Семь сестер. Сестра жемчуга - Люсинда Райли

– Пока еще не решила, – ответила Китти. – А ты собираешься?

– Конечно! Я вообще поверить не могу, что мы уже почти прибыли в Египет. Египет! Страна фараонов… А потом, если честно, миссис Мерсер, то мне просто не терпится ступить ногой на твердую сушу. Что-то я уже истосковался здесь на борту, сутками сидя взаперти. Да и моя приятельница Стелла говорит, что в городе есть на что посмотреть. Только нужно соблюдать осторожность и не забредать слишком далеко. Я даже намереваюсь взять с собой на прогулку нескольких сирот. Пусть детвора немного порадуется.

– Ты сказал «сироток»?

– Да. Их там не менее сотни в каютах третьего класса. Вот везут в Австралию в надежде на то, что там все эти дети обретут новые семьи.

– Понятно, – промолвила Китти, глотнув чая из чашки. – Знаешь, пожалуй, я присоединюсь к вашей компании.

– Вы это серьезно, мэм? – Джеймс бросил на нее недоверчивый взгляд. – Многие детки сильно воняют, миссис Мерсер. Там, на нижней палубе, ведь нет условий, чтобы вымыть их как следует.

– Уверена, их запах меня не отпугнет, – бодро ответила Китти. – Итак, завтра в десять утра, когда судно бросит якорь в порту, встречаемся внизу у трапа.

– Хорошо, – согласно кивнул головой Джеймс. – Только не говорите потом, что я вас не предупреждал.

На следующий день Китти спустилась по сходням на пристань Порт-Саида. И сразу же в нос ударил запах подгнивших фруктов и немытых тел. А еще вокруг царил невообразимый шум и гам, слышались непрерывные гортанные крики. Словом, жизнь в порту кипела. Бесконечные вереницы людей, животных, контейнеры с грузом загружались и сгружались с пароходов и торговых судов, стоявших на приколе.

Джеймс уже поджидал Китти в условленном месте. Рядом с ним стояла высокая рыжеволосая девушка, и тут же толпилась ватага ребятишек.

– Это Стелла, – представил Джеймс рыженькую. Летняя шляпка девушки была надвинута низко на лоб, чтобы хоть как-то защитить от палящих лучей солнца белоснежную кожу. – Она тут старается изо всех сил, опекает некоторых из этих ребятишек, – добавил Джеймс и глянул на свою приятельницу. В его взгляде Китти прочитала нескрываемое обожание.

– Рада познакомиться с тобой, Стелла, – сказала Китти. – А как зовут этих маленьких сорванцов? – Она склонилась, обращаясь к самому младшему из группы. На вид малышу было не больше пяти.

– Эдди, – ответил за него мальчик постарше, разговаривающий на кокни. – Его зовут Эдди. Он мало говорит.

– А это Джонни, Дейви, Джимми… А там Мейбл, Эдна и Сьюз… А меня зовут Сара, – подала голос девчушка с очень живыми глазами, но страшно худенькая, с болезненным цветом лица и с длинными, мягкими каштановыми волосами. Наверное, ей уже лет четырнадцать, подумала Китти, а может, и все пятнадцать. – Мы тут все присматриваем друг за другом, так ведь, дети?

– Да! – дружным хором отозвались чумазые мордашки.

– Вот и отлично. А меня зовут миссис Мерсер, – представилась Китти. – Кстати, я тут знаю поблизости одно хорошее местечко, в котором торгуют всяческими сладостями. Предлагаю пойти туда и взглянуть на все своими глазами.

– Да! – дружно возопила детвора.

– Тогда вперед! – скомандовала Китти и, поддавшись внезапному порыву, подхватила малыша Эдди на руки.

– Как хорошо, миссис Мерсер, что вы знаете дорогу. Я в жизни еще не видел подобной неразберихи, – радовался Джеймс, пока они всей гурьбой пробирались по кишащим народом улочкам и переулкам старого города, минуя многочисленных зазывал и лоточников. Китти оглянулась и увидела, что Стелла и Сара крепко держат за руки остальных ребятишек.

– А здесь полно темнокожих, правда, Дейви? – услышала Китти, как мальчонка шепотом поделился с приятелем своими первыми наблюдениями о местных жителях, толкавшихся вокруг них, все в разноцветных ярких одеждах и с фесками на головах.

Она вывела ребят за пределы порта, и они направились в город. В городе, насколько она помнила, совсем неподалеку был расположен огромный уличный базар, прямо под открытым небом, где торговали всякими вкусностями, фруктами, свежеиспеченными лепешками, которые выпекались прямо здесь же, в огромных печах, пышущих жаром.

– Ой, вы только взгляните туда! – воскликнула Сара, указывая пальцем на переливающиеся в лучах солнца, покрытые карамелью и обсыпанные сахарной пудрой восточные сладости.

– Это рахат-лукум, – пояснила Китти. – Очень вкусный. Будьте добры, – обратилась она к уличному торговцу, разложившему свой товар на импровизированном прилавке, и быстро пересчитала все головы в своей команде, – мне восемь пакетиков рахат-лукума, по три порции в каждом. – Увидев, что ее не вполне понимают, принялась объяснять жестами. Наконец они с продавцом поняли друг друга.

– Ну вот, Эдди! Угощайся! – Китти протянула сладость малышу, уткнувшемуся в ее плечо. Мальчик глянул на лакомство, а потом неохотно извлек изо рта свой пальчик и, высунув розовый язычок, с некоторой опаской лизнул тающую на жаре сахарную пудру.

– Нам нужно, миссис Мерсер, строго следить за тем, чтобы детки не подцепили никакую заразу, – сказала Сара, стоя по другую сторону от Китти и распределяя пакетики с рахат-лукумом между ребятней. – Они ведь никогда в своей жизни не пробовали такого.

– Боже мой, у некоторых из них действительно такой истощенный вид, – прошептала Китти, обращаясь к девочке.

– Нас кормят, миссис. И скажу, что даже гораздо лучше, чем питалась я в приюте. Просто все мы немного больны от этой постоянной качки. А когда сильно штормит, так и вообще плохо. Особенно трудно приходится малышам. Вот он, к примеру, – Сара показала на Эдди, по чумазому личику которого разливалось настоящее блаженство – он распробовал рахат-лукум, – особенно страдает морской болезнью.

Потом они гурьбой прогулялись по базару, охая и ахая от восторга при виде сфинкса и саркофага Тутанхамона, вырезанных из дерева.

Они остановились возле еще одного прилавка, где торговали фруктами. Китти купила каждому по апельсину, и детишки уставились на фрукт с таким видом, будто только что получили самый лучший подарок в своей жизни.

Они вернулись в порт около четырех часов дня. У детворы лица были перемазаны сахарной пудрой и соком апельсина. Китти вручила Саре заснувшего Эдди.

– Большое вам спасибо, миссис Мерсер, – сказала девочка. – Мы никогда не забудем вашей доброты. Ведь вы сегодня сделали всех нас такими счастливыми. И вот еще что. Если вам будет нужно что-то подлатать или починить какое-нибудь ваше роскошное платье, я тут как тут. К вашим услугам! И возьму за свою работу раза в четыре дешевле, чем те портнихи, которые есть на судне. А уж сделаю все гораздо лучше, чем они! – Сара одарила Китти прощальной улыбкой и заторопилась вниз по трапу в окружении детворы.

– Думаю, нам вполне под силу каждый вечер купать по паре малышей в моей ванне, – промолвила Китти, обращаясь к Джеймсу вечером того же дня, пока тот выкладывал перед ней очередной нарядный туалет для ужина.