Убийцы цветочной луны. Нефть. Деньги. Кровь - Дэвид Гранн

Деньги были единственным инструментом в распоряжении Молли, способным побудить равнодушные белые власти начать поиски убийц индейцев. После смерти Лиззи в июле 1921 года Билл Смит предоставил властям собранные им доказательства ее медленного отравления, однако дело не рассмотрели и в августе. Расследование убийства Анны за три месяца тоже не продвинулось. Чтобы стимулировать следствие, семья Молли опубликовала заявление, в котором предлагала денежное вознаграждение в размере 2000 долларов за любую информацию, содействующую раскрытию «гнусных преступлений»^[113], представляющих «общественную опасность». Семья Уайтхорна также предложила награду в размере 2500 долларов за поимку убийц Чарльза, как сообщала «Похаска дейли кэпитал». А Уильям Хэйл, который вел кампанию по искоренению преступности в округе Осейдж, пообещал награду всем, кто доставит убийц живыми или мертвыми. «Мы должны остановить пролитие крови»^[114], — заявил он.

Однако ситуация с местными правоохранителями продолжала ухудшаться. Вскоре генеральный прокурор штата Оклахома выдвинул против шерифа Фриса обвинения в умышленном «необеспечении соблюдения закона»^[115] — попустительстве бутлегерству и азартным играм. Тот обвинения отрицал, и пока дело ожидало суда, два могущественных стража порядка враждовали друг с другом. Прини мая во внимание эту неразбериху, Хэйл заявил, что пришло время нанять частного сыщика.

В XIX и начале XX века детективные агентства заполняли вакуум, оставляемый децентрализованными, недофинансируемыми, некомпетентными и коррумпированными полицейскими управлениями. В литературе и народном сознании проницательный частный сыщик — сыскарь, агент, ищейка, шпик — сменил доблестного шерифа как архетип жесткого правосудия. Он покорял новый, полный опасностей фронтир темных переулков и вонючих трущоб. Фирменным знаком героя был уже не дымящийся шестизарядный «кольт» — детектив, подобно Шерлоку Холмсу, полагался на поразительные способности разума и дедукции, умение видеть то, что ускользало от внимания Ватсонов. Он находил ключ к разгадке в хаосе улик и, по выражению одного автора, «превращал жестокие преступления — рудименты звериного в человеке — в интеллектуальные головоломки»^[116].

Тем не менее преклонение перед частными детективами с самого начала мешалось с отвращением. Не имевшие специальной подготовки, никем не контролируемые, они часто сами имели криминальное прошлое. Зависимость от того, кто платит, делала их в массовом сознании шпионами, вынюхивающими чужие секреты. Само название профессии происходит от латинского глагола, означающего «срывать крышу», и так как, по преданию, приспешники сатаны могли тайно заглядывать в дома, подни мая крыши, детективов называли «учениками дьявола»^[117]. В 1850 году Алан Пинкертон основал первое американское частное детективное агентство. В рекламных объявлениях девиз его компании «Мы никогда не спим» печатали под эмблемой в масонском стиле — огромным недреманым оком. В руководстве по общим принципам и нормам, служившем программным документом компании, Пинкертон признавал, что порой детектив вынужден «отступать от строгой истины»^[118] и «прибегать к обману». И все же даже множество людей, презиравших эту профессию, считали ее неизбежным злом. Как выразился один частный сыщик, он может быть «жалким пресмыкающимся»^[119], но при этом и «тихим, тайным и действенным мстителем попранного величия Закона, когда все прочие средства исчерпаны».

Хэйл нанял мрачного частного детектива из Канзас-Сити, известного как Пайк. Чтобы не раскрываться, Пайк, с просмоленными от постоянного курения кукурузной трубки усами, встретился с заказчиком в укромном месте неподалеку от Уизбанга (столпы общества вроде Хэйла считали это название непристойным и именовали город «Денойя» в честь прославленной осейджской семьи). Разговор состоялся под небом, закопченным дымом с нефтяных месторождений, после чего взявшийся за расследование Пайк ускользнул так же незаметно, как появился.