Дети судьбы - Джеффри Арчер

— Сегодня мы проведём день в Мэдисоне.

— Стоит ли Мэдисон целого дня? — спросил Флетчер. — Это же насквозь республиканский округ!

— Именно поэтому я хочу с ним покончить, пока ещё остаётся несколько недель до выборов, — сказал Джимми, — хотя, как это ни парадоксально, их голоса никогда не влияли на общий исход выборов.

— Голоса — это голоса, — сказал Флетчер.

— Но не в данном случае, — ответил Джимми. — Потому что, хотя весь штат голосует с помощью электроники, Мэдисон остаётся единственным исключением. Это один из последних округов во всей стране, где избиратели предпочитают карандашом ставить крестики на бюллетенях.

— Но от этого их голоса не становятся менее действительными, — сказал Флетчер.

— Верно, но в прошлом эти голоса оказывались бесполезными, потому что в Мэдисоне подсчёт начинается только утром после голосования, когда общий итог уже оглашён. Так что голосование в Мэдисоне всегда было фарсом; но это — одна из традиций, которую добрые жители Мэдисона не хотят пожертвовать на алтарь современной техники.

— И ты всё ещё хочешь, чтобы я провёл там целый день?

— Да, потому что, если большинство будет меньше пяти тысяч, Мэдисон неожиданно сделается самым важным городом в штате.

— Ты думаешь, что голоса могут распределиться почти поровну, когда, судя по опросам, Буш имеет рекордное преимущество перед Клинтоном?

— Но Клинтон каждый день откалывает кусочки от этого преимущества, так что бог знает кто в конце концов окажется в Белом доме, — или, если на то пошло, в губернаторском особняке в Коннектикуте.

Флетчер промолчал.

— Ты, кажется, сегодня чем-то озабочен, — заметил Джимми. — Хочешь ещё что-то со мной обсудить?

* * *

— Кажется, Нат выиграет с большим перевесом, — произнесла Джулия, читая утреннюю газету.

— Какой-то британский премьер-министр[72]однажды сказал, что «неделя — это в политике очень долгий срок», а до наших выборов остаётся ещё целых несколько недель, — отметил Том.

— Если Нат станет губернатором, ты потеряешь всякий интерес к работе. После всего, что вы пережили, возвращение в банк Фэйрчайлда — Рассела будет для тебя большим разочарованием.

— По правде говоря, я потерял всякий интерес к банку, когда Рассел слился с Фэйрчайлдом.

— Но ты скоро станешь председателем правления крупнейшего банка в штате.

— Только если Нат проиграет выборы.

Джулия отложила газету.

— Не понимаю.

— Нат попросил меня, если он их выиграет, стать у него начальником губернаторского персонала.

— Но кто тогда будет председателем правления банка?

— Разумеется, ты, — ответил Том. — Все знают, что ты лучше всех с этим справишься.

— Но банк Фэйрчайлда никогда не назначит женщину председателем правления. Он для этого слишком традиционен.

— Мы живём в последнем десятилетии двадцатого века, Джулия, и благодаря тебе почти половина наших клиентов — женщины. Что же до членов правления, не говоря уже о сотрудниках, в моё отсутствие большинство из них считает, что ты — уже председатель правления.

— Но если Нат проиграет выборы, он будет вправе ожидать, что станет председателем правления, а ты будешь его заместителем: в этом случае вопрос будет чисто академическим.

— Я не уверен, — возразил Том. — Не забудь, что Джимми Овермен, старший сенатор от Коннектикута, уже объявил, что на будущих выборах не будет добиваться переизбрания, и тогда Нат станет явным претендентом на его место. Кто бы из них ни стал губернатором, я уверен, что проигравший поедет в Вашингтон в качестве сенатора от нашего штата. Подозреваю, что через какое-то время Нат и Флетчер будут баллотироваться друг против друга на пост президента страны.

— Ты уверен, что я справлюсь с работой? — тихо спросила Джулия.

— Нет, — сказал Том. — Чтобы стать президентом, ты должна быть уроженкой Соединённых Штатов.

— Балда! Я имела в виду не пост президента страны, а пост председателя правления банка.

— Я это знал уже в тот день, когда мы встретились. Я только боялся, что ты не будешь считать меня человеком, который достоин быть твоим мужем.

— О, мужчины так медленно соображают! — воскликнула Джулия. — Я решила, что выйду за тебя замуж ещё в тот вечер, когда мы пришли в гости к Нату и Су Лин.

Том открыл рот, но ничего не сказал.

— Ах, насколько иначе сложилась бы моя жизнь, если бы другая Джулия Киркбридж решила то же самое, — добавила она.

— Не говоря уже о моей жизни, — сказал Том.