Неделя зимы - Мейв Бинчи

Зато мисс Куини была вне себя от радости. Дети занимали все ее мысли.

— Никогда не думала, что такое может случиться, — счастливая, потрясенная, восклицала она. — Видите ли, наши дети так и не родились, поэтому у меня не было племянниц, которых можно было бы назвать в мою честь, а теперь это произошло.

Растроганная мисс Куини высморкалась в носовой платок, откашлялась и внезапно спросила:

— Наверняка Нуэла ужасно рада, что малыши родились?

Нуэла…

Ей же никто ничего не сообщил.

— Может быть, я могла бы… — начала было Чикки.

— Нет, я сам позвоню, — сказал Риггер.

Он подошел к телефону и набрал номер матери.

— А, Риггер… — Голос ее прозвучал устало, но, вполне вероятно, она правда устала. Кто знает, в скольких домах она успела убрать за день.

— Я подумал, ты захочешь это знать. Дети родились сегодня: мальчик и девочка.

— Это хорошая новость. У Кармел все в порядке?

— Да, все хорошо. Роды прошли быстро, дети здоровы. Отличные малыши. Весят по четыре с половиной фунта. Они такие красивые, мама!

— Не сомневаюсь. — Однако радости в ее голосе он не заметил.

— Мама, когда ты рожала меня, это было долго или быстро?

— Долго.

— И ты была в больнице одна?

— Да нет, там были сестры и другие женщины, которые рожали детей.

— Но с тобой никого не было?

— Нет. Какое это теперь имеет значение? Столько времени прошло с тех пор.

— Наверное, тебе было ужасно одиноко.

Она промолчала.

— Мы назовем их Рози и Маккен, — сказал Риггер.

— Хорошие имена.

— Ты сказала, что не хочешь, чтобы мы назвали девочку Нуэлой.

— Да, Риггер, сказала, и остаюсь при своем мнении. Не надо извиняться. Рози — прекрасное имя.

— Она — лучший ребенок на земле, мама. Она и ее брат.

— Ну конечно.

Нуэла повесила трубку.

Как могла она столь равнодушно отнестись к появлению на свет своих внуков? С ней явно что-то не так. Собственно, она была не в себе с того самого эпизода в мясной лавке Мэлоуна. Неужели из-за него она сошла с ума?

Нельзя позволить дурным воспоминаниям омрачить этот день — лучший в его жизни.

Он этого не допустит.

Поток желающих посидеть с детьми не иссякал; их домом стал не только собственный коттедж, но и Стоун-хаус. Они сладко спали в своей колыбельке, пока Чикки с Кармел листали каталоги и просматривали образцы тканей на кухонном столе. А когда все расходились по делам, мисс Куини усаживалась рядом и смотрела на крошечные личики. Она обязательно приглашала Глорию к себе на колени — чтобы та не вздумала ревновать.

От Нэйзи из Дублина пришло приглашение на свадьбу — он женится на чудесной женщине по имени Айрин и надеется, что Риггер и Кармел смогут приехать.

Они все как следует обсудили. Конечно, сейчас не время уезжать из дома, но они просто обязаны поддержать Нэйзи, как он когда-то поддержал их. К тому же им до смерти хотелось познакомиться с этой Айрин. Они-то думали, что Нэйзи так и проживет холостяком до конца своих дней. Будет очень удобно повидаться с Нуэлой на нейтральной территории.

— Она наверняка придет в восторг, увидев детей, — сказал Риггер.

— Но мы не можем взять Рози и Маккена.

— Не оставлять же их здесь!

— Почему? Нас не будет всего сутки. Чикки и мисс Куини присмотрят за ними. И моя мать тоже. Целая дюжина людей готова нам помочь.

— Но я хочу, чтобы мама посмотрела на них. — Риггер говорил словно шестилетний ребенок.

— Она посмотрит, когда будет готова. Момент еще не пришел. И вообще, с близнецами мы станем главными героями вечера, а ведь это свадьба Нэйзи и Айрин.

В конце концов Риггер признал ее доводы разумными, хотя у него и было тяжело на сердце оттого, что мать не сможет повидаться с внуками. Он знал, что Кармел права. Время для этой встречи еще не настало: достаточно того, что он сам увидится с ней. Надо двигаться вперед постепенно.

При встрече Риггер с трудом узнал мать, так она постарела. На ее лице появились морщины, которых он не помнил, а при ходьбе она шаркала ногами.

Как такое могло произойти за столь короткое время?

С Кармел Нуэла держалась очень вежливо, но настолько отстраненно, что это казалось пугающим. Во время застолья в пабе Риггер отвел в сторону своего кузена Динго.

— Скажи, что случилось с моей мамой? Она сама не своя.

— Она такая уже давно, — ответил Динго.

— Кажется, будто мыслями она витает где-то далеко.

— Угу. Она немного не в себе. Нэйзи говорит, это от потрясения… ну, после того случая…

Динго не хотел пробуждать плохие воспоминания.

— Но она должна была давно прийти в себя, — чуть не плакал Риггер. — С тех пор все изменилось.

— Похоже, она винит себя за то, что плохо тебя воспитала. Так Нэйзи сказал. Он никак не может убедить ее, что это чепуха.

— Может, мне попытаться?

— Нет, тут дело в ее собственном мнении о себе. Знаешь, она вроде тех людей, которым кажется, что они ужасно толстые, и они морят себя голодом чуть не до смерти. У них нет четкого представления о себе. Наверное, ей лучше пойти к психиатру, — сказал Динго.

— Боже, неужели все так плохо! — Риггер был в ужасе.

— Слушай, давай закончим этот разговор. Сегодня праздник Нэйзи и Айрин. Ну-ка, сделай радостное лицо!

Риггер, хотя и с трудом, сделал радостное лицо и даже спел «Балладу про Джо Хилла», сорвав бурю аплодисментов.

А когда Нэйзи произносил торжественную речь, он обнял за плечи Риггера и Динго и сказал, что у него самые лучшие племянники во всем мире.

Риггер в этот момент смотрел на мать. Лицо ее по-прежнему ничего не выражало.

Кармел все заметила и поняла без всяких объяснений. Это было несложно. Она попыталась поговорить со свекровью о вещах, не касающихся Риггера и их семьи. Однако запас тем быстро иссяк. Не имело смысла обсуждать телевизионные программы — у Нуэлы не было телевизора. В кино она ходила очень редко. Времени на чтение не оставалось. Нуэла согласилась, что найти хорошую работу из-за кризиса стало тяжелее. Все платили по минимальной ставке. Женщины больше не отдавали помощницам свою одежду — они продавали ее по Интернету.

Нуэла отвечала так, словно она на допросе в полиции. Кармел никак не удавалось завязать с ней обычный человеческий разговор. Она ни разу не спросила про своих внуков — только выразила надежду, что в Стоунбридже все в порядке.