Опасный возраст - Соня Фрейм

Это пел Мэрилин Мэнсон в такт моему сердцебиению.

Я шел к выходу. Внезапно повеяло знакомой смесью душистых запахов.

«Прованский сад».

Я как раз проходил мимо магазинчика и увидел знакомые цветастые банки и флаконы и суетящихся вокруг клиентов девочек в розовых фартуках. А у прилавка стояла Алина и смотрела прямо на меня. Вдруг она счастливо улыбнулась и помахала.

Я не удержался от ответной улыбки. Ноги продолжали на автомате нести меня вперед, а в голове роились дурацкие вопросы. Ну зайду я, а дальше что?

«Спасибо, Алина, что натерла мне руки кремом, и правда стало лучше. А может, еще чем-нибудь брызнешь?»

Или банальное «как дела?», а потом ступор, потому что в итоге нам окажется нечего сказать друг другу… Из потока этих мыслей меня вывел хлопок по плечу. Один наушник выпал, и я обернулся.

Она стояла позади меня и продолжала улыбаться. Совсем не фирменной улыбкой «Прованского сада».

— Привет! — радостно воскликнула она.

— Салют, — усмехнулся я.

При свете окна, у которого мы замерли, я увидел, что ее волосы отливают рыжиной, а кожа очень светлая.

— Как… как ты? — спросила она, слегка переводя дыхание.

Похоже, бежала за мной.

— Хорошо, — не переставая нервно усмехаться, ответил я. — А ты?

— Отлично, хотя работы навалом… Вчера весь день клеили новые ценники. — И она закатила глаза. — Как маме твой подарок?

— Ну, она еще не пользовалась… Сказала, что красиво упаковано.

Алина лишь посмеялась. Я не мог перестать улыбаться. В ней было что-то светлое. Мне хотелось задать глупый вопрос, что-то вроде: «Можно я буду смотреть на тебя долго-долго?» или «А можно приходить в ваш магазин, чтобы просто увидеть тебя?».

— У меня сейчас перерыв! — сказала она.

— Может, тогда перекурим? — Я не нашел ничего умнее.

Она кивнула, хотя даже само слово «перекур» не вязалось с ее обликом. По дороге она захватила в каком-то кафе кофе на вынос, и мы вышли из торгового центра через боковую дверь для персонала. На заднем дворе было неожиданно грязно. Везде стояли грузовики с открытыми пустыми кузовами.

Я закурил, а она все это время пялилась на меня.

— Как тебя зовут? — спросила она.

— Сергей.

— А я…

— Алина.

— Откуда ты знаешь?

— У тебя бейджик на рубашке.

— А, ну да, — рассмеялась она. — И сколько тебе лет?

— Шестнадцать.

— Мне тоже!

Я слегка отвел руку в сторону, чтобы дым не шел на нее. Она уже и так отчаянно моргала, но вежливость, или не знаю что, не давала ей отойти в сторону или просто поморщиться.

— Извини, ты же не куришь, — заметил я, — я сдуру предложил. Тебе, наверное, хотелось поесть…

— У меня всего пятнадцать минут, — пожала она плечами, — так что считай, я перекуриваю. Где ты учишься?

Я назвал школу, она — свою. У нее была какая-то гимназия, где половина предметов велась на английском. За двадцать минут я узнал об Алине многое: она любила поболтать.

В «Прованском саду» подрабатывает после школы в будни. Ей очень нравится вся эта косметика, парфюмерия, и в первый рабочий день она думала, что стресса в таких местах не бывает. Ошибалась. Клиенты попадались самые разные. Но Алина не собиралась бросать подработку.

«От хороших запахов хорошее настроение, понимаешь?»

Ее отец был профессором политических наук и преподавал в университете, а еще часто катался по всему миру с лекциями. Мама же — домохозяйка. Еще имелись братья-близнецы, но им было всего по два года. Недавно они завели собаку, сенбернара.

«Когда он вырастет, можно будет на нем катать близнецов!»

У нее была лучшая подруга, Вероника. Они дружили с тех пор, как она переехала в этот город. Она всегда ей обо всем рассказывала.

«Не могу иначе, я вообще открытый человек!»

Учеба давалась Алине легко, особенно английский. Она мечтала учиться в Лондоне, и с возможностями ее отца это было, в общем-то, реально.

«Он хочет, чтобы я стала экономистом, а мне нравится история искусств».

— А кем хочешь стать ты?

Я посмотрел на часы. Пятнадцать минут давно прошли.

— Мне кажется, тебя будут ругать, — заметил я.

Алина спохватилась, и мы побежали к «Прованскому саду».

— Слушай, ты что делаешь завтра? — спросила она.

— Да ничего…

— Завтра же суббота. Позавтракаем вместе во французском кафе Jour fixe, там очень вкусные завтраки! Это тут, на первом этаже.

— Да, давай. — Ситуация начинала напоминать день нашей первой встречи, когда она вовлекла меня в водоворот своих действий, а я только кивал и шел за ней вдоль банок с кремом.