Агнес - Петер Штамм

— Нет, — ответил я, расплатился и ушел.

Ноябрь выдался холодным и дождливым. Я снова был в кафе на улице, где жила Агнес, я стал ходить туда все чаще, в конце концов каждый день. Я ходил в магазины в ее районе, по субботам собирал белье и относил его в прачечную, в которой Агнес стирала свои вещи. Я снова побывал в индийском ресторане, в котором у нас с Агнес было первое свидание. Я не надеялся встретить Агнес в одном из этих мест, но там я ощущал, что нахожусь к ней ближе.

Почти каждый вечер я проводил не дома, чаще всего шел в кино, а потом в бар. Я почти не ложился спать не напившись. В течение дня я не мог находиться в квартире. Целыми днями я пропадал в библиотеке, но не работал, а заказывал какой-нибудь детектив и сидел с ним в читальном зале.

— Так это твоя работа? — раздался как-то позади меня голос. Я обернулся и увидел Луизу. Она взяла у меня из рук книгу и прочла с наигранным удивлением: — «Убийство с зеркалами», Агата Кристи. Тебе бы надо читать «Убийство в Восточном экспрессе», там, по крайней мере, речь идет о вагонах класса люкс.

Кто-то шикнул, чтобы мы говорили потише.

— Выпьем кофе? — спросила Луиза, не понижая голоса.

Я пошел за ней, мы вышли из зала, а потом и из библиотеки.

— Не здесь, — возразил я, когда она хотела зайти в кофейню, в которой я впервые пил кофе с Агнес. Но поблизости не было ничего другого, и я сказал, что можно и там, что я просто сентиментален. Я рассказал Луизе об Агнес и о том, что она от меня ушла. О ребенке я не сказал ничего.

— Я не б состоянии работать, — пояснил я.

— Агнес, — произнесла она, — забавное имя. Так это и была твоя маленькая подружка, американка в шерстяном нижнем белье?

— Да.

— Мне кажется, я должна тобой немного заняться.

В тот же вечер Луиза позвонила мне. Ее родители собрались устроить на День благодарения небольшой обед. Приглашены только деловые друзья ее отца, и она будет рада, если у нее за столом окажется сосед, с которым она сможет поговорить о чем-нибудь кроме урожая зерна и свиных потрохов. Луиза жила со своими родителями в Оук-парке, богатом пригороде Чикаго. Я пообещал прийти.

После разговора с Луизой меня мучила совесть. Я чувствовал себя так, словно обманул Агнес. Может быть, от этого я впервые за последние несколько недель раскрыл в компьютере файл с историей о ней и прочел. Я так и не смог написать ничего после той сцены на лестнице, того видения, в котором Агнес сказала мне, что боится меня. Я стер последний кусок и еще раз прочитал, как мы в зоопарке согласились пожениться.

* * *

Мы поцеловались.

Потом Агнес сказала:

— У меня будет ребенок.

— Ребенок? — удивился я. — Это невозможно.

— И все же это так.

— Как это получилось? Ты что, забыла принять таблетку?

— Врач говорит, что это может случиться и с таблетками. Один процент женщин, принимающих таблетки…

— Дело не в том, что я имею что-нибудь против тебя или ребенка. Я бы не хотел, чтобы ты подумала… — говорил я, — но я боюсь стать отцом. Что я могу дать ребенку… я не о деньгах.

Мы молчали. Наконец Агнес произнесла:

— Всякое случается. Ты справишься с этим не хуже других. Так, может, попробуем?

— Да, — ответил я, — как-нибудь разберемся.