Стекло и дерево - Сергей Буянов

– И что этот совет решает?

– В праве совета допустить или нет соискателя к защите учёной степени.

– А ответчица претендует на соискание?

– Да.

– Кратость – сестра таланта, как говорил Шолохов, – судья блеснула знаниями литературы. – Вы что, кроме да-нет, других слов не знаете?

– Знаю.

– А не кажется вам, что ваши ответы несколько инфантильны?

– Я стараюсь, – прикинулся Владимир рваным пиджачком.

– Старайтесь лучше! – подбодрила судья.

– Скажите, пожалуйста, насколько готова работа ответчицы к защите? – молодая адвоката вновь подала голос, довольно-таки ловко внедрившись в речевой поток судьи.

– Насколько я знаю, уже сейчас можно представить материал к предварительной оценке.

– А какова ваша роль в разработке научной темы?

– Иногда я ассистирую.

– Вы являетесь соавтором?

– Нет.

– А кто конкретно, из Учёного совета, отказал ответчице в защите работы?

– Это решало много человек.

– Сколько было против?

– Пять.

– Среди них была истица?

– Да. Она была ответственным секретарём Учёного совета.

– Да что это за совет такой? Что за ответственный секретарь, что за генеральный секретарь? – возмутилась судья. – По-моему, Советской власти уже давно нет, или я ошибаюсь?

Никто не ответил. Вопрос завис в воздухе. Такова судьба всех риторических вопросов.

Ссудья самостоятельно разрешила проблему, ибо в суде никогда не остаётся нераскрытых вопросов.

– Понятно, существует Советская власть в отдельно взятом учебном заведении! Ну, так что? Что, этот совет, отклонил работу ответчицы?

– Отклонил. Отклонил, не смотря на положительные отзывы зарубежных коллег.

– А конкретнее?

– Были напечатаны отзывы Академией объединённого Королевства.

– Это где? В Англии что ли?

– Да.

– Скажите, пожалуйста, – обратилась адвоката к Владимиру, – а почему статьи были напечатаны не у нас, а за рубежом?

– Дело в том, что Учёный совет не дал визы на публикацию в нашей стране.

– И вновь там была истица?

– Ваша честь, – поднялся толстяк. – Я протестую! Адвокат ответчицы подсказывает ответ!

– Хорошо, – неохотно согласилась судья. – Спрашивай по-другому.

– Чьи подписи должны стоять на визе?

– Председателя, ответственного за научные публикации, ответственного секретаря, – терпеливо принялся перечислять Владимир, но судья прервала свидетеля.

– Эдак мы до утра будем выслушивать весь список! Точнее скажите: какая роль истицы в этом? – так судья отклонила протест.

– Одна из решающих.

– Однако решение было коллегиальным! Или единоличным? – вновь подскочил обрюзгший адвокат.

– Решение коллегиальное, но каждый член совета имеет право «Вето».

– А кто воспользовался им? – опять словчила молоденькая адвокатша, не обращая внимания на протестующие жесты оппонента.

– Карина Львовна.

– Вопросов больше нет, – защитница удовлетворённо присела.

– А у меня есть, – толстяк неторопливо поднялся, одёрнул пиджак поправил галстук и с чувством собственного достоинства солидно открыл рот. – Какова практическая значимость этой работы для страны?

– Исследования проведены в области фундаментальной науки.

– То есть, я правильно понял, практического применения они не имеют никакого?

– Это фундаментальная теория, а не прикладная математика.

– Значит, я не могу прочесть эти статьи и извлечь из них, ну хоть какую-нибудь пользу? – спросила судья.

– Это сугубо научные материалы.

– То есть, не для средних умов? – поразительно точно догадалась судья.

– Я бы выразился иначе, – решил сгладить острый угол Владимир.

– По существу, это открытие способствует прогрессу. Когда начнётся внедрение новой технологии, нам всем станет понятно. Дело программистов – перевести формулы из высшей математики на общедоступный язык.

– Болото! – заключила судья.

– А скажите, пожалуйста, – вновь заявил адвокат, – может ли это открытие быть использовано сейчас?

– Для этого потребуется разработка технологии, материальная база.

– Отвечайте на простой вопрос! – скомандовала судья. – Не занимайтесь очковтирательством, скажите прямо: «Может или не может»?

– На сегодняшний день пока нет – это технология будущего! – гордо сказал Владимир.

– Таким образом, сегодня, сейчас, от такого открытия ещё нет пользы?

– Польза есть, оно показывает нам новое направление технологий.

– Скажите, а у нас в стране это осуществимо сейчас?

– Это возможно при общем подъёме производства, при…

– Короче, – сделала вывод судья, – у нас этот труд ляжет на полку, а в Англии его станут разрабатывать.

– У меня больше вопросов нет, – адвокат Карины Львовны с достоинством сел.

– При всеобщей разрухе о росте производства остаётся только мечтать. А мечта нереальна! – заключила судья и объявила: – На сегодня дело гражданки Липутиной Ка Эл против гражданки Кудриной А Эн закончено! Свидетели нужны? – судья обратилась к адвокатам, сидящим друг напротив друга за столиком, придвинутым к судейской трибуне.

– Нет, ваша честь.

– Итак, тогда завтра зачитаем заключение суда. Всё, все свободны! Повестки отметите в канцелярии по гражданским делам!

На этом закончился один из эпизодов околонаучной распри в суде.

Владимир устало потянулся, помог одеться подруге, отыскав её шубку среди наваленной кучи одежды свидетелей из разных залов суда. Гардероба, как и туалета, в здании суда почему-то не предусматривалось.

– Ох, – вздохнула Алина, – ещё и завтра сюда идти. Ты как думаешь, сожрёт она меня?

– Не думаю, – оптимистично заявил Владимир. Ему за два часа до процесса отец Али, будущий тесть, поведал по секрету, что иск гражданки Липутиной будет отклонён. В детали он внедряться не стал, а Владимир вежливо промолчал. И правильно, чего ему лезть куда не следует: у них там своя кухня, у математиков – своя. Настораживало только одно – заведующая кафедрой Зельма Яковлевна навострила лыжи на историческую Родину, а Карина Львовна форсированно заканчивала докторскую. Вот когда Липутина получит власть, тогда им с Алиной придётся подыскивать новое место работы.

– Ни за что и никогда! – сказал он вслух, стараясь верить собственным словам.