Дети судьбы - Джеффри Арчер

— Лучше я сейчас же ей позвоню.

— Нет, это — худшее, что ты можешь сделать.

— Но я обещал позвонить.

— Знаю, но лучше мы сначала обойдём участок.

* * *

Когда мать Флетчера довезла его до дома Гейтсов в восточном Хартфорде, дверь открыл Джимми.

— Не забудь всегда обращаться к мистеру Гейтсу «сенатор» или «сэр».

— Да, мама.

— И старайся не задавать слишком много вопросов.

— Конечно, мама.

— Помни, что разговор двух людей состоит из пятидесяти процентов говорения и пятидесяти процентов слушания.

— Да, мама.

— Здравствуйте, миссис Давенпорт, как поживаете? — спросил Джимми, открывая дверь.

— Очень хорошо, Джимми, спасибо. А ты?

— Отлично. Сейчас папа и мама — на каком-то мероприятии, но хотите, я приготовлю для вас чашку чая?

— Нет, спасибо. Мне нужно вернуться на заседание больничного треста, но не забудьте передать родителям мои наилучшие пожелания.

Джимми понёс один из двух чемоданов Флетчера наверх в свободную комнату.

— Моя комната будет рядом, — сказал он. — Это значит, что у нас будет общая ванная комната.

Флетчер поставил второй чемодан на кровать и начал разглядывать картины на стенах — гравюры, изображающие Гражданскую войну,[12]— на случай, если в гости к сенатору приедет южанин, который забыл, кто победил в этой войне. Глядя на эти гравюры, Джимми вспомнил, что нужно спросить Флетчера, закончил ли он своё сочинение о президенте Линкольне.

— Да, ты нашёл номер телефона Дианы?

— Я сделал лучше. Я узнал, в какое кафе Диана ходит почти каждый день. Так что мы можем туда зайти, как бы невзначай, часов в пять. А если её там не будет, папа пригласил её родителей на приём в Капитолий на завтрашний вечер.

— Но они могут не прийти.

— Я уже просмотрел список гостей. Они согласились.

Флетчер неожиданно вспомнил об услуге, которую он обещал оказать сенатору.

— Ты полностью сделал своё домашнее задание?

— Ещё даже не начал, — признался Джимми.

— Джимми, если в конце семестра ты не получишь проходного балла, тебя оставят на испытательный срок, и тогда я ничем не смогу тебе помочь.

— Знаю, но ещё я знаю, какую сделку ты заключил с моим отцом.

— Да, и я хочу выполнить то, что обещал, так что мы начинаем работать завтра с утра. Мы будем заниматься по два часа каждое утро.

— Слушаюсь, сэр, — сказал Джимми, становясь по стойке «смирно». — Но прежде чем думать о завтрашнем дне, тебе, наверно, нужно переодеться.

У Флетчера было полдюжины рубашек и две пары запасных брюк, но он понятия не имел, как ему одеться на своё первое свидание. Он хотел уже было попросить совета у своего друга, когда Джимми сказал:

— Когда распакуешь свои вещи, спустись вниз в гостиную. Ванная — в конце коридора.

Флетчер быстро переоделся в рубашку и брюки, купленные накануне в местном магазине готовой одежды, который порекомендовал его отец. Он осмотрел себя в зеркале. Он понятия не имел, как выглядит, потому что раньше никогда не интересовался одеждой. Он слышал, как диск-жокей сказал по радио: «Веди себя естественно, выгляди элегантно», — но он не понимал, что это значит. Когда Флетчер спускался вниз, он услышал в гостиной голоса, один из которых не узнал.

— Мама, ты помнишь Флетчера? — спросил Джимми, когда его друг вошёл в комнату.

— Конечно, помню. Мой муж без устали говорит всем и каждому, какой у вас был интересный разговор во время матча Тафт — Хочкис.

— Очень мило с его стороны, что он это запомнил.

— И, насколько я знаю, он будет рад снова с тобой встретиться.

— Очень мило с его стороны, — снова сказал Флетчер.

— А это — моя крошка-сестричка Энни, — сказал Джимми.

Энни покраснела, потому что она терпеть не могла, когда Джимми называл её «крошкой-сестричкой». Флетчер не отрывал от неё глаз с той минуты, как вошёл в комнату.