Девичьи сны - Евгений Войскунский

Джамиля, конечно, дома не было, он приезжает поздно. Девчонки в своей комнате смотрели мультики. В гостиной я предложила Афанасию выпить вина или виски – он отказался.

– Оля, – сказал он, стиснув своими ручищами скалолаза подлокотники кресла, – разреши без предисловий.

Я кивнула.

– Джамиль ведет себя неосторожно. Считает, что ему все можно. – Он улыбнулся своей длинной улыбкой. – В рифму получилось… Мне стало известно, что…

Далее последовало сообщение, что Джамиль хочет приобрести целую сеть супермаркетов в области, скупает акции, и это очень не нравится тамошней управляющей компании.

– Они точат зубы на Джамиля, – сказал Афанасий, глядя на меня немигающими желтоватыми глазами. – Там крутые люди. Тем более не любят, когда лезут не наши. Понятно, нет?

– Что значит «не наши»?

– А то и значит. Пусть он усилит охрану. Руслан у него разжирел, как кот. Который мышей не ловит. Могу кого-нибудь из своих ребят посоветовать. Вернее будет.

– Джамиль с Русланом не расстанется, – говорю. – Много лет уже они вместе.

– Дело ваше. А я предупредил. Свой долг исполнил.

С этими торжественными словами Афанасий поднялся. Я поблагодарила его за предупреждение. Он легкой походкой двинулся к двери, но вдруг остановился – и негромко так, через плечо:

– А Светлана где сейчас, не знаешь случайно?

Я разозлилась, крикнула:

– Это ты должен знать!

Впервые сказала ему «ты». С трудом удержалась, чтобы не обложить его матом.

Я пересказала Джамилю разговор с Афанасием. Он усмехнулся:

– Тоже мне, предупреждальщик! Ну, сеть паевых супермаркетов выставляет свои акции на продажу. Я их покупаю, почему бы нет? Что, не могу диверсифицировать свои вложения? А насчет угроз… Клянусь, ни одного серьезного бизнесмена нет в России, кому бы не угрожали.

– А перед уходом, – сказала я, – он спросил, не знаю ли я, где сейчас Светлана. Может быть, ты ответишь на этот…

– Да пошел он к черту! – Джамиль дернул головой как от удара в челюсть. – Опять Светлана! Сто раз говорил, ничего у меня с ней нет. Сколько можно одно и то же…

– Но он явно подозревает.

– Пусть подотрется своими подозрениями!

Никогда я не видела Джамиля таким разозлившимся. Никогда таких слов от него не слышала.

– Работаю как верблюд! – бушевал он. – А приедешь домой – вместо отдыха подозрения!

– Успокойся, Джамиль…

– Я бы тоже мог тебя спросить кое о чем! Кто тебе шлет письма из Испании? С праздником поздравляет, приглашает в Марбелью!

– Ах вот ты как… Да, у деловых партнеров в Европе принято поздравлять по праздникам, – говорю, а у самой в голове прямо-таки кипит: кто из моих служащих лазит в мой компьютер и докладывает ему?..

Новый год мы, как обычно, встретили на даче в Купавне. Приехали близкие друзья, три пары. Светлану и Афанасия я не пригласила – не хотела их видеть за своим столом, портить себе настроение. Вообще-то настроение было не из лучших: старый год уходил в историю под знаком разгрома «Юкоса», всполошившего российский бизнес. Пили за то, чтобы наступающий год был спокойным, благоприятным для семейной и деловой жизни.

Внешне все шло нормально. Работа со своим выверенным ритмом и информационными качелями. Посещение выставок, презентаций и прочих тусовок, на которых надо бывать обязательно: noblesse oblige. Но что-то было не так, как обычно. Женским, что ли, чутьем я ощущала некую нараставшую тревогу, словно разлитую в воздухе. Возможно, у Джамиля что-то не ладилось в делах. Нет, он мне ничего не говорил, он и вообще был довольно скрытный, но – я чувствовала: что-то его тревожит. Всю жизнь он прекрасно спал, а тут – стал просыпаться ночью, вставал и уходил к себе в кабинет. Что делал там? Диссертацию незаконченную листал? Или просто так сидел, думая о чем-то? Не знаю.

Как-то вечером мы сидели в кухне, ужинали, вдруг зазвонил телефон. Джамиль, с нацепленным на вилку кружком поджаренного баклажана (он очень любил баклажаны, называл их по-бакински: «демьянки»), слушал довольно долго. Слушал, мрачнея лицом. Потом сказал, что неясно с гарантиями. Собеседник, наверное, очень настаивал, но Джамиль повторил, что без серьезных гарантий не может принять предложение: он все понимает, но – «Извини, не могу», – сказал и дал отбой. «Вечно недоволен, – пробормотал он. – Надоел, черт его побери». – «Кто звонил?» – спросила я. Он сказал: «Неважно». И занялся «демьянками», запивая крепко заваренным чаем.

Я почти не сомневаюсь, что звонил Афанасий. Наверное, пытался заинтересовать Джамиля очередным проектом, а уж проекты его только одну цель и преследовали: крупное вложение денег. Но Джамиль, раньше помогавший Афанасию, вытаскивавший его из провалов, теперь не хотел выбрасывать в прорву большие деньги.

Спустя два дня его убили.

Убили, убили моего Джана.

Страшная тоска сдавила мне горло… О, какая тоска…

Но – надо было держаться. Надо соответствовать.

Адиль, прилетевший из Баку, энергично помогает следствию. Поклялся, что убийцы будут найдены, схвачены. Я в это не верю. Почти никогда у нас не находят киллеров, а уж заказчиков – и вовсе никогда.

Вдруг каким-то образом Олег вычислил одного из убийц. Я давно знаю Олега, очень даже знаю, он всегда был со странностями, его «закидоны» подчас раздражали меня. Непредсказуемые люди не вызывают доверия, я поняла это, когда Олег обрушил мои надежды… мою любовь… да, я любила его, любила… но он был занят только собой, своими вечными фантазиями – он их называл «познанием жизни». Что было делать, я вычеркнула Олега из своей жизни.

Много лет пролетело, прежде чем я увидела его на похоронах Джамиля. Олег выглядел неважно – похудевший, плохо одетый, и его глаза, когда-то вспыхивавшие синим огнем, показались мне погасшими. С ним была Катя, подруга, когда-то привезенная из Испании, из клуба La Costa, где они вместе работали, – милая девочка Катя, которую я устроила на работу в турагентство. Как она, бедная, выдерживает разболтанный характер Олега?

Так вот, когда Адиль рассказал, что Олег вычислил одного из убийц, я была поражена. Он что же – ясновидящий? Как герой какого-то фильма по роману Стивена Кинга?

Но еще больше поразило меня то, что этот Величко – охранник из агентства Афанасия Тимохина. Черт побери, господа! Черт побери… У Джамиля было немало завистников, это обычная вещь в бизнесе, всегда завидуют тем, кто более удачлив, предприимчив. Среди них были и такие, которые ненавидели Джамиля за азербайджанское происхождение. Хотя он только по имени-фамилии азербайджанец, даже языка не знает, кроме двух десятков расхожих фраз. Но если к зависти примешана еще и ревность…

Афанасий, наверное, знал – ну уж точно подозревал, что Светлана сошлась с Джамилем. Не знаю, были ли у него объяснения со Светкой (он и поколотить ее мог, хотя это спорно: она бы не стерпела, ушла бы от него). Но желание отомстить Джамилю наверняка жгло Афанасия. И могло завести далеко…