Завышенные ожидания - Андрей Валерьевич Ганеша

— Да, бывали случаи, когда люди приезжают на ретрит, говорят, что у вас так здорово, прям отдыхаю душой. А на следующий день говорят, что нет, ретрит — это не мое, рано вставать не мое.

Слушая учителя, я осознал, что мне совсем было нетрудно встать в 4.30. Видимо, это какой-то массовый психоз. Все встают, и ты встаешь, для меня это было совсем несложно. Когда-то десять лет назад я присутствовал на забеге по раскаленным углям. Дело было в Крыму, на полуострове, который отходит от морской базы Черноморского флота Балаклава. Живописные, дикие места — красота, особенно после бетонных джунглей в Москве. И вот вечером мы разожгли костер из можжевеловых дров, а потом приготовили угли. Температура таких можжевеловых углей под нашими ногами могла достигать 1200 градусов по Цельсию. Я думал, что для того, чтобы бежать по ним, нужно какое-то измененное состояние сознание. Оказывается, что массовый психоз, вполне себе изменяет сознание. Когда все побежали по углям, то и я побежал. Точно так же было и с ранним вставанием: все встали, и я встал.

Учитель принялся рассказывать о медитации. Он объяснил, что медитация — это сосредоточенность внимания на текущем моменте. Что сама по себе медитация не является изменением сознания, а является тренировкой ума для достижения спокойствия и удовлетворения. На языке Будды пали медитация звучит как Метта Бхавана — любящая доброта.

— Не нужно во время медитации впадать в транс, пытаться изменять свое сознание, нужно просто наблюдать за собой и своим телом, преодолевая все неудобства, связанные с этим процессом.

Это была для меня новая мысль, так как когда-то давно я пытался изучать гипноз в Московской школе гипноза у гипнотизера Гончарова, то он как раз учил нас впадать в транс, и именно это он называл медитацией или аутотренингом. Ощущения от транса были приятные, но в конце концов на тебя нападала дремота и ты проваливался в мир сладких грез. Здесь же учитель от нас требовал полной осознанности, мы должны были медитировать с открытыми глазами.

После получасовой лекции учитель Аджан предложил полчаса помедитировать. Во время медитации меня мучили мысли о моей плохой растяжке, которая не позволяет мне спокойно думать о вдохе, выдохе. Мысли о растяжке сменились мыслями о неприятных ощущениях в спине. Когда все же удавалось сосредоточиться на мысли о вдохе и выдохе, то становилось скучно. И я опять провалился в эротические грезы о подружке Юле. Связанную, с завязанными глазами Юленьку насиловали три здоровенных негра, шлепая ее по попке. Юля стонала и извивалась от блаженства, пока ее ноги не начинали дрожать от оргазмической судороги.

Получасовая медитация завершилась, и нашего учителя сменила преподавательница по йоге. Сложных упражнений она нам не давала, и поэтому мне удалось достаточно легко часок отзаниматься и не утомиться, в меру загрузив мышцы рук и ног.

После занятия по йоге нам предложили пройти медитацию в движении, то есть нужно было ходить и осознавать каждое свое движение. Все стали медленно ходить по территории нашего лагеря, я же просто наслаждался обычной своей прогулкой и свежим морозным воздухом Подмосковья. Другие же люди с нашего ретрита смотрелись с точки зрения обычного человека немного придурковато. Медленно поднимая ногу, они замирали и походили на цаплю, затем нога медленно опускалась, и эта нехитрая операция повторялась уже с другой ногой.

Я же добрел до калитки, вышел за территорию лагеря и стал разглядывать виднеющийся лес и местные красоты. После ретритного зала я чувствовал себя прекрасно, гулять было очень приятно. Приятно было все: приятно было глядеть вдаль, приятно шагать, приятно дышать. Через полчаса зазвонил колокольчик, приглашая нас на завтрак.

Завтрак, как и ожидалось, был вегетарианским, но достаточно вкусным и сбалансированным. Тут тебе и кашка, и бутерброд, и яблочко или банан. Когда все расселись по своим местам, то все вместе зачитали текст, заботливо разложенный на столах.

ДОЛЖНЫМ ОБРАЗОМ, СОСРЕДОТОЧЕННО Я ПРИНИМАЮ ПИЩУ.

НЕ ДЛЯ РАЗВЛЕЧЕНИЯ, НЕ ДЛЯ ОПЬЯНЕНИЯ.

НЕ ДЛЯ НАБОРА ВЕСА, НЕ ДЛЯ ПРИУКРАШЕНИЯ.

ТОЛЬКО ДЛЯ ПОДДЕРЖАНИЯ И ПИТАНИЯ ЭТОГО ТЕЛА.

ДЛЯ ТОГО ЧТОБЫ СОХРАНЯТЬ ЕГО В ЦЕЛОСТИ И ЗДОРОВЬЕ

И ИМЕТЬ ВОЗМОЖНОСТЬ ДУХОВНОГО РАЗВИТИЯ.

ТАК Я РАЗРУШУ СТАРОЕ БОЛЕЗНЕННОЕ ЧУВСТВО ГОЛОДА.

И НЕ ПРОИЗВЕДУ НОВОГО НЕПРИЯТНОГО ЧУВСТВА ПРЕСЫЩЕНИЯ.

ТАКИМ ОБРАЗОМ, МОЯ ЖИЗНЬ ПРОТЕКАЕТ ПЛАВНО,

ЛЕГКО, УМИРОТВОРЕННО И БЕЗУПРЕЧНО.

У меня зачитывание текста хором вызвало неприятные ассоциации, связанные с опытом детства. Когда нас, школьников, заставляли приносить клятвы пионерии, идеалам коммунизма, но никто толком не понимал этих образов, и все эти клятвы носили назойливый характер казенщины. И даже теперь, когда я понимаю смысл текста и внутренне с ним согласен, для меня сложно согласиться на зачитывание текста хором.

После завтрака нам полагается полтора часа отдыха. Я всегда использовал это время для сна. Не каждый день же встаешь в 4.30 утра. В девять утра меня разбудил колокол, призывавший нас на практику.

Два с половиной часа мы чередуем медитацию на дыхании с медитацией в движении. Сосредоточиться на дыхании у меня получается редко. Моему мозгу становится скучно, и он развлекает себя сексуальными фантазиями с Юлей.

Потом мы идем на обед. Непривычно обедать в 11.30 утра, когда многие в это время еще только завтракают. К моему удовольствию, так как народу много, то от нас не требуют произнесения мантры хором, каждый должен произнести ее самостоятельно. Еда хоть и простая, но, видимо, режим и медитация изменили мой вкус, мне все кажется вкусным. После обеда, к моему удовольствию, нам дается два часа отдыха, и я опять иду спать.

В этот раз я проснулся за несколько минут до колокольчика, призывающего нас к медитации. В туалете была табличка, очень мило призывающая нас использовать время, потраченное в туалете, для духовной практики. Меня начинает мучить эмоциональный голод. В обычной жизни у нас много раздражителей, как приятных, так и не очень приятных. Здесь же у тебя нет интернета, ТВ, и поэтому в отсутствие эмоций организм испытывает некую наркотическую ломку от недостатка эмоциональных переживаний. С другой стороны, я чувствовал себя спокойно и хорошо, если бы не слабая растяжка и боли в спине, я бы мог втянуться в эту игру с медитацией. Все-таки для меня поездка на ретрит была скорее приключением, нежели духовным поиском.

В пять вечера колокольчик пригласил нас на чаепитие, так как ужина не предполагалось. К чаю были бутерброды с маслом, печенье и варенье.