Созидательный реванш - Юрий Поляков

А теперь перед вами текст, мной исправленный в соответствие с содержанием беседы и завизированный. Полагаю, читатель сразу заметит, что именно он по стилю, логике, аргументации как раз и соответствует всем тем интервью, которые помещены в этой книге. Впрочем, прочтите и убедитесь!

«Я против таких парадов — и гейских, и фашистских!»

Писатель Поляков уже несколько лет трудится в «Литературной газете» главным редактором. С его приходом газета резко изменила курс — если раньше она активно рулила влево, то теперь плывет в противоположном направлении — в сторону реального славянофильства и конкретных духовных ценностей.

Первый же газетный материал, на который упал мой глаз в кабинете главного, был полосной статьей об обряде крещения и о людях, которых «судьба привела в лоно церкви замаливать грехи». Скосив глаза влево, я заметил в углу икону. Перехватив мой взгляд, Поляков признался, что он активно воцерковляющийся человек, но его активность на политике газеты никак не отражается. Я поверил. А как не поверить святому человеку, который работает не корысти ради?

(Первые же строчки интервью, по-журналистски называющиеся «врезом», требуют комментария. Как догадывается читатель, я, конечно, не перехватывал, словно виноватый школьник, взгляд сурового интервьюера Никонова, явно не уважающего славянофилов и православных. И тем более я не признавался ему в «активном воцерковлении». Наоборот, г. Никонов буквально с порога стал допытываться, что за икона в углу, не оскорбляет ли она иноконфессиональных сотрудников ЛГ, верующий ли я сам. Чтобы уйти от сложной для меня религиозной темы, которую с чужими никогда не обсуждаю, я ответил, что, мол, встал на путь воцерковления и предложил поговорить о моей премьере в театре Сатиры. Тут журналист, видимо, окончательно осознал, что перед ним неприятель, и напрямки спросил, какая у меня зарплата? — Ю. П.)

— Зарплата у меня не идет ни в какое сравнение с зарплатами главных редакторов либеральных изданий, но я работаю в отличие от них не из-за денег. Скорее, за идею.

…Поляков работает за идею. Идея была одна — поменять прежний «либерально-шизофренический курс газеты на объективный и полифонический». Ведь когда-то, придя в «Литературку», Поляков обнаружил страшное:

— …Газета выходила с обязательной, глумливой первополосной карикатурой, высмеивающей уродов, якобы населяющих Россию. Среди авторов остался узкий либерально-эмигрантский круг. Да еще убогий постмодернизм. Тираж упал ниже двадцати тысяч… И продолжал падать, ибо то, что происходит в резервации непуганых либералов, мало кому интересно.

— И тут пришли вы и спасли ее…

— Да! Пришли и спасли — вернули в газету писателей и мыслителей. И нас сразу стала читать провинция, в несколько раз вырос тираж… Или для вас это значения не имеет?

…А еще писатель Поляков очень любит национальную идентичность. О ней он может говорить часами. Вся история по Полякову состоит из попыток одних государств навязать другим свою идентичность. А те сопротивляются! Наполеону сопротивлялись, Древнему Риму, Гитлеру. Теперь вот Америке.

— А зачем вообще нужна национальная идентичность, если транспорт ходит, мусор вывозят, а магазины полны товаров?

— Зачем? Если не нужна, тогда объясните мне, почему Югославия, где и транспорт ходил, и мусор вывозили, и в магазинах все было, раскололась на несколько государств, да еще с такой кровью?! Почему маленькие народы, никогда не имевшие собственной государственности, Эстония, к примеру, организовывают свои государства, которые они даже не в состоянии содержать?

— Социальные психологи считают, что это подростковый комплекс малых народов, которым надо переболеть перед тем, как интегрироваться во взрослый мир. Социальная ветрянка. Пройдет без следа.

— Ну и кто переболел? Чехословакия распавшаяся? Германия воссоединившаяся? Назовите! Кто? Молчите… Существуют законы этнического самосохранения, и они всегда противостоят тенденциям глобализации, не важно в каком виде эта глобализация осуществляется. В виде Римской латинской империи, Священной Римской империи, Наполеоновской империи, Гитлеровской Европы или Объединенной Европы… Иначе бы шотландцы и ирландцы не бились за независимость до сих пор, а спокойно стали бы англичанами. Но они не стали… В Америке в восемнадцатом веке включился могучий этнический тигель, плавильный котел. Почему же там теперь двадцать пять процентов говорят по-испански, а остальные — американцы только в офисе, а дома — англосаксы, индусы, китайцы и т. д. Ответьте?

— Варваризация. Варвары проникают под кожу цивилизации, разрушая ее. Тигель не успевает их переплавлять, их слишком много. Именно так деградировал Рим, пока окончательно не пал.

— А кто вам сказал, что испанская цивилизация варварская? Они «Дон Кихота» в подлиннике читают. И Рим пал именно потому, что не смог навязать свою идентичность, например, кельтам или евреям. Или вы думаете, иудеи, народ Библии, бунтовали против римской власти, потому что были варварами и не понимали прелестей имперского глобализма?

— А кто вам сказал, что бывает испанская цивилизация? Не бывает испанской цивилизации — так же, как не бывает испанского закона всемирного тяготения. Цивилизация — это знания и технологии. А не национальные рюшечки.

— Это абсолютно неправильно. То, что вы мне говорите, это — классический вульгарный марксизм на уровне рабочего кружка: мол, если производственные отношения и орудия труда похожие — то и цивилизация одна и та же. Инки и египтяне строили пирамиды, но это совершенно разные цивилизации. И сегодня: есть цивилизация китайская, есть европейская, есть мусульманская, хотя все они могут пользоваться, скажем, японскими технологиями. Впрочем, я вижу, вы не согласны. Что ж, тогда будем считать это вопросом веры. И я не верю в слияние всех народов в единый мир. Вы, кстати, не привели мне ни одного примера такого слияния. Я же обратные примеры вам привел, но чужие доводы вы, явно, не воспринимаете…

— Почему? В конце концов, мы от одной обезьяны произошли.

— Мы произошли от разных обезьян. Об этом пишут теперь даже в книжках для детей. Но я думаю, вы благополучно пропустили период чтения, сразу занявшись журналистикой. Докладываю вам: современный человек произошел от кроманьонцев и неандертальцев, именно это в результате тысячелетнего этногенеза и определило расовые различия. Раньше считалось, что передовые кроманьонцы победили неандертальцев, и те вымерли, не оставив потомства. Наука доказала: это не так. Оставили и очень значительное потомство.

— Но если мы — потомки кроманьонцев, то кто же произошел из отсталых неандертальцев?

— А вы уверены, что вы потомок передового кроманьонца? Может, сами догадаетесь, кто произошел от неандертальцев?

— Негры, что ли?

— Почему же только негры? Или вы знаете только две расы — черная и белая? Это называется черно-белое мышление. Рас гораздо больше. Читайте книжки, прошу вас! К тому же неандертальцы никакие не отсталые. Ученые полагают, что у них была масса свойств, неведомых кроманьонцам. Телепатия, например…