Обратная сторона радуги - Мария Евдаева

Когда мне исполнилось 12 лет, моя мама получила приглашение преподавать в Стенфордском университете, а мной стал заниматься дедушка Рубен. Но поскольку всем, что было связано с дедушкой, но при этом не было связано с молекулярной генетикой и особой важности не имело, занималась до своего отхода в мир иной бабушка Хана, мое детство напоминало историю гораздо более обласканного судьбой Гекльберри Финна, нашедшего клад еще до рождения и не отказывающего себе во многих удовольствиях при минимальном контроле и максимальных возможностях. О том, что Рубен Боннер имел собственную педагогическую доктрину, догадывался обо всех моих чаяниях и грамотно руководил моей жизнью из-за кулис, не вторгаясь в хрупкий тинейджерский мир, я поняла гораздо позже и просто наслаждалась детством вовсю. Хорошо известно, что счастливое детство является главным залогом счастливой жизни, и свою жизнь я всегда считала в большей части удавшейся именно благодаря дедушкиному педагогическому такту.

Сегодня окружать себя интересными людьми уже стало моей повседневной деятельностью – я веду программу «Урок сомнения» на молодежном телеканале, и моими гостями бывают люди самых неожиданных профессий и обладатели самых неожиданных увлечений или моментов биографии.

Даже самый рассудительный человек иногда оказывается в плену стереотипов, многие считают, что если плох тот солдат, что не мечтает стать генералом, значит, плох тот журналист, что не мечтает написать бестселлер. Я же еще, будучи солдатом, мечтала рассказать миру правдивую историю и вызвать общественный резонанс не приукрашивая и не искажая факты. Как же давно это было, если в этом году мне исполнится тридцать лет. Пора подводить свой первый жизненный итог.

– Когда мне исполнилось тридцать лет, я только начал свою жизнь. Лишь сейчас, когда мне семьдесят, я способен свободно идти по жизни, не разрушая ее основ.

– Вас по праву считали самым образованным человеком в царстве Лу, вероятно в молодости вас интересовала только учеба?

– Я, прежде всего, ценил знания, – с легким поклоном ответил мой собеседник, – однако, я был наивен, я пытался в одиночку изменить мир к лучшему, но мне так и не удалось добиться высокого поста.

– Но зато вы создали здесь прекрасную школу. Прямо в тени этих диких слив.

– Да, когда мне исполнилось сорок, я был самонадеянным и считал, что накопил достаточно мудрости, чтобы делиться ею с учениками, здесь мы с ними и беседовали. Я так и не оставил своей мечты сделать этот мир лучше, поэтому решил вырастить новое поколение благородных мужей, способных мудро и справедливо управлять государством.

– Учение, которое вы старались донести до своих учеников, называется Жэнь, что именно следует вкладывать в это понятие?

– Почтительность – почтительным не грозит высокомерие. Терпимость – терпимый овладеет умами. Надежность – надежному доверятся. Усердие – усердный добьется результатов. И великодушие.

– Вы как большинство философов считаете что великодушие – основной постулат божественного вдохновения? И что после смерти добряка ждет лучшая участь?

– Мы не знаем, что такое жизнь, что же мы можем знать о смерти? Я не сомневаюсь в существовании на Небесах высшего порядка, но ничего не могу сказать о его устройстве. Но я убежден, что только великодушный человек способен управлять другими.

– А что для идеального правителя Жэнь считает неприемлемым?

– Правитель не должен использовать неправильные названия. Если названия неправильны, слово не достигает своей цели, ритуалы приходят в беспорядок, музыка становится нестройной, а наказание не соответствует преступлению.

– Вы с учениками много путешествовали по всему Китаю, не так ли? Кто за вами последовал?

– Если ты ведешь в бой необученную армию – ты её уничтожаешь. Со мной отправились ученики, готовые к паломничеству.

– Говоря романтическим языком – вы искали новые горизонты?

– Мне к тому времени уже исполнилось пятьдесят лет, и я осознал свое место в общем порядке вещей. Когда правители царства Лу отвергли Жэнь, я надеялся найти правителя, способного его оценить, я искал применение своим знаниям. Трудно найти человека, который захочет учиться, не получив в конце образования работу.

– Отсутствие положительных результатов очень огорчило вас?

– Когда мне исполнилось шестьдесят лет, я научился не спорить. И я попросту вернулся в Лу. Сейчас я стараюсь передать своим ученикам как можно больше знаний, в надежде, что мое учение перейдет к грядущим поколениям.

– Вы не ставили перед собой задачу записать ваше учение для потомков?

– Я всегда объяснял своим ученикам древние книги, а не сочинял новые.

– Но однажды они вам не подчинились и записали ваши изречения в книге Луньюй. Она стала частью китайской и мировой классики. Благодаря этому учению, Жэнь актуально более двух тысяч лет.

– Это мне уже неизвестно, – мой собеседник позвонил в колокольчик.

– Спасибо, учитель Кун Цзы, вы преподали замечательный урок сомнения, как своему поколению, так и потомкам.

– Но сейчас кто-то нуждается в твоем внимании сильнее меня. Прощай…

…Звонок требовательно разрушал остатки сновидения. Я аккуратно нащупала мобильный телефон, стараясь не разбудить Шломо.

– Бонжорно, принчипесса, – выплыл из утренней неги бодрый голос Арика, только он всегда приветствует меня, подражая герою фильма «Жизнь прекрасна». – А ты что, все еще спишь?

– Зато мне приснилось, что я беру интервью у Конфуция.

– Значит я вовремя, – обрадовался Арик, – сегодня в девять у нас встреча с героем новой программы – к сожалению не Конфуций, но личность многогранная, так что поторопись.

И где только наш продюсер находит столько энергии.

– Хорошо, – пробормотала я, – уже встаю.

Я откинула мобильный и стала смотреть на Шломо, он лежал, как-то по-детски раскинув сильные загорелые руки. Этими руками я тайно любовалась с тех пор, как отличное умение держаться на воде мне неожиданно изменило, и единственное, что я в панике запомнила, это то, как оказалась в их объятиях.

– Спокойно, – твердо сказал голос обладателя волшебных рук, – держитесь за меня, и поплывем к берегу.

Страх отступил, вернулись силы, я стала грести все увереннее, одной рукой держась за своего спасителя.

– Спасибо, – сконфуженно лепетала я, стоя на мокром песке. – Глупая ситуация, я всегда так хорошо плавала и вдруг…

Как хорошо, что на загородном пляже, как правило, немноголюдно, славно бы я выглядела под прицелом пытливых взглядов.

– Ситуация имеет два объяснения – либо сегодня просто не ваш день, либо я так сильно понравился барышне, что она даже плавать разучилась.

Ну, разумеется, оба от испуга несем околесицу.

– Вы кто?

– Я Шломо, – просто ответил он и обаятельно улыбнулся.