месяц назад, они стояли в талой воде, падали, их тела оттаскивали в сторону.

Он проехал мимо Кольмы и Барбиано. И только когда они оказались к югу от городка Кьюза, он увидел далеко впереди хвост немецкой колонны, запрудившей обе полосы дороги, – искалеченная армия ползла на север к Австрии через город Брессаноне.

– Мы можем их объехать, – сказал генерал Лейерс, изучая карту. – Но эта узкая дорога идет на восток вот здесь. Она поднимается вверх, там можно свернуть на север, а потом спуститься здесь прямо к перевалу Бреннер. Видите?

Пино согласился и снова поехал маршрутом, предложенным Лейерсом.

Сначала некоторое время они ехали по ровной, в глинистой жиже дороге, которая вскоре сузилась и начала крутой подъем, перешедший затем в горную альпийскую долину, с севера ограниченную хвойным леском, а с юга – пастбищным лугом. Они поехали вдоль северной границы по серпантину, который привел их в горную деревушку Фунес.

Потом дорога спустилась на тысячу метров, почти до верхней границы лиственных лесов, где тучи и туман начинали рассеиваться. Дальше дорога была двухполосной и скользкой. Она проходила через бескрайние поля желтых и розовых диких цветов.

Облака поднялись выше, открывая каменные осыпи и длинную стену Доломитовых Альп, величайших соборов Господа в Италии: известковые шпили стояли здесь один за другим, восемнадцать шпилей воспаряли на тысячи метров к небесам и походили на громадную корону из светло-серых шипов.

– Остановите здесь, – сказал генерал Лейерс. – Мне опять нужно помочиться. И я хочу осмотреться.

Пино решил, что это знак судьбы, потому что он сам хотел воспользоваться этим предлогом, чтобы остановиться. Он притормозил у узкого лужка среди хвойного леса, откуда открывался вид на Доломитовые Альпы во всем их величии.

«Подходящее место для Лейерса исповедоваться и заплатить за свои грехи, – подумал Пино. – Открытое место. Никакие услуги не помогут. Не спрячешься в тени. Один в храме Господа».

Лейерс отстегнул наручники и вышел со стороны Карлетто. Он пошел по сырой траве и альпийским цветам. Остановился на краю утеса, оглядел узкую долину, посмотрел вверх на Доломитовые Альпы.

– Дай мне пистолет, – пробормотал Пино.

– Зачем? – спросил Карлетто.

– А ты как думаешь?

Карлетто широко раскрыл глаза, но потом улыбнулся и протянул Пино «томпсон». Оружие показалось Пино странно знакомым, когда он взял его в руки. Он никогда не стрелял из такого, но много раз видел, как это происходит в гангстерских фильмах. К тому же майор Кнебель объяснял, как это делается, – ничего сложного.

– Сделай это, Пино, – сказал Карлетто. – Он нацистское чудовище. Он заслуживает смерти.

Пино вышел, держа «томпсон» в одной руке и пряча его за спиной. Впрочем, можно было не трудиться, не прятать оружие – генерал Лейерс стоял спиной к Пино, расставив ноги, – мочился с края утеса, наслаждаясь величественным видом.

«Он считает, что рулит ситуацией, – холодно подумал Пино. – Считает себя хозяином своей судьбы. Но он больше не хозяин. Мы с ним поменялись ролями».

8

Пино обошел «фиат» своего дядюшки сзади, сделал два шага по лугу; дыхание у него слегка сбивалось, ему казалось, что время замедлилось, как в тот момент, когда он входил в Кастелло Сфорцеско. Но теперь он владел собой и был уверен в том, что собирается сделать, как в любви Анны. Фараоновский надсмотрщик должен заплатить. Лейерс упадет на колени и станет просить о пощаде, но Пино будет неумолим.

Генерал Лейерс застегнул ширинку, еще раз оглядел поразительный пейзаж. Удивленно тряхнул головой, поправил пиджак, повернулся и увидел в десяти метрах Пино с прижатым к бедру «томпсоном». Немец остановился и замер.

– В чем дело, форарбайтер? – спросил он с ноткой испуга в голосе.

– Возмездие, – спокойно сказал Пино, испытывая странное чувство, будто он существует отдельно от своего тела. – Итальянцы верят в это, mon général. Итальянцы считают, что кровопролитие хорошо для раненой души.

Лейерс стрельнул глазами в одну, в другую сторону.

– И вы собираетесь просто пристрелить меня?

– После того, что вы сделали? После того, что я видел? Если справедливость существует, то вас нужно застрелить из сотни, из тысячи стволов.

Генерал поднял обе руки ладонями к Пино:

– Вы не слышали, что вам сказал ваш американский майор? Я герой.

– Никакой вы не герой.

– И все же они меня отпустили. И все же они отправили меня с вами. Американцы.

– Почему? – спросил Пино. – Что вы для них сделали? Какие услуги им оказали? Кого подкупили золотом или информацией?

В душе Лейерса происходила какая-то внутренняя борьба.