Хрустальное озеро - Мейв Бинчи

Я требую, чтобы Вы немедленно написали моей мачехе письмо, взяли свои слова назад и дали гарантии того, что мне не придется снова прибегать к услугам адвокатов.

Я бы сделала это не задумываясь, но моя подруга Клиона Келли дружит с Вашим сыном Майклом, и я не хочу осложнять отношения между Вашими семьями.

Надеюсь получить от Вас ответ завтра же.

Искренне Ваша

Мэри Кэтрин Макмагон.

— Кевин…

— Это ты, па?

— Если выключишь свой чертов рок-н-ролл, то поймешь, кто звонит! Ты занимаешься или слушаешь свою пещерную музыку?

— Па, ты не часто звонишь мне, — неловко ответил Кевин.

— Ничего удивительного. Ты знаешь девушку по имени Мэри Кэтрин?

— Кого?

— Ее фамилия Макмагон. Она из Лох-Гласса.

— Кит? Да, конечно. А что?

— «Что, что»! Разве я не заплатил ей изрядную сумму за молчание, когда ты сказал, что трахал ее так, словно ковер выбивал?

— Да, па, но это в прошлом. Я же сказал тебе, что произошло недоразумение.

— Я тоже говорю, что это недоразумение… Она что, чокнутая?

— Нет, Кит — отличная девчонка. А что? — Наступила тишина. — Что, па? Мы извинились. Точнее, я извинился, ты заплатил, Кит приняла извинения и деньги, и на этом все кончилось. Теперь мы с ней дружим…

— Да. Все верно.

Теперь Фингерс О’Коннор понял, что винить ему следует только самого себя. Он поверил, что эта история сделает симпатичную толстушку Мору Хейз более податливой, но совершил ошибку.

— Твоя Кит и ее подружка… Это ведь из-за них вы с Майклом отказываетесь ехать на Рождество в Лондон и собираетесь в Болли-мак-Флэш или как его там?..

— В Лох-Гласс, и только на Новый год. Ма говорила тебе. Рождество мы встретим в Лондоне.

— Ладно, у меня мало времени, — сказал отец и положил трубку.

— Кит, это Мора. Не могу долго говорить, звоню с работы.

— Привет, Мора. Скажи Стиви, что ты стоишь своего жалованья и имеешь право на один личный звонок.

— Его нет в конторе.

— Ты получила результаты анализов?

— Все в порядке. Я говорила тебе, что так и будет.

— Слава богу!

— Но я звоню не поэтому. Я получила совершенно удивительное письмо от Фингерса О’Коннора.

Кит хихикнула:

— Я так и думала. Мне он тоже написал.

— Кит, ты не… ты не…

— Нет, Мора, нет. И будь я проклята, если этот полоумный теперь попробует что-нибудь сказать…

— Клио?

— Привет, Майкл.

— Можно к тебе приехать?

— Нет, у меня куча дел. Пытаюсь придумать, как украсить большой сарай и превратить его во что-то приличное.

— Ты имеешь в виду лох-гласскую гостиницу?

— Да. Как ты догадался? — Она еще ничего не говорила Майклу: сначала нужно было убедиться, что из этого что-то получится.

— Кевин сказал. И отец тоже.

— Будет здорово.

— Почему ты меня не пригласила? — обиженно спросил Майкл.

— Ты же уезжаешь в Англию на помолвку Мэри-Полы.

— Никуда я не еду. И Кевин тоже.

— Ну что ж..

— Что «ну что ж»? Почему ты меня не пригласила?

— Кажется, когда ты был в Лох-Глассе, он тебе не понравился.

— Потому что все пошло не так, а твоя сестра набросилась на меня, как дикий эльзасец.

Клио засмеялась:

— Хорошее выражение. Надо будет запомнить.

— Так что, можно приехать в Лох-Гласс?

— Я была бы счастлива. Просто не хотела, чтобы ты скучал, вот и все.

— Клио, еще один вопрос… Ты знаешь Кит?

— Еще бы. С шести месяцев.

— Кажется, я ошибался насчет нее и Кевина…

— Конечно, ошибался.

— Наверное, лучше не говорить о том, что у них что-то было.

— Я никогда этого и не говорила. И ты тоже, правда?

— Наша Ирландия превращается в полицейское государство, — с горечью промолвил Майкл.

— Кому ты это говоришь… — ответила Клио.

Питер Келли и Мартин сидели в пивной Лапчатого.

— Я слышал, что Фингерс О’Коннор купил новую гостиницу. Уже пятую, — сказал доктор Келли.

— Интересно, почему его так прозвали… — задумчиво промолвил Мартин.

— Не слишком хорошее прозвище для бизнесмена. Звучит так, словно он занимается темными делишками[13].

— Но клички прилипают к людям. Ты помнишь Задницу Армстронга?

Они расхохотались как мальчишки.

— Где он сейчас? Получил сан?

— Кажется, стал епископом где-то в Африке. Представь себе, он — и в длинной белой сутане. Никто уже не вспомнит, за что он получил свою кличку.

— Ну, с Фингерсом все было по-другому. Похоже, этот малый получил свою кличку за то, что все, к чему он прикасался, превращалось в золото. Кажется, наша Клио дружит с его сыном. Мы с этим мальчиком еще не познакомились, но он собирается приехать на версальский бал у Дэна О’Брайена.

Мартин Макмагон улыбнулся:

— Замечательно, что все они приедут домой. Надо же, как увлеклись… Наш дом завален кулинарными рецептами и украшениями для столов…

— Тебе еще повезло. У нас некуда деваться от веток, — сказал Питер.

— О боже, а это еще зачем?

— Спроси что-нибудь полегче. Клио называет это словом «декор». Я рад, что она не едет с этим молодым О’Коннором. Мора вечно намекает, что его отец — большой ходок, а яблоко от яблони недалеко падает.

— Ну, Клио может за себя постоять, — сказал Мартин.

— Надеюсь. Знаешь, я бы не вынес, если бы какой-нибудь парень обманул одну из моих девочек Я человек не воинственный, но задушил бы этого гада собственными руками.

— Кит, когда я смогу тебя увидеть?

— А разве сейчас ты меня не видишь, Стиви?

— Это не в счет. Через две минуты ты убежишь на собрание своего комитета в мавзолей Дэна О’Брайена.

— Не называй его так Там все изменилось. Изменилось полностью.

— Так куда и когда мы идем?

— Можешь пригласить меня в ресторан гостиницы «Замок».

— Ты шутишь?

— Я сама за себя заплачу.