Комната бабочек - Люсинда Райли

– Что еще? – поторопила Тэмми, просто уже желая закончить весь этот мучительный кошмар.

– Эви умирает от лейкемии. Она попросила меня пройти тест на отцовство, чтобы у Клемми остался хотя бы один родной человек. И, возможно, новая большая семья, когда ее не станет. Именно поэтому Эви вернулась в Саутволд.

– Боже мой. – Тэмми потрясенно взглянула на Ника. – Какой… кошмар.

– Да, именно. Ей ведь всего тридцать один… столько же, сколько тебе.

Они помолчали.

– Ник, – мягко сказала Тэмми, – я, безусловно, прошу прощения за свои подозрения после всего, что ты только что рассказал мне, но вы с ней… опять вместе?

– Нет. Клянусь, между нами ничего нет. Я рассказал ей о тебе, о том, как люблю тебя и хочу связать с тобой свое будущее.

– Но… – Ей удалось немного успокоиться. – Если бы Эви была здорова, ты захотел бы остаться с ней?

– Поверь мне, Тэмми, я много думал об этом. И мой ответ – нет. Я люблю тебя, пусть даже Эви опять появилась в моей жизни. Именно тебе удалось вырвать меня из больной одержимости. Я еще никогда не был так счастлив, клянусь, а потом, как на грех, случилось все это, и я… я…

Ник обхватил голову руками, и Тэмми заметила, как задрожали его плечи. Помимо воли, она нежно коснулась его плеча и слегка сжала его руку.

– Мне так жаль, Тэмми, так жаль, что произошла вся эта жуткая путаница.

– Ник, но почему же ты не рассказал мне обо всем раньше?

– Потому что мне необходимо было ездить туда ради Эви, и нужно было успеть нормально познакомиться с Клемми, понять, удастся ли нам с ней наладить отношения, прежде чем пытаться объяснить что-то тебе. К тому же я полагал, ты не поверишь, что я не возобновил роман с ее матерью, как впоследствии и оказалось. И, честно говоря, я боялся, что ты бросишь меня, узнав правду. Мы же знакомы не так давно. Разве мог я просить тебя регулярно навещать со мной бывшую любовницу и мою дочь?

– Я видела около ее дома твою машину в тот вечер, когда мы с Эми проезжали мимо.

– Я знаю. Эми говорила мне. Да, я общался там с Эви и Клемми. Я проводил с ними большую часть выходных. Не знаю, как ты к этому отнесешься, но Эви сказала, что, когда все прояснится, она хотела бы познакомиться с тобой.

– Чего ради ей вообще знакомиться со мной?

– Наверное, – Ник вздохнул, – она поняла, что ты станешь когда-нибудь приемной матерью Клемми.

– Понятно. – От этой мысли к горлу Тэмми опять подступил комок. – Ладно, возможно, было бы легче, если бы ты сразу все рассказал мне вместо того, чтобы темнить, предоставляя массу возможностей для очевидных подозрений. Ты не доверял мне, Ник, или не верил в мою любовь, – прошептала она.

– Я понял, что все испортил, и мне очень, очень жаль.

– А где ты пропадал последние две недели? – спросила она. – Пол сказал, что ты уехал от них с Гордон-плейс.

– Да. Я отвез свои вещи в тот новый дом в Баттерси, потом забрал пораньше Клемми из интерната, и мы слетали на швейцарский курорт Вербье покататься на лыжах. Нам нужно было побыть наедине, не говоря уж о том, что Клемми давно нуждалась в каком-то веселом отдыхе. Ведь она только и видела, как постепенно угасает ее мать.

– Бедняжка, это, должно быть, разрывает ей сердце.

– Да, нелегко ей пришлось. У Эви обнаружили лейкемию пару лет назад. И Клемми изрядно помучилась, одна ухаживая за матерью, пока она проходила лечение. Ремиссия длилась около года, но в июне болезнь обострилась с удвоенной силой, и Эви дали окончательный прогноз.

– Значит, Клемми знает, что ее мама скоро умрет?

– Увы, знает. Она милая малышка, Тэмми, и такая невероятно храбрая… хотя, естественно, очень горюет из-за болезни мамы. Я не в силах изменить это, но по меньшей мере могу навещать ее по выходным и отвлекать, пока Эви… – Ник пожал плечами. – Вернувшись из Вербье, мы отправились выбирать мебель для ее спальни в доме на Баттерси. Для нее важно сейчас почувствовать, что у нее есть дом.

– Тот дом, в котором пару недель назад ты приглашал меня жить с тобой?

– Да.

– Какие потрясающие откровения. – Тэмми взглянула на него и вздохнула. – И когда же ты собирался рассказать мне?

– Я… не знаю. Учитывая, что прошлое буквально взорвало мое настоящее, я мог лишь справляться с ним день за днем. Я должен бывать там ради Клемми, но я даже не представлял, как смогу объяснить это тебе.

– Я понимаю тебя.

– Правда?

– Да.

Ник взглянул на нее мокрыми от слез глазами. Он накрыл ее руку своей и пожал ее.

– Спасибо, Тэмми.

Они просидели в парке довольно долго, Тэмми изо всех сил старалась осмыслить все сказанное им.

– Ник?

– Да?

– Прошу, скажи мне сейчас честно, испытываешь ли ты к Эви какие-то чувства?

– Я же… забочусь о ней, Тэмми, поэтому, естественно, она мне небезразлична. Она умирает, умирает такой молодой, жизнь чертовски жестока, но люблю ли я ее так же, как люблю тебя? Нет, не люблю.

– Честно? Прошу, Ник, ты должен ответить честно, – взмолилась она.

– Честно. – Он еще раз взглянул на нее и улыбнулся. – А сегодня вечером ты так восприняла мой рассказ, что я стал любить тебя еще больше. Ты прекрасна, милая, как внутри, так и снаружи. Поистине. Вопрос только в том, сможешь ли ты выдержать жизнь с мужчиной, который, сам того не ожидая, обзавелся девятилетней дочкой?

– Никогда особо не задумывалась о детях, – призналась она.

– По иронии судьбы, я тоже, до встречи с тобой. – Ник усмехнулся. – Но теперь, оказывается, у меня есть готовый, не твой по крови ребенок, и я полностью пойму, если ты почувствуешь, что не выдержишь этого. В ближайшие месяцы Клемми понадобится много любви. И я буду обязан ездить туда, Тэмми.

– Конечно.

– И, само собой разумеется, мне хотелось бы, чтобы и ты была рядом с ней.

– Я… о боже, Ник, даже не знаю… я сомневаюсь в своих материнских способностях, и, кроме того, Клемми, вероятно, возненавидит меня, ведь я никогда не смогу стать ее настоящей мамой.

– Не сомневаюсь, она полюбит тебя, Тэм. Поверь мне, она по натуре невероятно мягкая и покладистая. До того, как мы с тобой… разошлись, я рассказывал ей о тебе, надеясь, что мы когда-нибудь поженимся. И она сказала, что ей хочется познакомиться с тобой.

– Так и сказала?

– Слово в слово.

Тэмми взглянула на Ника и поняла, что верит ему. И еще вдруг осознала, что замерзла.

– Ник, полагаю, мне нужно время, чтобы серьезно обдумать все, что ты рассказал мне.

– Конечно, милая.

– Я имею в виду, что мне не хотелось бы войти в жизнь Клемми, а потом уйти, обнаружив, что я переоценила свои силы. Ты понимаешь?