Том 7. Последние дни - Михаил Афанасьевич Булгаков

class="p1">Никита, вздохнув, уходит. Александра, посидев еще некоторое время у камина, посмотрев на часы, уходит к себе. Потом слышится дверной колокольчик. Видно, как в кабинете проходит тень Никиты вглубь, а затем вглубь проходит тень человека маленького роста. Где-то в глубине в кабинете вспыхивает свет. Послышался глухо голос Никиты: «Слушаю-с, хорошо...» Никита показывается в кабинете, по дороге щипцами наскоро ворошит угли в камине в кабинете, выходит в гостиную, подходит к дверям, ведущим в спальню, говорит: «Александра Николаевна!» Показывается Александра.

Никита. Александра Николаевна, они совсем больные приехали... Малины просят...

Александра. Ага, хорошо, хорошо, сейчас. (Проходит через гостиную в столовую, а Никита возвращается в кабинет и уходит в глубь его.)

В кабинете послышался еще раза два голос Никиты — глухо — слов не разобрать. Потом Никита проходит в глубине кабинета в дверь в переднюю и закрывает ее за собою. Александра с чашкой в руке входит в гостиную, останавливается у дверей в кабинет.

Александра. On entre? (Входит в кабинет, скрывается в глубине его. Дальше ее голос слышен глухо в кабинете.) Alexandre, êtes-vous indisposé?..[89] Лежите, лежите...

Источник света в глубине кабинета перемещается, отчего несколько меняется свет (освещение).

Может быть, послать за доктором? (Еще несколько фраз глухо. Проходит к дверям — из кабинета в переднюю, кричит тихо.) Никита!

Никита проходит в кабинет в глубину.

(Говорит по дороге ему.) Раздень барина. (Сама отходит к камину.)

Никита уходит и закрывает за собой дверь в переднюю, а Александра проходит в глубь кабинета. Опять глухо доносится ее голос, большинство слов не разобрать.

Все благополучно... нет, нет...

Послышался дверной колокольчик. Через некоторое время в гостиной появляется Никита с письмом в руках, и тотчас Александра выбегает из кабинета.

Никита. Александру...

Александра (сделав грозные глаза, грозит пальцем Никите, вырывает у него письмо, говорит громко). А, от портнихи? Хорошо. Скажи, что я буду завтра. (Прячет письмо в карман.)

Никита в недоумении глядит на Александру.

(Громко.) Ну, что же ты стал? Ступай! (Тихо.) Ты что делаешь? Тебе сказано, не подавать писем!

Никита. Виноват...

Александра (тихо). Молчи! (Громко.) В два часа заеду. Ступай.

Никита уходит, Александра возвращается в кабинет и говорит.

Это ко мне от портнихи приходили.

Ее голос — из глубины кабинета.

Да что вы, Александр? Бог с вами!.. Говорю же, что от портнихи...

Опять глухо слова.

Право, я пошлю за лекарем. Хорошо, хорошо... Bon, bon...[90] Дайте я вас перекрещу... Я умоляю вас не тревожиться...

Свет в глубине кабинета гаснет.

(Александра возвращается в гостиную, закрывает дверь в кабинет, задергивает ее портьерой, подходит к камину, вскрывает письмо, читает, комкает его, прячет в карман.) Негодяи! Боже праведный!.. В деревню надо ехать...

Послышался дверной колокольчик, потом голоса, и из дверей, ведущих в столовую, появляется Наталья Николаевна. Наталья Николаевна развязывает ленты капора, снимает его. Лицо Натальи Николаевны горит от мороза. Она так красива, что Александра как-то блекнет. Наталья бросает капор на диван, близоруко щурится, видит Александру.

Наталья. Ты одна? Не спишь? Пушкин дома?

Александра. Он приехал совсем больной и заснул. Просил его не беспокоить...

Наталья. Ах, бедненький! Не мудрено, такое поветрие!.. Какая буря, Боже!.. Нас засекло снегом!..

Александра. С кем ты приехала?

Наталья. Меня проводил Шарль.

Александра. Значит, ты все-таки хочешь беды?

Наталья. Ах, ради Бога, без нотаций!

Александра. Таша, что ты делаешь?

Наталья. O, mon Dieu! Как наскучило мне все это! Это смешно! Кому какое дело, что beau-frére[91] меня проводил...

Александра вынимает письмо, подает Наталье.

(Читает, меняется в лице. Шепотом.) Он не видел?

Александра. Бог спас. Никита хотел подать.

Наталья. Ах, старый дурак! (Бросает письмо в камин, оно вспыхивает.) Мерзавцы! Я догадываюсь, кто сделал это! Мерзавка!

Александра (указывая в камин). Это тебе не поможет. Завтра придет другое. Он все равно узнает.

Наталья. Это неправда!

Александра (тихо). Не лги.

Наталья. Ну, хорошо, правда. Я была с ним у Идалии, но я не знала, что он там будет! Она заманила меня, негодяйка!

Александра. Уедем в деревню. Я тебе советую.

Наталья. Бежать? Ни за что! Из-за того, что какая-то свора гнусных негодяев... презренный Anonyme... бежать! Значит, признаться?.. Между нами ничего нет!.. (Плачет.) Я так несчастна!.. Азя, помоги мне!..

Александра. Ну не плачь, не плачь... Я и сама теряю голову... Ну, перестань...

Наталья вытирает глаза, встает, успокаивается.

Наталья. В конце концов, эти подлецы так замучили нас, что нам представляется все безвыходным! Я так устала!

Александра. Ну, прощай. Но умоляю тебя, будь осторожна.

(Крестит Наталью, уходит к себе.)

Наталья некоторое время у камина, потом переходит к окну, смотрит в него. Фонарь с улицы бросает на нее скупой свет. Через некоторое время в дверях, ведущих из столовой, бесшумно появляется [Дантес]. Он — в шинели и в шлеме. Бобровый воротник запорошен снегом. В руках у Дантеса — перчатки. Наталья поворачивается, видит Дантеса, отшатывается.

Наталья (вглядывается в ужасе). Как вы осмелились?! Как вы проникли?! Сию же минуту покиньте мой дом! Какая дерзость! Я приказываю вам!

Пауза.

Дантес. Вы забыли в санях ваши перчатки. Я боялся, что завтра озябнут ваши руки. И я вернулся. (Кладет перчатки на стол, прикладывает руку к шлему и поворачивается.)

Наталья. Вы сознаете ли опасность, которой подвергли меня? Он за дверями! (Подбегает к двери кабинета и бесшумно поворачивает ключ и опять закрывает портьеру.) Он не потерпит. Он убьет меня!

Дантес. Из всех негров, которых я когда-либо знал, этот самый кровожадный. Но не беспокойтесь, он убьет меня, а не вас.

Наталья. Зачем же вы совершаете преступление? Ах, у меня темно в глазах!.. Что будет со мною?.. Ах...

Дантес. Успокойтесь! Ничего не случится с вами. Меня же положат на лафет и отвезут на кладбище. И также будет буря и снег и в мире ничего не изменится.

Наталья. Я заклинаю вас всем, что есть дорогого у вас, — покиньте дом!

Дантес. У меня нет ничего дорогого на свете, кроме вас. Не заклинайте меня.

Наталья. Уйдите!

Дантес. Ах нет. Вы причина того, что совершаются безумства.

Наталья. Как?..

Дантес. Вы не даете возможности говорить с вами! В санях вы отказались слушать меня... А между тем есть величайшей важности вещь, которую вам надлежит выслушать. Я люблю вас...

Наталья. И это говорите вы?! Месяц