Дневник нарколога - Александр Крыласов

Всем русскоговорящим женщинам на чужбине посвящается.

Леня Куприянов попал в Парму случайно, просто в расписании первый электропоезд из Болоньи шел именно туда, а то бы Куприянова занесло как минимум в Рим. Итальянская электричка выгодно отличалась от подмосковной меньшим количеством пассажиров и наличием туалетов. Каждый уважающий себя итальянец вез с собой чемодан и пиджак в чехле, а у любой итальянки было несколько журналов из мира моды и неприступное выражение лица. Пассажиры не трескали пиво из горла, по вагонам не сновали коробейники, и никто не пел над ухом пропитым басом: «Когда мы шли на Кандагар». За окном мелькали плюшевые пашни и эбонитовые дороги.

«Умеют жить, собаки», — сердито подумал Куприянов и представил себе, как бы он кайфовал в Италии, имея соответствующую ренту. Завтракал бы он непременно в кафе под перестук кофейных чашек и запах подогретых панино. Потом гулял бы по городу, раскланиваясь с ухоженными синьорами и провожая взглядом юных велосипедисток… Кто-то тронул его за плечо. Над ним стоял аккуратный дядечка из его грез, но почему-то в зеленой униформе и со степлером в натруженной руке. Мужик что-то сказал, из сказанного Леня уловил только слово «бийете». Куприянов принялся лихорадочно ощупывать многочисленные карманы, ловя на себе укоризненные взгляды итальянской молодежи. «У нас бы полвагона ехали без билета», — думал он, судорожно проверяя очередной карман и кидая затравленные взгляды на контролера. Когда тот уже собрался выписывать штраф, Леня отыскал злополучный билет на дне своего рюкзака. Итальянец щелкнул хромированным перфоратором и пробурчал что-то на местном наречии. Не владея заграничными языками, Куприянов легко перевел смысл кондукторской тирады: «Понае-е-е-ехали тут, понимаешь, гниды белобрысые». Леня насупился и почувствовал себя незваным гастарбайтером. Тогда итальянец неожиданно улыбнулся и дружески похлопал его по плечу:

— Все карашо?

— Бениссимо, — расплылся в ответной улыбке Куприянов и решил, что даже в самом сладком сне у нас не встретишь таких контролеров.

В Парме Леня пошлялся по старинным улочкам, поглазел на церкви и памятники. Духовная жажда была утолена, теперь требовалось где-нибудь пожрать. В тихом переулке Леня присмотрел маленькую тратторию, где на улице вдоль стены заведения сидело приблизительно с десяток итальянских дедов.

— Алла ностра, — проскрипел один из них и поднял стаканчик с прозрачной жидкостью.

Остальные деды разом подняли свои стопки и сделали микроскопические глотки. Куприянов явственно услышал слово «ностра». «Коза ностра, — решил эрудированный Леня. — Наверное, это бывшие мафиози, удалившись от дел, встречают здесь свою старость». Он подошел к стойке и принялся мысленно формулировать заказ, стараясь не опростоволоситься перед гангстерами и сделать поменьше ошибок. Леня тайком подглядел в разговорнике нужную фразу, набрал воздуха и поднял глаза. На него сочувственно смотрела высокая, полная блондинка лет сорока. «Вот так и выглядят мафиозные мамочки, — решил про себя Куприянов, — такой, что пиццу испечь, что конкурента заказать». Бли-и-ин, заготовленная фраза вылетела из головы, и Леня снова заглянул в разговорник.

— Можешь говорить по-русски, — пришла на помощь «бандерша».

— Вы из России? — обалдел Куприянов.

— Говори мне «ты», — приказала блондинка, — я еще нестарая.

— Ну, надо же, родная речь в центре Италии, — обрадовался Леня и кивнул на дедов. — А это кто? Мафиози на заслуженном отдыхе?

— Алконавты на заслуженном отдыхе, — отрезала пышка, — что будешь пить? Граппу, пиво, вино?

— Я непьющий, — смутился Куприянов.

— А чего так? — как ни странно, подобрела барменша.

— Закодированный, — пояснил Леня, — все деньги, которые раньше пропивал, трачу на путешествия.