Лабиринт призраков - Карлос Руис Сафон

Сеньоре Убач не нравился Игнасио, и она запрещала дочери разговаривать с ним. Она презирала Санчиса, называя оборванцем. Хозяйка дома имела обыкновение развеивать скуку, встречаясь с двадцатилетними любовниками в лучших отелях Мадрида, или отсыпалась после вечеринок у себя в комнате на третьем этаже. Она так и не узнала, что Виктория с молодым адвокатом крепко подружились, обменивались книгами, обнаруживая удивительное единство взглядов и интересов, какое не снилось даже сеньору Убачу.

– Однажды я сказала ему, что мы как близнецы, – призналась Виктория.

После трагической гибели четы Убач при пожаре, уничтожившем дом, Игнасио Санчис по закону стал опекуном Виктории, а потом и мужем, когда она достигла совершеннолетия. Естественно, их брак вызвал массу кривотолков. Многие называли его аферой столетия. Виктория горько усмехнулась, услышав последние слова.

– Игнасио Санчис не был настоящим мужем тебе, во всяком случае, в общепринятом смысле, – заметил Леандро. – Он был благородным человеком. Узнав всю правду, женился, чтобы защитить тебя.

– Я любила его.

– А он любил тебя. Пожертвовал ради тебя жизнью.

Виктория промолчала.

– В течение многих лет ты пыталась отомстить за себя с помощью Игнасио и Валентина Моргадо, сидевшего в тюрьме вместе с твоим отцом. Твой муж нанял его шофером. Вместе вы придумали план, подстроив Вальсу ловушку и ухитрившись поймать его. Однако не подозревали, что за вами внимательно следили. Некто не мог допустить, чтобы правда выплыла наружу.

– Поэтому Вальса убили?

Леандро кивнул.

– Эндайа? – спросила Виктория.

Он пожал плечами.

– Эндайа – лишь наемник. Мы ищем того, кто дергает за ниточки.

– И кто же?

– Полагаю, ты знаешь кто.

Виктория растерялась и покачала головой.

– Наверное, пока ты этого не сознаешь.

– Если бы я знала, то разделила бы судьбу Вальса.

– В таком случае мы могли бы попробовать установить истину вместе. С нашими возможностями при твоем содействии. Ты настрадалась и рисковала достаточно. Теперь наша очередь. Видишь ли, вы с сестрой были не единственными. Есть и другие жертвы, их более чем достаточно. И многие даже не подозревают, что живут во лжи и у них отняли все…

Она кивнула.

– Как вы догадались? Как пришли к выводу, что не повезло не только вам с сестрой?

– Мы раздобыли перечень документов. Номера свидетельств о рождении и смерти, подделанные Вальсом.

– На кого они были выданы?

– На детей арестантов, заключенных в крепость Монтжуик после войны, когда Вальс служил там комендантом. Все пропали без вести. Первым делом Вальс бросал в тюрьму и убивал родителей. И дети оказывались у него в руках. Он оформлял свидетельства о смерти и одновременно фальшивые свидетельства о рождении, давая детям новые имена и фамилии, а затем продавал их семьям, хорошо устроившимся при нынешнем правительстве, в обмен на влияние, деньги и власть. Схема безупречная, поскольку приемные родители украденных детей становились его сообщниками и вынуждены были хранить молчание.

– Ты знаешь, сколько таких случаев было?

– Нет. Игнасио подозревал, что счет, вероятно, идет на сотни.

– Речь об очень сложной операции. Вальс не смог бы проворачивать махинации в одиночку…

– Игнасио полагал, что у Вальса был сообщник или сообщники.

– Согласен. Более того, осмелюсь предположить, что Вальс служил простым винтиком в налаженном механизме. Он имел возможность, средства и мотив, чтобы действовать. Но мне трудно поверить, что его способностей хватило бы, чтобы измыслить столь хитроумную интригу.

– Игнасио тоже так считал.

– Кто-то еще, неизвестный, кого мы пока не вычислили, являлся мозговым центром операции.

– Черная рука, – обронила Виктория.

– Что?

Она едва заметно улыбнулась.

– Это из сказки, которую мне в детстве рассказывал отец. Черная рука. Абсолютное зло. Оно всегда держится в тени и дергает исподволь за веревочки…

– Ты должна помочь разоблачить его, Ариадна.

– Вы думаете, что Эндайа выполняет приказы компаньона Вальса?

– Скорее всего.

– Следовательно, тот человек принадлежит к высшим эшелонам власти. Он весьма могущественный.

Леандро кивнул:

– Вот почему так важно не торопиться и действовать предельно осторожно. Если мы хотим поймать его, необходимо сначала установить истину, с именами, датами и подробностями, выявить, кто знает об афере и кто в ней участвовал. Лишь определив круг осведомленных лиц, мы сумели бы выйти на главаря.

– Что могу сделать я?

– Как я уже говорил, ты в состоянии помочь мне восстановить общую картину. Я убежден, что если мы соберем воедино все фрагменты головоломки, то найдем человека, задумавшего и осуществившего аферу. А пока мы его не поймали, ты подвергаешься опасности. И потому тебе нужно оставаться тут, под нашей защитой. Ты останешься?

Виктория кивнула. Леандро наклонился к ней и взял ее руки в свои ладони:

– Мне необходимо, чтобы ты поняла, как я ценю твое мужество и отвагу. Без тебя, без твоей борьбы и жертв наша цель едва ли стала бы достижимой.

– Я хочу лишь, чтобы свершилось правосудие. Больше ничего. Всю жизнь я думала, что мечтаю отомстить. Но месть – пустой звук. Только истина имеет значение.

Леандро поцеловал ее в лоб. Это был отеческий поцелуй, исполненный достоинства и обещавший защиту. На мгновение Виктория почувствовала, что не одинока.

– По-моему, сегодня мы сделали немало. Тебе следует отдохнуть. Нас ждет трудная задача.

– Вы уходите? – спросила она.

– Не бойся. Я буду поблизости. И не забывай, что тебя охраняют и защищают. Я намерен попросить разрешения запирать твою дверь. Не собираюсь держать тебя под замком, но нельзя позволить злоумышленникам проникнуть к тебе. Ты справишься?

– Да.

– Если что-нибудь понадобится, просто позвони, и кто-нибудь обязательно придет. Не стесняйся, проси все, что пожелаешь.

– Я хотела бы почитать. Можно достать что-то из книг моего отца?

– Разумеется. Я распоряжусь, и тебе принесут их. А теперь попытайся отдохнуть или поспи.

– Сомневаюсь, что я в состоянии заснуть.

– Если угодно, мы поможем тебе…

– Снова усыпите меня?

– Я лишь предлагаю помощь. Ты почувствуешь себя лучше. Но только если сама захочешь.

– Хорошо.

– Я вернусь завтра утром. И мы начнем шаг за шагом восстанавливать ход событий.