Хорошее соседство - Тереза Энн Фаулер

Мы не станем утверждать, будто за несколько недель поверхностного знакомства поняли, что собой представляет Брэд Уитман, несмотря на его общительность и доступную информацию о нем в интернете. Общаясь, он предпочитал сам задавать вопросы собеседникам, выслушивать их, давать почувствовать себя интересными. О себе он не рассказывал почти ничего, кроме самых общих фактов. Но в жизни он был таким же очаровательным, как и на экране телевизора.

Местные газеты и бизнес-журналы любили писать о нем, о мальчике из Северной Каролины, который сделал себя с нуля, вытянул себя, как говорит пословица, за шнурки ботинок, и основал компанию, известную каждому – теперь мы на каждом шагу видели сине-золотые служебные автомобили и фургоны. Жаркая погода означала проблемы с кондиционерами. Холодная погода означала проблемы с отоплением. Для Брэда проблему составляли только лишние деньги в банке.

Все техники, работавшие в его компании, были приличными, честными, вежливыми и все без исключения белыми людьми, потому что Брэд понимал особенности жителей Юга: очень многие из них не открыли бы дверь цветному человеку, особенно темнокожему, и неважно, каким он был бы вежливым и приличным. А Брэд не мог позволить себе терять покупателей из-за их иррациональных страхов. Он был, как все мы признали, практичным – возможно, чересчур практичным, хотя точно знать мы не могли.

Мы, конечно, пытались понять, кто он такой и что двигало им каждый день, едва он вставал с постели на сотканный вручную ковер из белоснежной шерсти альпака, подобранный декоратором в тон супружеской кровати Брэда и Джулии. Но истинное понимание (хотя слово «понимание» тут, пожалуй, слишком сильное) пришло позднее; тем летом мы почти его не видели, поскольку он был слишком занят своим бизнесом.

* * *

– Твоя компания процветает, – сказал Марк Льюис, бухгалтер и друг Брэда. Он только что представил Брэду полугодовой отчет, и «процветает» звучало слишком слабо. – Ты еще никогда не был в такой прекрасной форме.

Они сидели в кабинете Брэда в одной из штаб-квартир компании, которых у него было семь в четырех разных городах. Кабинет, маленький и опрятный, в серых тонах, выглядел почти безличным. Удобный стол. Высокий шкаф для бумаг. Старый диван – первый диван Брэда, оставшийся с тех пор, когда он жил в квартире-студии и питался разогретыми в микроволновке лазаньями и буррито, только-только начиная свой бизнес. Марк сидел на пластиковом стуле из ИКЕИ, а Брэд – за столом, в шикарном кожаном кресле от Eames Executive, может быть, самом удобном кресле в мире и, без сомнений, самом удобном в жизни Брэда.

– В прекрасной форме? – Брэд похлопал себя по животу. – Надо бы мне почаще бывать в спортзале.

– Может, теперь у тебя появится на это время, – предположил Марк. Как и Брэд, он надел дизайнерскую рубашку-поло, но натянутую совсем не так туго. – Будешь пореже бывать здесь, почаще в спортзале и на свежем воздухе. Ты вроде говорил, что хочешь купить лодку.

– Я и сейчас скажу. Обычно я что говорю, то и делаю, – заверил Брэд. – Это факт.

– О чем и речь! Ты в отличной форме, приятель. Ты уже купил пляжный домик; осталась только лодка, и можно отправляться ловить рыбу-меч.

– Может, лодку, – задумчиво сказал Брэд, – а может, и парусник.

Марк закрыл папку с файлами, убрал в портфель.

– Все лодки хороши, чтобы отправиться в плавание. Главное, выбрать подходящую. Лодка – именно то, что тебе нужно. Ну и помощник капитана, разумеется.

Брэд рассмеялся.

– Думаю, знаю, кого позову. И кстати, вы с Кэрри придете на нашу маленькую вечеринку?

– На новоселье? Само собой. И если хочешь, свяжу тебя с Эдом Левинсоном, агентом по купле-продаже лодок.

– Ты так меня убеждаешь, что мне кажется, для тебя тут какая-то выгода.

Марк покачал головой.

– Разве что удобно, когда у друга есть лодка, чтобы не покупать свою.

– Не пойму, ленивый ты или умный.

– Когда речь о лодках – и то и другое, – Марк поднялся, и Брэд вышел из кабинета вместе с ним. – Подумай об этом, и насчет остального тоже, ладно?

– Я не молодею, вот что ты хочешь сказать.

– Никто из нас не молодеет. Карпе, мать его, дием^[6], пока можешь.