Тайный дневник девушки по вызову. Часть 2. Любовь и профессия - Бель де Жур

Юноша улыбнулся в ответ:

– Когда вам в последний раз говорили, что вы – супер?

– Минут сорок назад.

Машина Н. притормозила у бордюра.

– Красивая одежка, – заметил он, пока я садилась. – Когда подъезжал, подумал: ну не может быть, что ты и есть та милашка в платьице.

– Ты меня уже в нем видел.

– Правда? – Мы как-то провели денек в Беркшире, на яхте у его друга. – Ну, это было давно. И ты в любом случае здорово выглядишь.

Зашли ко мне на чашечку кофе. Он пролистывал мои журналы. Я сняла туфли и положила ноги к нему на колени. Мы начали было возиться, но от его прикосновений у меня возникло странное ощущение, почти щекотное. У меня вот-вот должны были начаться месячные, и легкие касания казались неприятными. Но и грубых мне не хотелось.

Мы некоторое время боролись на диване, потом он сдался.

– Нет настроения, да? – спросил Н. – Да ладно, все нормально.

Мне было не по себе. В конце концов, я же только что вернулась после траха. Но секс на работе – вопрос другой, он не связан с интересом или желанием.

Я понимала, почему мне ничего не хочется. Дело было не только в несколько разочаровавшем меня трио, не только в усталости от недавней встречи с клиентом.

– Знаешь, что этот месяц для меня значит?

– Знаю. – Н. обнял меня за плечи. – Ты все еще его не забыла, да?

Он имел в виду не Д. К. и не Этого Парня. Он имел в виду того, который был до них. И не ошибся. Всякий раз, когда у меня случается пауза между одним мужчиной и другим, мои мысли возвращаются к нему. Я могу тешить себя мыслью о том, что то или иное событие помогло мне справиться – буйные радости с Этим Парнем в прошлом году, например, – но каждый раз оказывается, что это не так.

– Я не скучаю по нему. – Н. одарил меня взглядом, полным сомнения. – Я теперь уже едва помню, какой он был. Я скучаю по своему представлению о нем.

По представлению, которое я отметала, как чушь собачью, пока не встретила его. По представлению о том, что существует один-единственный человек, которого полюбишь, один правильный человек, с которым проведешь вместе остаток своей жизни или значительную ее часть. Так что, возможно, он не был моим единственным. По крайней мере, встреча с ним помогла мне поверить, что «тот самый единственный» существует.

Он расстался со мной в ту ночь, которая, как я думала, будет первой ночью нашей новой жизни. И в отличие от всех моих прочих друзей Н. никогда не велел мне заткнуться по его поводу и не говорил, что пора бы уже выбросить его из головы. Потому что, когда мы с Н. познакомились, одной из причин того, что секс между нами был таким ураганным (а дружба впоследствии – столь глубокой), стали похожие раны, которые он тогда залечивал, нанесенные девушкой по имени Дж., которая отвергла его столь же драматическим образом.

Он расстался со мной в ту ночь, которая, как я думала, будет первой ночью нашей новой жизни.

– Ты хочешь, чтобы я ушел или остался?

– Мне стыдно выгонять тебя так поздно.

– Да ладно, – проговорил Н.

Он оделся, подобрал свою сумку и тихо ушел.

Позже я услышала, как что-то упало через почтовую щель. Поздновато для почты, подумалось мне. Спустилась вниз, чтобы посмотреть, – плитка «Йорки»[36]. Мой любимый. Н. понимает – он всегда все понимает.