Остановка «Любовь» - Анна Антонова

Пешком получалось долго, но никто не возражал. Ведь наш путь пролегал по самому центру Парижа! Мне постоянно приходилось напоминать себе об этом – чтобы не скатываться в глупые и беспочвенные переживания. Наверное, Оксана просто провоцировала меня и наслаждалась моей реакцией. А может, она влюблена в своего странноватого Олега и хочет заставить его ревновать… Правда, пока ни признаков ее влюбленности, ни его ревности я не заметила. Может, я слишком ненаблюдательна?

Устав ломать голову, я решила усилием воли переключиться на более позитивные мысли и снова открыла путеводитель. Мы как раз подошли к набережной Сены с ее знаменитыми мостами и поднялись на один из них. Мост был легкий, изящный, невероятно красивый – с колоннами на входе, ажурными фонарями, скульптурами ангелов и нимф.

– Мост Александра Третьего, – сверившись с картой, объявила я.

– Здорово, – подал голос Олег. – Сразу к русскому мосту вышли!

– Может, он просто так называется, – заспорила Оксана.

– Нет, все правильно, его заложил русский царь Николай Второй в честь своего отца, – доложила я. – В Петербурге потом построили его аналог… Настоящее произведение искусства… На мосту Александра Третьего надо…

Я запнулась и проглотила остаток фразы. Черт меня дернул начать читать вслух!

– Что надо? – немедленно заинтересовалась Оксана.

– Загадать желание, – пробормотала я.

Спешно захлопнув путеводитель, я хотела убрать его в сумку, но она оказалась проворнее и выхватила книгу у меня из рук.

– Отдай! – возмутилась я. – Нехорошо брать чужое!

Оксана, не обратив никакого внимания на мои беспомощные вопли, открыла путеводитель на нужной странице – я еще и закладку оставила, умница! – и с выражением дочитала:

– На мосту Александра Третьего надо поцеловаться влюбленным – это принесет паре долгую счастливую любовь!

Я почувствовала, что начинаю краснеть, будто собственноручно вписала в путеводитель злополучные строчки. И ведь ясно же, что это просто глупая примета – наподобие бросания монетки в фонтан. Но все почему-то относятся к подобным вещам нереально серьезно и исполняют с самым сосредоточенным видом.

– Ира, твоя скромность не знает границ, – коварно усмехнулась противная Оксана. – Что ж тут такого? Тебя смущает слово «поцеловаться»?

– Как известно, скромность украшает девушку, – заявила я.

– Когда нет других украшений, – спокойно парировала Оксана.

Я замолчала, сохраняя остатки самообладания, хотя больше всего мне хотелось столкнуть ее с этого несчастного моста прямо в воду.

С ума сойти – стою на мосту через Сену, ветер Парижа треплет мои волосы, рядом парень, который мне небезразличен, а все, что я испытываю, это злость на какую-то несчастную провокаторшу?

– Денис, как насчет поцелуя? – тем временем задушевно поинтересовалась Оксана, решив, что соперница в моем лице окончательно повержена.

– Отлично, – кивнул Денис, шагнул ко мне, приобнял одной рукой и коснулся моих губ своими.

Я ожидала какого угодно продолжения, но только не такого. Поцелуй длился несколько секунд, но мне показалось, что прошла целая вечность. Когда я снова обрела способность соображать, то очень удивилась, что вокруг все тот же Париж, мы по-прежнему на мосту через Сену, за деревьями на другой стороне виднеется Эйфелева башня…

Оксана фыркнула и, что-то невнятно пробормотав, подхватила под руку Олега, с которым они почему-то не стали целоваться, и пошла вперед. Но напрасно я надеялась, что на этой жизнерадостной ноте мы с ними попрощаемся. Даже не перейдя мост, она вдруг обернулась:

– Имейте в виду, вернуться нам нужно вместе, иначе по шапке получат все. Так что не вздумайте сбежать.

– И не думали, – пропела я. Ко мне чудесным образом вернулось самое замечательное расположение духа. – Мы вообще-то на Эйфелеву башню идем, не забыла?

Оксана опять ответила невнятно, и мы отправились дальше, изображая, что мы не вместе, но при этом стараясь не упускать друг друга из виду. Как каторжники, скованные одной цепью!

К башне мы подошли неожиданно. То она маячила где-то на заднем плане, а то мы вдруг оказались прямо под ней. Ощущения были фантастическими – все настолько привыкли к растиражированному облику башни, что вблизи мозг отказывался ее воспринимать. А ведь нам еще предстояло на нее подняться!

Обойдя все четыре пилона-основания, мы выяснили: через два из них можно подняться пешком, а два других обеспечивают цивилизованный подъем на лифте. Подъем пешком, кажется, даже был бесплатным, мы не вдавались в подробности, изначально не рассматривая этот вариант всерьез.

– А почему? – не упустила случая подколоть нас Оксана. – Силенок маловато? Правильно, вы ж на тренировки не ходите, все норовите свинтить куда-нибудь…

Это было явное вранье и поклеп, но я не стала оправдываться, просто предложила:

– Вот и иди по лестнице, если такая тренированная.

– Ну и пойдем! – постановила она. – Олег, ты со мной?

Олег вздохнул и, задрав голову, с явным сожалением посмотрел вверх. Однако открыто бунтовать он не решился и послушно поплелся за Оксаной.

Мне стало немного не по себе, словно мы с Денисом впервые оказались наедине. Конечно, «наедине» – сильно сказано: вокруг нас бродили бесчисленные толпы туристов, стоял гул голосов на разных языках, шумели машины и теплоходы, курсирующие по Сене, торговцы сувенирами назойливо предлагали брелоки с миниатюрными башнями за один евро. Но мы были будто отгорожены от всего этого невидимым коконом, а сплел его вокруг нас недавний неожиданный поцелуй…

– Пошли очередь займем? – буднично предложил Денис, возвращая меня с облаков на мостовую.

И я поняла, что в очередной раз нафантазировала, романтические бредни гнездятся исключительно в моей голове. Денису надоела эта выскочка Оксана, вот он и поставил ее на место таким нехитрым способом. Мои мысли и чувства, кажется, в тот момент никого не волновали.

Некстати вспомнилось, сколько восторженных ахов и охов я услышала накануне поездки. Узнав, что я собираюсь в Париж в компании своего партнера по фигурному катанию и без пяти минут парня, все знакомые закатывали глаза и восклицали: «В Париж? Вдвоем? Как романтично!» Возражать, что едем мы не вдвоем, а с группой, и не гулять, а на спортивные сборы, было бесполезно. Но, похоже, я помимо воли пропиталась этой идеей и все ждала, когда же начнется романтика. А она никак не начиналась.