Собрание сочинений в 9 тт. Том 1 - Уильям Фолкнер

Речь шла о пинте виски, которую всегда вручали старику Фолзу в день Благодарения и на рождество. В эти дни старик по ложечке оделял этим виски своих престарелых бездомных приятелей, и старый Баярд неизменно просил Дженни напомнить Саймону о том, чего никто из них никогда не забывал.

— Хорошо, — согласилась она.

Саймон появился с огромным серебряным кофейником, поставил его возле мисс Дженни и снова ушел на кухню.

— Кто хочет сейчас кофе? — обратилась она ко всем. — Баярд ни за что не сядет за стол без кофе. Вам налить, Хорее? — Он отказался, и тогда, не глядя на доктора Пибоди, она сказала: — А вы, конечно, выпьете чашечку.

— Если вас не затруднит, — кротко отозвался оп. Подмигнув Нарциссе, он состроил похоронную мину.

Мисс Дженни пододвинула к себе две чашки. Появился Саймон с огромным блюдом; он пронес его по комнате, изящно балансируя им у себя над головой, и торжественно водрузил на стол перед старым Баярдом.

— Боже мой, Саймон, где ты ухитрился достать в такое время года целого кита? — спросил молодой Баярд.

— Да, это рыба так рыба, — согласился Саймон.

Рыба действительно была необыкновенная. Не меньше ярда в длину, с седельный чепрак шириной, ярко-красного цвета, она бесшабашно и лихо скалилась на блюде.

— Черт побери, Дженни, — сердито проворчал старый Баярд. — На что тебе эта дрянь? Кому вздумается набивать себе брюхо рыбой в ноябре, когда на кухне полно опоссумов, индеек и белок?

— Кроме тебя здесь есть еще люди, — возразила она. — Не хочешь — не ешь. У нас дома всегда подавали рыбу. Но эту миссисипскую деревенщину даже под страхом смерти не отучишь от хлеба и мяса. Поди сюда, Саймон.

Саймон, водрузив перед старым Баярдом стопку тарелок, подошел к мисс Дженни с подносом, и она поставила на него две чашки кофе, которые он подал старому Баярду и доктору Пибоди. Потом мисс Дженни налила чашку себе, а Саймон подал сахар и сливки. Старый Баярд, продолжая ворчать, резал рыбу.

— Я ничего не имею против рыбы в любое время года, — сказал доктор Пибоди.

— Еще бы! — отрезала мисс Дженни.

Он снова подмигнул Нарциссе и сказал:

— Только я люблю ловить рыбу в собственном пруду. Моя рыба более питательна.

— У вас все еще есть пруд, док? — спросил молодой Баярд.

— Да. Но в этом году что-то неважно клюет. Прошлую зиму у Эйба была инфлюэнца, и с тех пор он поминутно засыпает, а мне приходится сидеть и ждать, пока он проснется, снимет с крючка рыбу и нацепит новую наживку. В конце концов я стал привязывать ему к ноге веревку, и когда рыба клюнет, я протягиваю руку, дергаю за веревку, и он просыпается. Вы должны как-нибудь привезти ко мне жену, Баярд. Она еще не знает, какой у меня пруд.

— Разве ты его не видела? — спросил Баярд Нарциссу. Нет, она его не видела. — Вокруг пего стоят скамейки с подставками для ног и сделаны перила, чтобы прислонять удочки, и к каждому рыбаку приставлен черномазый, который нацепляет наживку и снимает с крючка рыбу. Не понимаю, чего ради вы кормите всех этих черномазых, док.

— Видите ли, они у меня так давно, что я теперь не знаю, как от них избавиться — разве что всех разом утопить. Труднее всего их прокормить. Весь мой заработок на них уходит. Если б не они, я б давным-давно бросил практику. Потому-то я и стараюсь обедать в гостях — каждый бесплатный обед все равно что праздник для рабочего человека.

— Сколько их у вас, доктор? — спросила Нарцисса.

— Я даже точно не знаю, — отвечал он. — Штук шесть или семь у меня зарегистрировано, а сколько там еще дворняжек — понятия не имею. Чуть не каждый день я вижу какого-нибудь нового детеныша.

Саймон слушал с жадным интересом.

— У вас случайно не найдется местечка, доктор? — спросил он. — Я тут как каторжный — с утра до ночи всех их кормить и поить приходится.

— А ты можешь каждый день есть холодную рыбу с овощами? — серьезно спросил его доктор.

— Нет, сэр, — с сомнением в голосе отвечал ему Саймон, — в этом я не уверен. Я однажды в молодости объелся рыбой, и'с тех пор мой желудок ее не принимает.

— Вот видишь, а у нас дома больше есть нечего.

— Полно тебе, Саймон, — сказала мисс Дженни.

Саймон, неподвижно прислонившись к буфету, не сводил изумленного взора с доктора Пибоди.

— И вы на одной холодной рыбе и овощах в таком теле держитесь? Джентльмены, я бы с такой кормежки через две недели в скелет превратился, уж это точно.

— Саймон! — оборвала его мисс Дженни. — Оставьте его в покое, Люш, пусть он своим делом занимается.

Саймон внезапно вышел из своего оцепенения и убрал со стола рыбу. Нарцисса снова незаметно взяла под столом руку брата.

— Тетя Дженни, отвяжись от дока, — сказал Баярд. Он тронул деда за плечо. — Ты не можешь сказать ей, чтоб она оставила дока в покое?

— Что он сделал, Дженни? — спросил старый Баярд. — Он что, есть не хочет?

— Нам всем скоро будет нечего есть, если он будет беспрерывно рассуждать с Саймоном насчет холодной рыбы с ботвой молодой репы, — отвечала мисс Дженни.

— По-моему, с вашей стороны нехорошо так обращаться с доктором, мисс Дженни, — сказала Нарцисса.

— Ну что ж, я по крайней мере могу благодарить вас за то, что вы не вышли за меня замуж. Я когда-то делал Дженни предложение, — сообщил доктор.

— Ах вы, старый седой лгун! — воскликнула мисс Дженни. — Никогда ничего подобного не было.

— Нет, было! Но только я сделал это ради Джона Сарториса. Он сказал, что у него столько хлопот с политикой, что па домашние свары просто сил не хватает. И знаете…

— Люш Пибоди, вы величайший лгун на земле!

— …ведь я ее почти уговорил. Это было в ту первую весну, когда зацвели сорняки, которые она привезла из Каролины; светила луна, мы с ней гуляли по саду, пел пересмешник, и…

— В жизни ничего подобного не было! — вскричала мисс Дженни.

— Посмотрите на нее, если вы думаете, что я лгу, — сказал доктор Пибоди.

— Посмотрите на нее! — грубо повторил за ним молодой Баярд. — Она покраснела!

Она и в самом деле покраснела, и щеки ее пылали, как знамена, но, несмотря на общий хохот, она продолжала высоко держать голову. Нарцисса встала, подошла к ней и обняла ее за стройные прямые плечи.

— Сию минуту все замолчите! — сказала она. — Ваше счастье, что кто-то из нас вообще выходит за вас замуж, и