Синдром Фрица - Дмитрий Бортников

- - - О-о-о, чертов народ! Вши! Тоже мне, избранный народ! Как я - царь! Скажи, я похож на царя? - - -

И он подбоченился, мотнув седым членом.

- - - Вот видишь! - - - И они такой же избранный народ - - - Блохи! И это. - - - Он швырнул Библию обратно к своему трону, в клозет. - - - Это самая ядовитая жидовская газетка! Знаешь, если выжать эту книжонку, то будет такой яд! Как Хиросима! О-о-о! Как я вас знаю, поганый народ! Как я вас по запаху знаю! По вашему смраду! По вашим головам и глазам! А эти их глаза! Они созданы для плача! Я не верю таким глазам! А если созданы для слез, то пусть и плачут! Я знаю их по рукам их! По мыслям их! По словам их! О-о-о! Мерзкое отродье! Их даже вши не кусают! Представляешь! Голодные фронтовые вши?! Немецкие вши просто падали замертво! А жид только смеется! И смущается! Представляешь! О сучье отродье! Они не высовывали носа из окопа! Писали письма и стихи! Шептали свои псалмы! А когда они умирали - - - Когда они умирали - - - Когда они умирали - - - Как они смотрели - - - Как они смотрели - - - Травы рыдать должны были! - - - Пушки склоняли свои дула! - - - Их Господь приезжал на американском джипе и забирал в рай! - - - А мы оставались в земле - - - Кто мы?! Просто затычки для пушек! Портянки их Иеговы! - - - У-у-у-у, как я их ненавижу! - - - Это идеальный народ для ненависти! - - - Ха! Пока акула не объявит голодовку! - - - Пока волк не начнет жрать траву, я не смирюсь с этими блохами! - - - Если вдруг наш Дружок заговорит, я заткну уши! - - -

Он переводил дыхание. Черт возьми, он был настоящий актер.

- - - Кто они такие - - - Эти евреи - - - Подними голову - - - Ты увидишь - - -

Я посмотрел в небо.

- - - Видишь - - - Там облака - - - Евреи - это облака - - - Облака, полные слез, гордости и говна - - -

- - - Ты не знаешь - - - Ты ничего не знаешь - - - Когда я мальчишкой топил хозяйских щенков в Нежине - - - Щенков еврейской сучки и еврейского кобеля - - - Когда жирный огуречник махнул рукой в окно - - - Пошел вон, дескать, поц - - - Делай свое дело - - - Я топил их по одному - - - Это было так легко - - - И смотрел, как они плывут - - - С тяжелой легкостью - - - С закрытыми глазами - - - Они плыли - - - сначала медленно - - - Задевая за камни - - - Путаясь в травах - - - А потом все быстрее - - - Быстрее - - - Быстрее - - -

Он начинал рыдать.

Я знал, это надолго. Он мог плакать часами. Его слезы из синих глаз лились, хрустальными ручьями петляли по небритому лицу. Если дед был выбрит, слезы текли быстро. Затопляли глубокие морщины и падали.

Обычно после таких выступлений, наутро, он шел под свою березу.

Там становился, упираясь в землю, и тряс на себя росу с листьев.

Это его моментально приводило в трезвое молчание.

- - - Знаешь, - - - говорил он, - - - мир не смог мне угодить - - - Не люблю я его - - - как ты тыкву терпеть не можешь - - - но по-настоящему я ненавижу две вещи... Евреев и - - - их песни - - - их жалостливые песни - - - их свадебные песни - - - они могут свести с ума - - - никогда их не слушай - - - они тебя сведут с ума своей тоской - - - своим гнилым запахом - - - Да - - - Смейся над ними! - - - Смейся! - - -

Я вспоминаю... Как дед был в такие моменты величественен. Голый, с Библией.

Как пророк. Пророк с седым болтающимся членом.

Я смотрел на него затаив дыхание, разинув рот.

Действительно, в нем было странное величие.

- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -

- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -

Или он начинал вдруг говорить притчами. "Вдруг" - значит, сильно напившись. Единственными его слушателями были я и Дружок.

Он так и начинал...

- - - А теперь, щенок и старый пес, я буду говорить вам притчами - - - И никто не поймет меня, кроме выблядка и старой собаки - - - Итак - - - Шли в пустыне два апостола - - - Жара в пустыне - - - Песок - - - Долго они шли - - - Один говорит: - - - "Вера, только вера нас спасет" - - - А второй говорит: - - - "Надежда" - - - Начали они спорить - - - А идти продолжают - - - Уже совсем обессилели - - - Один говорит: - - - "Представь себе оазис - - - Озеро чистой ледяной воды - - - Мы подходим и пьем - - - На животах лежим и пьем из озера - - - Ты глоток и я глоток - - - Ты глоток и я глоток - - - Ты глоток и я глоток и еще глоток" - - - И стоит так зажмурившись - - - Представляет - - - А второй разозлился - - - Глаза горят - - - И бросился на товарища - - - Начал его душить - - - Тот умирает и перед смертью спрашивает: - - - "За что ты меня? - - - За что убиваешь?" - - - А тот отвечает: - - - "А ты два глотка сделал!!!" - - -

Дед хлопает по голому своему плечу. Там рваный шрам. От комара остается пятнышко крови.

- - - Еще теперь одну. - - - Он щелчком отправляет комара в воздух.

- - - Однажды, когда Иисус по обыкновению проповедовал на пригорке, видит бежит к нему со всех ног женщина - - - Красивая и молодая - - - Бежит, как только красивые и молодые могут бежать - - - Да - - - Вот - - - Бежит - - - А Иисус уже знает - - - И косит взглядом - - - Толпа оборачивается - - - Шлюха подбегает и падает на колени - - - А потом забирается к нему в штаны - - - И шепчет, чтобы спас ее - - - Говорит Иисус к толпе: - - - "Кто из вас без греха, пусть бросит в нее камень" - - - Толпа остановилась - - - Все замерли - - - Иисус улыбнулся - - - И вдруг возле самого его уха щебенка просвистела - - - Ну щебенка - - - Камень - - - На железной дороге бывает - - - Иисус оборачивается - - - Ищет глазами - - - И видит Богородица стоит скромно - - - "Мама! - - - говорит гневно Иисус. - - - Мама! - - - Я же просил вас, мамочка, не лезть в мои дела! - - -

И дед хохотал... Мы с Дружком слушали, как он уходит. Как он заходит в дом и роняет кастрюли, двигает стулья собой. Как он падает на постель...

Наверное, в такие моменты ему снились ангелы...

- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -

- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -

В том нашем детстве была еще Надя. У нее была сухая рука. Маленькая левая рука, как у птицы. Она была чуть старше.

Я вспоминаю Надю, ее левую руку.

Вижу эту руку, опущенную в ванну с карпами, с огромными сонными карпами.

Их покупал ее отчим в бойлере. Летом привозили к нам откормленную в прудах рыбу.

Спины этих огромных медлительных рыб. Сонные сильные спины...

Мы сидели в ванной комнате на табуретах, запустив руки к рыбам.

Эти стандартные кухонные табуреты с пластиковым скользким покрытием...

Дед хохотал: "Даже мухи скользят, не ебутся..."

Мы играли с карпами.

Гладили их толстые плавные тела...

Стоило поймать карпа, как он, проснувшись, начинал вырываться.

Мы затаив дыхание подстерегали другого. Это было как охота. Мы хотели игры и борьбы.