Мгновения Амелии - Эшли Шумахер

– Развернитесь. Развернитесь, когда будет возможно.

Трудно не воспринимать орущий GPS-навигатор, который шел вместе с арендованной машиной, в качестве плохого предзнаменования, ведь куда бы ни повернула, он утверждает, что я еду в неправильном направлении.

Наверное, Дженна посмеялась бы надо мной или одарила своим коронным раздраженным взглядом.

Каким-то образом я постоянно пропускаю неуловимый поворот с шоссе на Локбрук. Это даже немного напоминает мне «Хроники»: Эмелине и Эйнсли приходится несколько раз миновать лесные врата, ведь деревья откроют путь только тогда, когда число попыток будет соблюдено.

Судя по всему, так и есть, ну или неисправна система навигации, потому что, стоит мне свернуть на дорогу, по которой проезжала десять минут назад, раздается счастливый голос:

– Через двадцать миль поверните налево к пункту назначения.

Не исключено, что все дело в природном равновесии, и это расплата за удачу в аэропорту. Там невероятно просто понять, куда направиться, потому что везде развешаны указатели. Хотя по нервному поведению Марка я бы так не подумала.

Когда они с Тришей высадили меня из автомобиля, он раз пять попросил позвонить им, если у меня возникнут трудности с выходом на посадку.

– Марк, Амелия и Дженна самостоятельно летали в Калифорнию, – попыталась успокоить его Триша.

– Да, но Дженны здесь нет, – возразил он.

После этой фразы все уставились себе под ноги, Марк заплакал, а Триша сжала пальцами переносицу. Потом она поцеловала меня в щеку и долго не выпускала из объятий. Какое-то время спустя родители Дженны наконец отпустили меня в аэропорт.

– Надеюсь, ты найдешь то, что ищешь, – шепнула Триша мне на ухо.

Я бы непременно поинтересовалась, чего, по ее мнению, ищу, но она и подумать не может, что это секретное послание от ее дочери.

Призадумавшись, я не замечаю, когда широкий проспект перетекает в улочку, извивающуюся между группами похожих на коттеджи домов и закрывающимися на ночь причудливыми магазинными витринами. У обочин дороги здесь высажены деревья. Небо приобретает сияющий розовый цвет, и только сейчас строения не заслоняют мне вид на озеро Мичиган, которое терпеливо ожидало, когда же я отдам должное его великолепию.

Оно до боли прекрасно и напоминает картину Ван Гога.

Я застываю в восхищении, а волны, омывающие тонкую полоску берега, буквально притягивают к себе мой взгляд. Забавно, ведь это всего лишь озеро, даже не море, и в его глубинах не найти ни дельфинов, ни скатов.

Только вот отсюда этого не понять. А потому я все равно представляю морских существ и размышляю о том, что, несмотря на происходящее со мной, где-то в сотне миль отсюда плавают киты.

Китам все равно, найду ли я загадочного отправителя посылки, продолжу ли читать книги, они просто продолжают плавать.

– Вы прибыли в пункт назначения.

Занимаю последнее свободное место на небольшой прямоугольной парковке возле книжного магазина. Я не сразу нахожу его за кронами деревьев, потому что здание больше похоже на трехэтажный особняк из серого камня с темно-красной черепицей. Большинство окон светятся, одни из них украшены просвечивающимися занавесями, а другие – витражами.

Роскошна даже дверь – массивная и бордовая. А когда я открываю ее за железную ручку, раздается звон колокольчика.

Такого я не ожидала.

Меня окутывает желтое свечение, которое, казалось, возможно только в фильмах, и я снова хочу верить в сказки. Хочу верить, что у всего в этом мире есть предназначение, даже если оно ужасно. Что в сказках рассказывают правду и после горя и отчаяния можно найти счастье.

Я впервые встречаю такой завораживающий интерьер. Беспорядочный, наполненный музыкой, пахнущий булочками с корицей, теплый и безумно притягательный книжный магазин.

Где-то оглушительно поют киты. Все стены первого этажа заполнены стеллажами, вытянувшимися от паркетного пола до сводчатого потолка, а мимо полок скользит лестница.

Сердце поет от ощущения душевности и экзотичности этого места, горло спирает от чего-то среднего между жаждой и благоговением. После смерти подруги мне не удалось прочитать ни одного произведения, но сейчас тело так и тянется к книге, установленной для ознакомления на столике, когда очередной поток ветра врывается из-за моей спины в магазин и переворачивает ее листы.

Дженна привела меня сюда. Я это чувствую.

Окидываю все вокруг нетерпеливым взглядом. Слева, за пестрым дверным ковриком, находится комната, похожая на любимую семейную гостиную с расставленными тут и там разномастными диванами и бархатными креслами. Посреди помещения скромно расположился настоящий камин с фотографиями в рамках на полке. Воздух наполнен низким гулом, исходящим от клиентов, с удовольствием устроившихся среди уютной мебели. Каждый из них в руках держит книгу, одни жестикулируют, держа бокал вина, а другие лениво пролистывают страницы своего экземпляра. Клуб любителей книг. Они словно сирены, слоняющиеся без дела у скалистых орманских берегов. У меня на глазах группа собеседников разражается смехом от каких-то слов пожилого мужчины в странной клетчатой рубашке. От этой картины на душе разливается сказочное тепло, отчего мне кажется, что наступило Рождество и я пью горячий чай.