Когда отдыхают ангелы - Марина Аромштам

Принцы гурьбой кинулись к Дрэгону.

— Берегите шнурки! — крикнула Марсём. — Не заступайте за границу круга.

Все завертелось, как на карусели. Дрэгон кружил по поляне, принцы пытались достать его ударами своих маленьких шаров, вокруг поля битвы носились жабастые. А принцессы дрожали под тентом, в который временно превратилось покрывало.

Первым в укрытии появился Ромик. Он вполз на коленках, стуча зубами. «Лучше я посижу с вами, — с трудом выдавил он, — а то мне как-то плохо. Не по себе как-то». Принцессы бросились поить его водой и пересчитывать шнурки. Затем один за другим стали прибывать раненые принцы — получить замену потерянным в битве жизням. Марсём пыталась выяснить, сколько ударов получил Черный Дрэгон.

— Кажется, шестьдесят три, — сказал Петя. — Я считал.

— Всего шестьдесят три! — пробормотала Марсём. — А наши силы на исходе.

Бой затягивался. Принцы уже не носились по полю дружной кучкой. Оно странно опустело. И только Дрэгон широко размахивал своими шарами, гортанно вскрикивал и ревел.

Под тентом появился Егор.

— Все, больше не могу! Не могу больше.

— Где остальные? — Марсём тревожилась не на шутку.

— Не знаю. Они окаменели. И они тоже больше не могут.

— Что — все окаменели? А где Жора Илюшкой?

— Дрэгон на них замахнулся, и они заступили за границу. Испугались и заступили, а там жабастые. Жабастые погнали их в кусты.

— У тебя еще есть жизни?

— Да. Две.

— Молодец. А сколько ударов? Сколько ударов вы нанесли?

— Девяносто семь.

— Егор! Девяносто семь! Осталось три.

Егор молчал и не двигался с места.

— Егор! Всего три удара!

— Не могу.

— Три удара — и Дрэгон падет.

Егор молчал, глядя под ноги, и размазывал грязь по лицу.

— Егорка! Посмотри на меня! — Марсём наклонилась к нему близко-близко, пытаясь заглянуть в глаза. — Всего три удара! — и потом добавила тихо, но очень настойчиво: — Если не ты, то кто же? Кто, принц?

— А-а-а! — Егор вдруг развернулся и вылетел из укрытия, будто в нем разогнулась запасная пружина. Марсём бросилась за ним.

— А-а-а! — не переставая кричать, Егор бросился к Дрэгону. Он подбежал к нему почти вплотную и нанес удар.

— Девяносто восемь, — Марсём считала теперь сама и очень громко, чтобы все слышали.

Дрэгон поднял булаву и обрушил на Егора ответный удар. Егор не отскочил, только чуть отклонился назад, чтобы как следует размахнуться.

— Девяносто девять!

Теперь Егор стоял слишком близко к Дрэгону. Тому даже неудобно было его бить. Зато он мог легко выхватить у принца шнурок жизни.

— Сто! — раздался ликующий возглас Марсём. — Сто!

Мы высыпали наружу. Дрэгон продолжал кружиться, размахивая шарами, а Егор прыгал вокруг него.

— Я сказала, сто! — вдруг заорала Марсём не своим голосом. — Ты слышал? Сто!

Дрэгон внезапно остановился, взглянул на Марсём, пожал плечами и сказал совсем по-человечески:

— Как скажешь, начальник!

— Сто!

Дрэгон вскинул руки, уронил булаву и стал медленно заваливаться на траву.

— Заклятия сняты! — крикнула Марсём. — Все могут двигаться!

Дрэгон лежал на траве, раскинув руки. Вокруг него на почтительном расстоянии толпились принцы и принцессы. Егор стоял ближе всех, не в силах отвести глаз от огромной фигуры. Шлем слетел с головы, и картонные щитки на нем слегка помялись. На латах кое-где ободралась фольга.

— Во, какие здоровые! — Петя осторожно поддел носком кроссовки шар отброшенной в сторону булавы.

— А знаешь, как бьет больно! — прошептал ему Саня.

— Хорошая работа, Макс, — сказала Марсём будто бы в никуда. — Но уже все. Конец.

Фигура не шевелилась.

— Ма-акс, оживай!

Дрэгон вдруг шевельнул головой, приоткрыл один глаз, взглянул на Егора и — подмигнул!

— Привет!

— Ах! — Егор чуть не задохнулся. Дрэгон опять подмигнул и теперь смотрел на мальчишку одним глазом:

— Сразимся, а?

— Бей его, ребята! — вдруг завопил Егор и повалился Дрэгону на живот. Дрэгон тут же обхватил его своими зелеными варежками и включился в шутливую борьбу.

— Ура, победа! — вслед за Егором на Дрэгона набросились Саня и Петя. Потом — все остальные. Куча шевелилась и перекатывалась с места на место. Принцессы прыгали вокруг. Кто-то пытался вмешаться в возню. Марсём суетилась вокруг и приговаривала:

— Осторожно, Макс! Осторожно, не раздави!

— А кто на меня, а?

Из леса выскочил зеленый. У него за спиной, как всадник на коне, сидел Илюшка.

— Ну что, принцесса? Покатать? Или боишься?

Я вскарабкалась на того, что с серьгой, и он понесся по поляне, толкая других всадников и пытаясь свалить их на землю.

— Нет, только взгляните на это безобразие! — Марсём изображала, что сердится. — Скачки устроили! Всё! Идем обратно.

Дорога домой оказалась на удивление короткой. Недалеко от школы наши спутники свернули к автобусной остановке.

— Хоть грим-то сотрите! — крикнула Марсём.

— А чё? Может, мы еще кого пугнуть захотим!

— Смотрите, как бы вас не пугнули. Милиционер какой-нибудь.

— Все путем будет.

— Надеюсь. Спасибо. Григоричу привет! Скажите — хорошая была работа.