Семь сестер. Сестра тени - Люсинда Райли

– А с чего вы решили, что дневники усугубили бы его отчаянное положение?

– Уверен, Мышь уже успел рассказать вам о том, что перед смертью отец поведал ему… кое о чем. И Мышь буквально помешался после этого на идее докопаться до правды, касающейся его прошлого. Нашего с ним прошлого, если уж быть совсем точным. Уцепился за это прошлое руками и ногами… А все потому, что не видел перед собой никакого будущего. Понимаете, о чем я?

– Понимаю. Но какое отношение все это имеет ко мне?

– Сейчас, сейчас… – Орландо наклонился к полу. Рядом с его стулом стоял полотняный мешок. Он сунул в него руку и извлек стопку уже знакомых мне дневников в шелковых обложках. – Вы знаете, что это?

– Да, это дневники Флоры Макникол.

– Верно. Все верно. – Орландо удовлетворенно кивнул в знак согласия. – В свое время я увез их с фермы и спрятал среди тысяч других книг в своем книжном магазине. Догадываетесь, что на поиски этих сокровищ ушли бы годы и годы, – добавил он торжествующим тоном.

Я решила не омрачать Орландо минуту его триумфа. Не стала говорить, что именно в магазине я их и обнаружила.

– Итак, мисс Стар, вот эти дневники. Они перед вами. Здесь запечатлена жизнь Флоры Макникол, начиная с 1910-го и по 1944 год включительно. И в них действительно содержится письменное подтверждение того, что в нашей семье случился грандиозный обман, все последствия которого мы ощущаем до сих пор. Скажу даже более. Эти последствия самым негативным образом сказались на судьбах всех нас троих.

Я промолчала, решив, что он имеет в виду себя, Маргарет и Мышь.

– Итак, с учетом того, что вы повели себя в высшей степени благородно по отношению к нашей ничтожной семейке, имея в виду Форбсов, думаю, что с моей стороны будет честно и порядочно, если я направлю вас по правильному пути на дальнейшие ваши поиски. Ибо брат мой уже сбился с этого пути.

– Спасибо вам большое.

– Где конкретно вы остановились, читая дневники Флоры?

– На том месте, когда Флора узнает, кто ее настоящий отец. После чего покидает Лондон и уезжает к себе домой.

– Что ж, тогда предлагаю продолжить ее историю именно с этого места. Простите, если я буду торопиться и кое-что пропускать. Ведь нам надо успеть пробежаться по событиям ее жизни на протяжении целых тридцати лет с хвостиком. – Орландо указал на пачку тоненьких тетрадок. – Некоторые дневниковые записи откровенно скучны и неинтересны, но все вместе и воедино они приводят нас к совершенно неожиданной развязке. Я бы сказал, к величественной кульминации истории всей жизни. Итак, я начинаю. Вы абсолютно правы. Флора действительно, можно сказать, сорвалась с места и убежала домой, в свой любимый Озерный край. Вернулась в Ближний Суррей и бросилась в поисках пристанища к Беатрикс Поттер, которая и приютила ее на первых порах у себя в доме. Спустя несколько месяцев Флора разумно распорядилась теми средствами, которые оставил ей отец, и купила себе небольшую ферму в окрестностях Суррея. Следующие девять лет она вела поистине отшельнический образ жизни: обрабатывала землю, ухаживала за своими животными.

– Она была еще так молода. Только-только исполнилось двадцать лет, – прошептала я.

– Терпение, мисс Стар. Всему свой черед. Я уже говорил вам и снова повторяю: судьба благоволила к Флоре. – Орландо взял в руки первую тетрадь, лежавшую сверху, и быстро пробежал глазами несколько страниц. Потом стал рыться в стопке в поисках нужной ему тетради. – А вот что нам надо. Итак, мы с вами, мисс Стар, мысленно переносимся в Озерный край. Февраль 1919 года. Зимнее утро, на улице ужасный мороз и много снега…