Последняя любовь лейтенанта Петреску - Владимир Лорченков

– Пока нет, пока он думает, что будет сотрудничать с нами за деньги, но не стучать, – разочарованно признался майор, и по-собачьи посмотрел в глаза начальнику, – но ребята не сомневаются в том, что вы его завербуете.

– Это еще что? – неприятно удивился Танасе. – А ну, признавайтесь, что это еще за ребята и сомнения?

– Видите ли, шеф, – решил сыграть в откровенность проболтавшийся Эдуард, – ребята часто ставят на вас пари. Завербуете или не завербуете. Я обычно ставлю на то, что завербуете. И выигрываю.

– Это хорошо. А почему, кстати, от вас водкой несет? Вы ведь еще не выиграли, – ядовито улыбнулся Танасе. – Ну, ладно, ладно. Не смущайтесь. Так и быть, сегодня я вас прощаю. Но пить постарайтесь все-таки меньше. Ведь мы – чекисты. А что второй стукач?

– А вот это, – обрадовался Эдуард перемене темы, – классический стукач. Стукач в чистом виде. Пришел с целью настучать.

– Ну, – рассудил Танасе, – такие обычно ничего интересного не рассказывают. Так, по мелочам на соседей клевещут. Этот тоже на соседей пришел стучать?

– Говорит, что нет. Мы ему для пущей убедительности подсунули демонстрационный фильм «Не хотел говорить-2». А потом – «Отвлекал по мелочам-4». Но стукач не впечатлился. Говорит, что пришел по очень важному делу. И даже когда капитан Стрымбяну из восьмого отдела ему для пробы палец вывихнул, все равно не сдался. Требует встречи с вами, и все тут.

– Хорошо. Это, наверняка, стоящий. Кстати, майор…

– Да, генерал, – снова уселся Эдуард, собравшийся было снова уходить.

– Вы сколько на меня поставили?

– Господин Танасе, я…

– Да прекратите вы оправдываться. Сколько поставили-то? И какова ставка?

– Поставил, – удрученно признался майор, – я на то, что вы завербуете. Пятьдесят леев. Ставка, что не завербуете – 1 к 10—и. Ставка, что завербуете – 1 к 1, 5. Но я подумал, что лучше выиграть чуть-чуть, чем проиграть много…

– То есть, шансы мои очень велики, – задумчиво сказал Танасе, отложив наручники.

– Гм. Да, шеф.

– Отлично, – хмыкнул Танасе, и достал из кармана купюру, – поставьте вот эти сто леев на то, что я стукача не завербую. Я его не завербую, и вы выиграете. Тысячу леев принесете мне.

– А вы и в самом деле его не завербуете? – восхищенно спросил Эдуард.

– Разумеется, завербую. Но это будет тайной, майор. Нашей с вами маленькой тайной.

– А почему?

– А потому, что двести леев из тысячи вы возьмете себе.

– Получается, – поморгал короткими ресницами тугодум Эдуард, – мы фальсифицируем итоги пари, мой директор.

– Нет, Эдуард, нет.

Танасе помолчал, и улыбнулся.

– Мы их корректируем.

* * *

Выпроводив из кабинета Сержиу, рассказавшего ему все об афганце Осаме, который режет овощи в киоске шаурмы, Танасе несколько минут сидел, глядя в стол пустыми глазами. Он понимал, что ему не просто, а сказочно повезло, но понимал также, что по-настоящему поймет это только через день-другой. Тогда же он и обрадуется. Встав, директор СИБ подошел к шкафу, на котором стояла небольшая иконка Божьей Матери, и несколько минут истово благодарил ее за эту удачу. Невозможное свершилось. Если верить стукачу, – а этому стукачу Танасе верил, потому что Сержиу оказался классическим стукачом, – в Кишиневе прячется террорист из десятки самых опасных террористов мира. Если точнее, – террорист, занимающий первое место в десятке десяти самых страшных террористов мира. Осама Бен Ладен.

Танасе торопливо порылся в газетных вырезках, которые выложил на стол из ящика, и нашел материалы по Бен Ладену. Газеты. Никаких других источников информации у директора СИБ, да и у его подчиненных, не было. Что лишний раз давало повод Константину напомнить сотрудникам службы о необходимости бережного отношения к прессе и телевидению. Вернее, к их сотрудникам.

Это досье Танасе скопировал на страничке «Компромат» в Интернете. Подзаголовок, гласивший, что материал основан на раскрытом для общественности докладе «Моссада», Константин вырезал. И принес досье, велев перепечатать его машинистке, президенту. Принес, чтобы похвалиться связями молдавской спецслужбы с израильскими коллегами. Президент Танасе очень хвалил, и с надеждой спрашивал, нет ли каких-либо данных о присутствии международных террористов в Молдавии? Тогда как раз подходил срок выплаты долга МВФ, и срочно нужны были деньги, которые всеми забытой республике могли подкинуть на борьбу с терроризмом.

– Вы только не сгущайте краски, – предупредил президент Танасе, – не то они решат бороться с терроризмом здесь сами, сюда введут войска НАТО, и погорим мы все синим пламенем.

– Я все понимаю, – вежливо откланялся Танасе, – и буду держать вас в курсе нашей работы.

И вот, похоже, президента можно было известить. А то он уже выказывал признаки нетерпения. Танасе начал читать.

«… помогли Усаме бен Ладену создать „арабский батальон“ в Афганистане. Вашингтон же выделил 3 миллиарда долларов на наем 35 тысяч „солдат удачи“ из 40 стран, которые составили „многонациональные мусульманские силы“. Еще несколько сот миллионов долларов передала на эти цели Саудовская Аравия. Деньги и оружие распределяли между моджахедами. Американцы хотели с помощью Усамы предотвратить экспансию коммунизма в южном направлении…».

Танасе завистливо поцокал языком. Три миллиарда долларов! Три государственных долга Молдавии

– И мы ведь эти деньги за четырнадцать лет понаодалживали, – переживал Константин, – а этот Осама, раз, и за месяц получил! И американцы хороши… Дали бы мне три миллиарда, так я бы коммунизм остановил не только на южном, но еще и на северном с восточным направлениях.

Безусловно, с Танасе будет солидарен и президент. Хоть он и считался коммунистом, но три миллиарда долларов… Константин послюнявил палец, пролистнул, и продолжил чтение.

«Психологический портрет. Обладает харизмой и утонченным вкусом, очень быстрым и глубоким умом. Способен объединить вокруг себя людей, которые являются антиподами один другому. Очень практичный и расчетливый. Готов до конца бороться за то, во что верит… Осама бен Ладен, 44 года, 17—й ребенок в семье, где кроме него еще 56 детей. Семья живет в Джидде (Саудовская Аравия). Осаму воспитывали гувернантки, и общался он только с детьми из аристократических семей, за что получил кличку Принц».

– Принц… в семье – пятьдесят шесть детей… – задумался Танасе, и снял трубку. – Быстро соедините меня с отделом слежки. Алло? Кто на проводе? Подполковник Дабижа? Говорит Константин Танасе. Добрый, добрый. Подполковник, послушайте, у меня для вас важное задание. Да. Да. Нет. Да. Только не надо перепоручать его какому-нибудь майору. Что? Да бросьте, знаю я, как вы там работаете.

– Ничего подобного, шеф, – защищался подполковник.

– Ну, ладно. Забудем об этом. Задание такое: завтра утром, в 9 часов 00 минут по молдавскому времени, выйдете из здания СИБ. Причем выйдете так, чтобы вся улица видела это. Чтобы все знали: вот, выходит на улицу сотрудник СИБ.