Любовная аритмия - Маша Трауб

– Кто такие мы? Ты и Анжела? У тебя своя голова есть на плечах? – Артем не заметил, как перешел на крик. – Да ты даже с матерью перестала общаться. Без Анжелы шагу ступить не можешь. С подругами не встречаешься, никуда не ходишь, о работе не думаешь.

– У меня же Катюша…

– Давай наймем няню.

– Зачем? – испугалась Леся. – Я сама, не надо няню. Я правда думала, что тебя все устраивает…

– Ничего ты не думала….

– И что теперь?

– Не знаю. Не знаю. Я так больше не могу. Это не жизнь, а какое-то подобие. Выбирай, или мы уезжаем втроем, или расстаемся. О Катюше я буду заботиться. О тебе тоже. Но у тебя будет своя жизнь, у меня – своя.

Леся продолжала плакать.

– Она совсем маленькая. Ты же не можешь меня бросить с маленьким ребенком.

– Я тебя не бросаю. Ты меня вообще слышишь?

– Слышу, не кричи. Я не могу так сразу решить. Мне нужно подумать.

– О чем тут можно думать?

– Не знаю…

– Думай. Анжелу я в любом случае уволю. Надоело. Давно надо было это сделать.

Артем услышал грохот. Еще не повернувшись, он спинным мозгом почувствовал, что все плохо. Очень плохо. Леся подскочила и кинулась в комнату. Анжела лежала между диваном и журнальным столиком.

– Анжела, Анжела, Артем, что с ней? Нужно врача! – закричала Леся.

Врач в больнице сказал, что у Анжелы был инсульт. Есть опасность, что правая часть туловища не восстановится или восстановится только частично. Нужна длительная реабилитация, хороший уход, спокойствие.

Артем улетел.

«Как Анжела?» – написал он Лесе. Разговаривать ему не хотелось.

«Она слышала наш разговор. Поэтому и инсульт», – ответила Леся.

«Ты хочешь сказать, я во всем виноват?»

Леся не ответила.

* * *

Артем прилетел к ним через месяц. Сидел на террасе и смотрел на этих двух обреченных друг на друга женщин. Теперь уже Леся ходила за Анжелой, как за маленьким ребенком, – кормила кашкой, поила из кружечки, делала гимнастику. Анжела продолжала бурчать, что каша переслащенная, а чай – горячий. Расцветала она только тогда, когда Леся усаживала к ней на диван Катюшу. Девочка ползала по Анжеле, дергала ее за нос, зарывалась в одеяло – Анжела здоровой рукой прижимала малышку к себе и щекотала.

Артема Катюша не узнавала, считала чужим и начинала плакать, как только он приближался.

– Это папа, – говорила Леся, – иди к папе.

Катюша закатывала истерику и лезла на диван к Анжеле. Артем сделал несколько попыток подойти к дочери, но каждый раз девочка заходилась плачем. Он больше не пробовал.

– Не расстраивайся, – пыталась успокоить его Леся. – Она просто еще маленькая и быстро забывает людей.

На свежем воздухе, при Лесином уходе Анжела шла на поправку, но рука, как и предупреждал врач, не восстановилась до конца – была прижата к телу, как сухой, безжизненный отросток. Впрочем, Анжела легко приспособилась обходиться одной – готовила, гладила, застилала белье, играла с Катюшей. Только ковры не могла вытряхивать и белье выжимать. В хозяйственном она купила себе швабру и ведро со специальной воронкой для выжимания и бодро мыла пол.

Поскольку Артем с Лесей так и не зарегистрировали брак официально, оформили только свидетельство о рождении Кати, по документам они были свободны друг от друга. Но Артему хотелось поставить логическую точку.

Он решил сходить в церковь и узнать, как можно развенчаться. По дороге спустился к пляжу – покурить, дать себе время собраться с духом.

В шезлонге сидел сосед-художник.

– Артемушка, мой хороший, рад тебя видеть, – обрадовался он и раскинул руки для объятий.

– Хорошо здесь, – сказал Артем, глядя на дальний камень.

– Везде хорошо, когда на душе хорошо, – отозвался художник.

– А мне плохо что-то, – признался Артем.

– Это нормально. Ты же живой, и душа у тебя живая…

– Только делаю все не так. Все наперекосяк в последнее время получается.

– Тогда вернись в начало и пойди другой дорогой.

– Легко сказать…

– Ты в церковь зайти хотел?

– Как вы догадались? – удивился Артем.

– А куда тут еще идти? Или направо – на кладбище, или налево – в церковь.

– Можно еще прямо, – улыбнулся Артем.

– Нет, прямо только на помойку, – отмахнулся художник. – Если ты батюшку ищешь, то он в Старом городе, на пирсе рыбачит.

Артем дошел до Старого города, спустился туда, где стояли пришвартованные лодки и собирались рыбаки. Батюшка стоял неподвижно и смотрел на поплавок. Поплавок подергался и успокоился. Батюшка даже не пошевелился.

– Здравствуйте, – подошел к нему Артем.

– Здравствуй, – ответил батюшка.

– Я хотел спросить… если я не могу больше… то можно как-нибудь, есть ли какая-то процедура….

– Ты про развенчание? – сразу понял его батюшка.

– Да, – выдохнул с облегчением Артем.

– Может, придете вместе? Поговорим?

– Не имеет смысла. Я бы к вам не пришел, если бы не был уверен.

Батюшка внимательно посмотрел на Артема и кивнул.

– Хорошо, все сделаем.

– Спасибо.

– На службу не зову, все равно не придешь.

– Извините.

Батюшка кивнул, подтянул леску и стал рассматривать крючок. Потом снова закинул удочку.

* * *

– Ты не уволишь Анжелу? – спросила Леся, когда он рассказал ей про разговор со священником. – Ты ведь не сможешь ее уволить?

Артем уже понял, что никуда он от Анжелы не денется. Или она от него. А точнее – они друг от друга.

– Мы же сможем с Катюшей приезжать к тебе на море? – опять спросила Леся.

– Конечно. Когда угодно, – ответил он.

– Удачи тебе, – сказала она.

– И тебе тоже.

Артем долго жил один. Пока не встретил Елену. Ему с ней было комфортно: она не лезла в его жизнь, он – в ее. Они существовали даже не вместе, а параллельно. Были его друзья и ее друзья – настолько разные, что никогда бы не стали общими. Был общий дом – ее квартира, куда он переехал, потому что так было удобно Елене. Но Артем в нем чувствовал себя гостем. Впрочем, его это не тяготило, а она, казалось, и не задумывалась о том, как он себя чувствует. Они вместе путешествовали – как правило, Елена хотела куда-то поехать и предлагала ему присоединиться. И это тоже устраивало обоих.

У Елены имелись бывший муж и взрослая дочь, которая жила отдельно. Она поддерживала добрососедские, совсем не душевные отношения с обоими, даже с дочерью, что поначалу Артема удивляло, а потом он решил, что раз это всех устраивает, то почему бы и нет. Поначалу он представлял себе идиллическую картинку – как он станет забирать Катюшу в один из выходных и Елена с ней будет играть. Но та осталась доброжелательно-равнодушна.