Антиглянец - Наталия Осс

– А как же бюджет? Это же дорогая поездка.

– Бюджет вам Марина выделит.

О, тогда пожар отменяется. Никуда мы не поедем. Затуловская никогда не даст денег на Канны.

– Хорошо, Аня. Что-то еще?

– Нет. Действуйте, Алена!

Вот черт! Нельзя мне снова туда ехать. Только все успокоилось, только я заштопала разорванную в клочья душу, уже затянулись шовчики на воспоминаниях… И что, опять морская соль на раны? Воздух, пальмы, полиция?

Хорошо бы Затуловская разъярилась и отказалась платить.

Как назло, Марина пребывала в прекрасном настроении.

– А, Алена… Как дела?

– Я к вам с поручением.

– Да-а? – Затуловская была сегодня игрива. Тигрица забавляется с котенком.

Я приступила к осуществлению плана.

– Анна Андреевна хочет нас с Лией отправить в Канны. Нужен бюджет на билеты и гостиницу. Очень срочно, потому что фестиваль начинается через несколько дней, – произнесла я и приготовилась наблюдать лавину, которая сметет сейчас на своем пути все живое. В частности, идею спуститься с пальмы прямо в салат «Ницца» к Никите Михалкову.

– В Канны? Неужели? Вам не надоело?

– Надоело, – честно ответила я.

– А сумма прописью какая?

– Сейчас Вера подсчитает. Но не меньше пяти штук.

– Три. На три можете спокойно рассчитывать, – ответила она неожиданно.

– Пять, – сказала я, чтобы спровоцировать Затуловскую.

– Три с половиной. И смету мне быстрее на подпись.

Черт! Черт! Черт! Я не хочу ехать в Канны! Совсем обнаглела, – сказала бы Олейникова. Заткнись, – ответила бы я.

Уважаемый стройкомплекс города Москвы…»

– написала я. Стерла. Вот черт! Что мне придумать? Какой, на фиг, стройкомплекс?

Волкова, конечно, сука. И сумасшедшая сука, что плохо вдвойне. Но я сделаю то, что она попросила.

Мы глубоко заинтересованы в сотрудничестве с компанией Vertu, как с лидером и монополистом рынка эксклюзивных устройств связи… И что с того? Стерла.

Я лично глубоко заинтересована в том, чтобы стать хозяйкой на этом празднике жизни. Мне надоело стесняться, бояться, либезить. Выполнять идиотские поручения. И ездить на машине, которую стыдно парковать у приличного ресторана. Я несколько раз оставляла Бурашку Че за квартал от места встречи – чтобы никто не видел, на чем приехал главный редактор «Глянца».

Стройкомплекс города Москвы – это ключевая отрасль городского хозяйства. Стерла. Черт! Что за черт!

Волкова сказала – квартиру вам надо. А я деньги занимаю. Полозову до сих пор должна 200 фунтов. А у Канторовича миллиарды, и он плевать на меня хотел… Это было последней каплей. Я больше не буду. Не буду вести двойную жизнь. Сидеть в дешевом кафе с дешевым массажистом и смотреть на его петушиный хохолок, вместо того чтобы восседать на золоченом стуле и ковырять свой законный фьюжн в ресторане «Турандот». Я тоже хочу ходить по красной каннской лест­нице.

Если для этого надо сочинять всякую чушь – пожалуйста. Не вопрос.

Королева! Вот как это будет называться – «Королева стройки»! Да здравствуют стройкомплекс города Москвы и я! Заносите свои квадратные метры.

И пусть попробует мне кто-нибудь сказать, что я стала глянцевой сукой. Я не буду выслушивать от бывшей подруги оскорбления. Ни от кого не буду. Даже от Канторовича. Идите все на х…

Этот журнал не Vogue, понятно. Но это мой журнал – вернее, будет мой – и я загрызу любого, кто мне помешает.

Так…

«…Главная идея и задача конкурса красоты и профессионального мастерства „Королева стройки“ – создать образ профессионального строителя, соответствующий требованиям времени и энергичной, деловой, творческой атмосфере, в которой создается Москва будущего.

Участницами мероприятия станут героини нового времени, настоящие королевы строящейся столицы новой России. Их красота, творческий потенциал и профессиональный талант составляют золотой фонд нашего города. Они создают социально значимые объекты, их работа лежит в основе выполнения планов по введению в строй квадратных метров столичного жилья. Без их каждодневного профессионального подвига невозможно выполнение президентской программы «Доступное жилье».

Итоги конкурса будут подведены в рамках яркого запоминающегося концертного представления, призванного подчеркнуть, что только настоящий профессионал может стать настоящим героем новой России.

Безусловно, особый статус и социальную значимость мероприятию придаст участие мэра г. Москвы Ю.М. Лужкова, имя которого неразрывно связано не только со строительством столицы, но и с построением новой демократической государственности России.

С уважением,

издатель журнала Gloss Анна Волкова».

Вот так вот. Утритесь. «Я солгу, украду, убью, но больше никогда не буду голодать», – сказала Скарлетт О’Хара и пустила пулю в лоб солдату-мародеру. «Я научусь лгать, подставлять, лицемерить, приходить на работу в шесть утра, но все-таки стану богатой и знаменитой», – сказала я и поставила точку.

Вызвала Веру:

– Нужно к завтрашнему дню распечатать это в пяти экземплярах и переплести в папки с золотыми буквами Gloss на розовом бархате.

– Ален, ты чего? Где я сейчас эти папки найду? Время пять часов!

– Слово «нет» я не понимаю! Аня сказала – значит, надо сделать! Артюхова пусть нарисует макет, а ты найди типографию, которая срочно нам отпечатает тираж.

– Но мне еще надо срочно искать для вас гостиницу и билеты в Канны. Ты забыла?

– Я помню. По мере поступления. Сначала – папки. Потом – гостиница и билеты.

Вера жалобно посмотрела на меня. Но во мне не было жалости. Да, это немного гадко, но не стыдно. Утром в субботу я отвезла на дачу Волковой розовые папки. Родители поехали на дачу на электричке.

Рейс был хороший – раннеутренний, так что, учитывая разницу во времени, на месте мы должны быть в 12. Я люблю улетать, люблю это зябкое предчувствие путешествия, когда подташнивает от недосыпа – регистрация в 8.30, а в 3.15 ты щелкнула последний раз замочком чемодана, ставя точку в бесконечной череде московских дел. И потом эта первая сигарета возле стеклянных автоматических дверей – потому что надо успеть накуриться впрок, сделать запасы никотина перед погружением в некурящее чрево самолета, на улице холодно и сыро, а на тебе уже босоножки, предназначенные для нездешних тротуаров. Ты куришь и смотришь на подъезжающих отъезжающих, которые так же легко одеты и тоже тормозят перед нервно дергающимися дверями, чтобы сделать последнюю затяжку.

– Я купила вчера платье, – сообщила Лия, когда мы уселись в самолет.

Я открыла компьютер. Надо было дописать бумажку для Волковой про Vertu. Хотела это сделать вчера, чтобы не тащить с собой компьютер, но ничего не лезло в голову. Я все думала про Канны. Вдруг он тоже там будет? Стоп. Это теперь не важно. «Компания Vertu как лидер и монополист рынка эксклюзивных устройств связи…»